Вино викингов - Марина Серова

Я мысленно подивилась такой предвзятости Сереги и сказала:

– Мало ли! Чем они старше, тем опытнее.

Охранник отмахнулся:

– Бросьте ваши приколы, Евгения Максимовна! – И выдал мне еще порцию информации: – «Жучки» ставит кто-то из гостей!

Я указала в сторону дома:

– Гости тут бывают?

Он кивнул:

– В каждом доме бывают гости, Евгения Максимовна. Какие – к шефу, а какие – к его жене, Наталье Васильевне, приезжают.

– А она сама где?

– Она на курорте сейчас, с сыном. В Анталии, кажется.

И отчего я тетушку туда же не отправила? Глядишь, она в одном отеле с женой «мамонта» проживала бы. Интересное бы узнала что-нибудь…

– Понятно… И много у них гостей бывает?

– Прилично. Шеф иногда выпить любит. Тут порою такие дискотеки затевают, что издалека слышно.

А Ветров, оказывается, обожает отдохнуть с размахом? Интересное обстоятельство! Уважаю пьяных. Столько всего они рассказывают о себе, аж запоминать не успеваешь.

Я делано расширила глаза:

– Вот даже как?

Сергей опять попытался прервать беседу. По-любому она ему в тягость была. Спросил меня деловито, взяв газету:

– Еще будут вопросы?

А как же! Пока я не выведаю все, что ты знаешь, Серега, – не уйду. Буду спрашивать и спрашивать.

Я вспомнила слова Ветрова относительно численности его штата. Спросила:

– Александр Геннадьевич сказал мне, что охранников здесь четверо. А я пока что видела только троих, включая вас.

– Толян сейчас спит, похоже. Или книжку читает. Вы на втором этаже посмотрите, в столовой, наверняка найдете его.

Забавно! Пойду доставать другого охранника, раз этот говорить не хочет. Но потом обязательно вернусь.

Я заверила Серегу, встав со стула:

– Непременно посмотрю!

Выйдя из будки, я закурила.

Блин, веду я себя как следователь, а не как телохранитель. Вопросы задаю, пристаю к охране, выглядываю и разнюхиваю. Нельзя так делать. Могут и уволить, посчитав меня за агента чьего-нибудь. Да хоть из органов! Или за «казачка» – от конкурентов по бизнесу подарочек. Надо быть поспокойнее. Вот как четвертого охранника этого странного дома увижу, так сразу же и успокоюсь. Начну исполнять прямые обязанности телохранителя. Четвертый в столовой, кажется? Отлично.

Вернувшись в дом, я поднялась на второй этаж. Смело толкнула двери в столовую. И остановилась.

За столом сидел лично Ветров. И какой-то старичок. Седой, морщинистый. Обедали они. Молча. «Мамонт» баловался жареной курицей и вином, а второй посетитель столовой попивал кофе, судя по запаху, и читал газету. А где же четвертый охранник? Может быть, где-то в комнатах?

Я смущенно кашлянула:

– Приятного аппетита. Не помешала?

Ветров покачал головой:

– Нисколько, Евгения Максимовна. Кого-то ищете?

Я не стала кривить душой. Призналась честно:

– Четвертого охранника ищу, Александр Геннадьевич. Троих я уже видела, а вот его – еще нет. Познакомиться хотелось бы.

Ветров указал на старичка и сказал:

– Вот он. Анатолием его зовут.

Старичок встал со стула, отставив чашку. Кивнул мне. Сел и взял чашку.

Неловкая ситуация, признаюсь, получилась. При Ветрове-то многим не поинтересуешься, придется мне быть скромной. И не показывать интереса к происходящим здесь странным делам, делищам и делишкам. Да и просто – некультурно вышло. Хожу, понимаешь, по дому, всех увидеть хочу, знакомство навязать, вопросов всем задать массу. Нельзя так. Это уже наглостью попахивает. За это можно и расчет получить.

Хозяин дома вытер руки салфеткой. Отодвинул тарелку с истерзанным трупиком птицы. Отхлебнул вина – прямо из бутылки. И развеял мои «непонятки»:

– Вы не смотрите, что Анатолий слегка, как бы это сказать, в возрасте. Дело свое он знает хорошо. Претензий к нему с моей стороны нет. Вместе мы работаем уже восьмой год.

Я улыбнулась – дружелюбно. Не хватало еще, чтобы старичок обиделся на меня. Привела наблюдения из личного опыта, чтобы как-то скрасить неловкость:

– Опыт приходит с возрастом, Александр Геннадьевич.

Ветров тоже улыбнулся. Впервые, наверное, с момента нашей встречи. Возразил:

– Но ведь вы-то молоды, Евгения Максимовна. Тем не менее люди отзываются о вас как о прекрасном специалисте, знающем свое дело.

Я внесла поправку:

– Окончание одного учебного заведения позволяет мне быть на высоте.

Ветров заинтересовался:

– Какого, если не секрет?

На всякий случай я его предупредила:

– Вам это ни о чем не скажет, Александр Геннадьевич.

Работодатель не понял намека. Настоял на своем:

– Ну а все-таки?

Я села на свободный стул. Достала сигареты. И вежливо сказала:

– Ворошиловка.

Старичок Анатолий поперхнулся кофе и закашлялся. Ветров так и не понял ничего: я была права насчет его неосведомленности. Смотрел то на меня, то на странно себя поведшего охранника.

Спросил, не выдержав, наконец:

– Ты чего, Толян?

Тот прекратил кашлять. Помотал головой:

– Да кофе не в то горло попал, шеф.

– Точно?

– Почти.

Я закурила. Спросила:

– Вы что-то знаете об этом заведении?

Старичок ответил неопределенно:

– Слышал.

Ветров приложился к бутылке еще раз и захотел подробностей:

– А что именно ты слышал?

– Там готовят боевиков экстра-класса, шеф.

Ветров удивленно на меня посмотрел. Спросил:

– Вы что, Евгения Максимовна, – боевик?!

Я собиралась было кивнуть, но передумала. Испугается еще, откажется от услуг телохранителя. Мне такой расклад не нужен. Мне работа нужна. И деньги соответственно. И не боевик я вовсе. Вот так и скажу:

– Нет. С чего вы взяли? Я училась на телохранителя, Александр Геннадьевич. И только на него.

– А разве это не одно и то же?

– Это разные вещи. Хоть и «расстояние» между ними небольшое. Все от человека зависит. Добрый идет в охрану. Злой, напротив, – в боевики.

– Интересно! Вот, значит, откуда террористы выходят…

Я озвучила определение, которое считала правильным:

– Террористом любой может стать, Александр Геннадьевич. Для этого нужна бомба побольше, чтобы разрушения учинить, и сила воли, позволяющая не свернуть на половине пути к исполнению теракта. Только и всего.