Предательство Борна - Роберт Ладлэм

Судя по всему, Лернер предупредил тех двух сотрудников о приходе Борна, потому что при его появлении привлекательная молодая женщина лет тридцати с небольшим оторвалась от экрана и направилась к нему. Ее шаги не были ни слишком длинными, ни слишком короткими, ни слишком быстрыми, ни слишком медленными. Выражаясь одним словом, ее походка была анонимной. Поскольку у каждого человека своя индивидуальная походка, неповторимая, как отпечатки пальцев, это один из лучших способов выделить противника в толпе пешеходов, даже если в остальном его перевоплощение выполнено на высшем уровне.

У женщины было сильное и гордое лицо, острый форштевень стремительного корабля, способного рассекать волны, сулящие погибель другим, не таким совершенным судам. Большие темно-голубые глаза казались драгоценными камнями в обрамлении матовой светло-коричневой кожи ее арабского лица.

– Насколько я понимаю, вы – Сорайя Мор, – сказал Борн, – старший сотрудник, ведущий дело.

Появившаяся на мгновение у женщины на лице улыбка тотчас же скрылась за облаком смущения и холодной резкости.

– Вы совершенно правы, мистер Борн. Сюда, пожалуйста.

Сорайя провела Борна через просторное, многолюдное помещение ко второй слева комнате для совещаний. Открыв дверь с матовым стеклом, она пропустила его вперед, продолжая разглядывать с тем же самым странным любопытством. Впрочем, если учесть его непростые отношения с ЦРУ, наверное, в этом не было ничего странного.

В комнате их уже ждал мужчина, моложе Сорайи по крайней мере на несколько лет. Он был среднего роста, атлетического телосложения, с соломенными волосами и светлой кожей. Мужчина сидел за овальным стеклянным столом, работая на переносном компьютере. На экране было что-то наподобие необычайно сложного кроссворда.

Мужчина оторвал взгляд от компьютера, только когда Сорайя кашлянула, привлекая его внимание.

– Тим Хитнер, – не поднимаясь с места, представился он.

Усевшись за стол вместе с двумя сотрудниками «Тифона», Борн обнаружил, что кроссворд, который пытался решить Хитнер, на самом деле представляет собой шифр – и довольно мудреный.

– У меня чуть больше пяти часов до отлета в Лондон, – сказал Борн. – Возбуждаемые искровые разряды – расскажите мне все, что нужно о них знать.

– Наряду с самим расщепляющимся веществом ВИРы являются наиболее строго охраняемыми объектами в мире, – начал Хитнер. – Если быть точным, в списке нашего правительства их насчитывается ровно две тысячи шестьсот сорок один.

– Значит, эта наводка, которая вызвала такое возбуждение Линдроса, что он не смог удержаться и снова лично занялся оперативной работой, имела отношение к контрабанде ВИРов?

Хитнер склонился к экрану компьютера, опять занявшись вскрытием шифра, поэтому рассказ продолжала Сорайя:

– Все началось в Южной Африке. Если точнее, в Кейптауне.

– Почему именно в Кейптауне?

– В эпоху апартеида страна превратилась в настоящий рай для контрабандистов, в основном по необходимости. – Сорайя говорила быстро, четко, с безошибочной беспристрастностью. – Теперь, когда Южная Африка перешла в «белый список», американские производители получили возможность поставлять туда ВИРы на законном основании.

– Затем они там «теряются», – вставил Хитнер, не отрывая взгляда от букв на экране.

– Теряются – это то самое слово, – кивнула Сорайя. – Контрабандистов вывести труднее, чем тараканов. Как можно догадаться, по-прежнему продолжает работать разветвленная сеть с центром в Кейптауне, но сейчас эти ребята прибегают к очень изощренным методам.

– А откуда поступила наводка? – спросил Борн.

Не глядя на него, Сорайя протянула несколько страниц, распечатанных на компьютере.

– Контрабандисты общаются между собой с помощью сотовых телефонов. Они пользуются «огарками», дешевыми аппаратами, которые можно приобрести в любом магазине с тарифным планом повременной оплаты. Такой телефон используется всего один день, максимум неделю, если удается заполучить другую СИМ-карту. После чего его выбрасывают и покупают новый.

– Вы не поверите, проследить такие телефоны практически невозможно. – Тело Хитнера было напряжено. Он вкладывал все силы в раскрытие шифра. – И все же способ есть.

– Способ есть всегда, – сказал Борн.

– Особенно если ваш дядя работает в телефонной компании. – Украдкой бросив взгляд на Сорайю, Хитнер улыбнулся.

Молодая женщина сохраняла ледяное выражение лица.

– Дядя Кингсли эмигрировал в Кейптаун тридцать лет назад. По его словам, Лондон оказался для него чересчур мрачным. Ему было нужно место, полное обещаний. – Она пожала плечами. – Так или иначе, нам повезло. Мы перехватили разговор, в котором шла речь о переправке вот этой партии товара – его расшифровка приведена на второй странице. Главарь сообщает одному из своих людей, что груз не может быть отправлен по обычным каналам.

Борн поймал на себе взгляд Хитнера, полный любопытства.

– И самое примечательное в этой «потерявшейся» партии то, – сказал Борн, – что она совпала по времени с конкретной угрозой в адрес Соединенных Штатов.

– Это, а также то, что контрабандист у нас в руках, – добавил Хитнер.

Борн провел пальцем по второй странице расшифровки разговора.

– Разумно ли было его задерживать? Не исключено, что тем самым вы спугнете его клиента.

Сорайя покачала головой:

– Маловероятно. Эти люди используют источник один-единственный раз, затем переходят к следующему.

– Значит, вам известно, кто приобрел ВИРы.

– Скажем так: у нас есть очень сильные подозрения. Вот почему Линдрос лично отправился на место.

– Вам когда-нибудь приходилось слышать о «Дудже»? – спросил Хитнер.

Борн обратился к своей памяти.

– Группировке «Дуджа» приписывают по крайней мере десяток террористических актов в Иордании и Саудовской Аравии, из которых последним по времени является взрыв в соборной мечети в городе Ханакине, в девяноста милях к северо-востоку от Багдада, в результате которого погибло девяносто пять человек. Если я правильно помню, именно «Дуджу» подозревают в убийстве двух членов саудовского королевского семейства, министра иностранных дел Иордании и главы национальной безопасности Ирака, хотя никаких доказательств этого нет.

Сорайя забрала у него расшифровку телефонного разговора.

– Кажется невероятным, не правда ли, что столько нападений на счету всего одной группировки. Однако это действительно так. И у всех терактов есть одно общее: все они были направлены против саудовцев. В соборной мечети Ханакина происходила тайная деловая встреча с участием высокопоставленных саудовских эмиссаров. Министр иностранных дел Иордании был личным другом королевской семьи; глава иракской службы безопасности открыто выступал в поддержку Соединенных Штатов.