Ребро - Влада Ольховская

— Так она совсем тут ни с кем не встречалась?

— Нет, я такого не видела. Да она и была-то у нас недолго!

Очень странно… Если Рэдж пересеклась со своим папашей не в ресторане, то где тогда? Неужели пошла к нему в дом? Она могла — у нее в голове засела вера в то, что родной отец никогда ей не навредит.

— Знаете, она отправлялась сюда, чтобы встретиться с одним человеком, — доверительно сообщил я. — Старшего возраста, тоже одинокий, носил куртку с высоким воротником…

— Ой, можете не продолжать, я знаю, о ком вы! — поежилась официантка. — Ваш друг?

— Ни в коей мере.

— Тогда скажу как есть: жуткий тип!

— Он что-то сделал вам?

— Мне — ничего… Да он вообще не делал ничего такого, что сошло бы за нарушение правил, но… Знаете, бывают такие люди, рядом с которыми просто плохо!

О Батраке она могла рассказать гораздо больше. Во-первых, он пробыл тут дольше, чем Рэдж, — две недели. Во-вторых, он вел себя не так, как здешние гости. Ни с кем не общался, ничем не пользовался, иногда приходил в ресторан, иногда гулял по территории курорта, но в горы не совался. Все! Непонятно, зачем он вообще явился сюда посреди сезона. Даже официантке было очевидно, что ему не нравится среди шумных толп.

— То есть с девушкой, которую я показал, он не пересекался? — уточнил я, хотя все и так было понятно.

— Нет, ни разу.

— А с пропавшей семьей?

Я сначала сказал это, а потом сообразил, что ляпнул. Сам не знаю, зачем спросил. Официантка уставилась на меня, как на идиота, и вполне справедливо. Не представляю, почему я вообще додумался связать одно с другим.

Я ожидал, что официантка отчалит, но она оказалась достаточно вежливой, чтобы ответить:

— Никогда. И он уехал до того, как они пропали. Слушайте… Я не знаю, что случилось с этой семьей, и вообще никто тут не знает. Мне их очень жалко, но мне кажется неправильным придумывать что-то. Это даже оскорбительно, разве нет? Приплетать то, чего не было…

— Так ведь ничего не было, насколько я понял! Исчезли самые обычные гости, ничто не предвещало… Поэтому другие гости и стараются придумать свои версии, просто чтобы не бояться, чтобы поверить, что с ними такое не случится!

И вот тут она, до этого бойкая и болтливая, замялась. Похоже, ей хотелось возразить что-то, но даже она, при всей своей легкомысленности, соображала, что с посторонними о таком лучше не болтать. Если бы она подумала об этом чуть дольше, то и вовсе бы ушла. Пришлось ее поторопить:

— Или все было не так уж радужно?

— Да как бы это… Ну, там же… Нет, нормально все…

— Я никому не расскажу, — заверил ее я. — Мне бы самому понять!

— Ничего нового я вам не сообщу, я это все, между прочим, полиции говорила! Просто родители были такие же, как все. А дети, как мне показалось, за пару дней до исчезновения ходили какие-то кислые. Один раз в ресторане мать даже накричала на них.

— На тему?

— Неуемной фантазии, — развела руками официантка. — Потом ей, видимо, самой стало неловко, и в ресторан их семья стала ходить реже, чаще они заказывали еду в номер. Но, пожалуйста, не думайте, что это значит что-то особенное! За день до исчезновения они все вместе катались, потом — ужинали вот здесь… И вдруг исчезли. Никто не знал!..

Никто не знал, и мне не полагалось свой нос в это совать. Главное для меня — что Рэдж и ее папаша уехали раньше. Мне нужно идти по их следам, а не обсуждать все проблемы мира!

И все же, все же… Часть меня отказывалась верить в совпадения. У меня, если задуматься, не так уж много сведений о том, что здесь произошло, почему Рэдж не вернулась домой, а поехала за своим отцом. Тут ничем пренебрегать нельзя, поэтому я остался на ночь в курортном городке.

Я ведь больше никуда не спешу.

* * *

Узнать, в каком коттедже жила пропавшая семья, было несложно. Полицейское ограждение оттуда убрали, но толку от этого не было. Судя по тому, что мне удалось выяснить, даже уборщицы отказывались туда входить. Плюс никто пока не забрал вещи пропавших, слишком мало времени прошло, поэтому домик стоял с опечатанной дверью.

Но там не только в печати дело, даже лужайку перед домом постояльцы обходили по большому кругу. Хочешь ты знать