Масло - Юзуки Асако

— О, похоже, бросить курить так и не получилось, — делано засмеялась она, бросила сумку на татами и села напротив мужчины с сигаретой в руках. Затем тщательно протерла руки влажным полотенцем со стола. На встречах они мало ели и почти не пили. Ну и, конечно, не тратили время на пустые формальности. Каждый рассказывал о том, что хотел рассказать, — так повелось с самого начала их знакомства.

Синои Есинори, член редакционной коллегии крупного новостного агентства, всегда такой красноречивый на ТВ-шоу, в обычной жизни был человеком тихим и скромным. Порой случалось, что почти всю встречу Рика жаловалась на жизнь, хотя приходила послушать его. Синои в такие моменты не выглядел ни скучающим, ни заинтересованным: он просто вежливо поддакивал и жевал. На экране телевизора, в свете софитов, он казался крепко сбитым и гораздо моложе своего возраста, а в жизни он был худощавым и сутулым, с проседью в мягких на вид волосах. Нескладный — вот самая верная характеристика. Костюм слегка помят, но не настолько, чтобы выглядеть неаккуратным.

— А я и не говорил, что собираюсь совсем бросать. Зато количество курева в день сократил, — спокойно ответил Синои, потушил сигарету о пепельницу и сделал глоток воды.

— Похоже, работы на телевидении у вас прибавилось — наверное, и поспать некогда. О, какую вы выбрали закуску сегодня!

Перед Синои стояла бутылочка подогретого ржаного сетю[21], а к нему — кимпира[22], эдамамэ[23], тофу и жареная рыба. Раньше во время их встреч он заказывал пиво, а к нему что-нибудь жареное в масле, но в последнее время, похоже, начал уделять внимание здоровью — подумать только!

Рика заказала себе горячее сакэ, жареную кукурузу и икру тарако. Вместе с сакэ ей принесли комплимент — бесплатную закуску на маленькой тарелочке.

Скривившись, она ткнула палочками в неопознанную субстанцию.

— Как обычно, что-то непонятное. Это моллюск? Или конняку?[24]

В этом заведении к спиртному вечно подавали какую-то гадость. На этот раз — нечто маринованное, больше ничего и не скажешь. Еще и порция крохотная. Рика попробовала. Вкус не противный, но и вкусным не назовешь.

— Сегодня я впервые отправила передачу в тюрьму… Печенье и консервированные фрукты. Адресат — женщина, и я подумала, как это грустно — не иметь возможности поесть рождественской еды. Тортик… курица… — Она вздохнула.

О своем интересе к Кадзии Манако Рика еще не рассказывала Синои, но знала: однажды ей захочется посоветоваться с ним. Пожалуй, только с Синои она могла говорить о работе открыто, ничего не скрывая. И еще неизвестно, кто для кого был информатором — он для нее или она для него.

— Между прочим, в Центральной тюрьме вкусно кормят. Там готовят профессиональные повара. Я даже слышал, есть такие, кто специально совершает повторные преступления, чтобы поесть тюремной еды.

— Серьезно? А я слышала, что там даже рис невкусный…

— Я думаю, так было, когда готовили исключительно белый рис. Теперь в тюрьме подают рис с примесью ячменя. Считается, что такой рис гораздо полезнее. Похоже, питаются в тюрьме получше нас.

— Да уж, наверняка рацион там сбалансированнее и здоровее, чем мой… Я ведь не готовлю особо, в основном покупаю готовую еду в комбини.

— Если хотите, я разузнаю, что у них в меню в последнее время. — Синои сделал пометку в потрепанной записной книжке в кожаной обложке.

Рика бросила на собеседника короткий взгляд, подняв чашечку с сакэ. Синои выглядит уставшим. Землистый цвет лица, мутные белки глаз… Она и сама, наверное, не лучше, но в него усталость въелась прочнее и глубже, так, что уже не сотрешь. Кто о нем заботится? Рика слышала, что он развелся несколько лет назад. Сам Синои очень редко говорил о личном, и она не знала, правда ли это.

— Мой отец после развода жил как попало, да еще и алкоголем злоупотреблял. В итоге умер в одиночестве в своей квартире. — Подробности она предпочла упустить. — Вы бы повнимательнее к здоровью относились. Думаю, отцу было где-то, как вам сейчас. Сколько вам лет, напомните.

— Сорок восемь… Не говори таких жутких вещей, красавица. Может, режим питания у меня и не лучший, но я регулярно прохожу медосмотры, а недавно вот начал бегать по утрам вокруг императорского дворца, благо живу рядом. И еще стараюсь пить свежевыжатый сок, когда есть возможность.

Похоже, замечание Рики задело Синои — она не ожидала такого отпора.

Ей захотелось забрать свои слова назад. Синои хоть и казался уставшим, но никогда — потерявшим форму, а уж тем более потрепанным. Ему хватало сил и мудрости, чтобы заботиться о себе по мере возможности и вовремя восстанавливаться. Потому-то Рике и было спокойно рядом с ним. У Макото похожий тип характера, так что, наверное, у нее хорошая совместимость с такими людьми. Вероятно, и Синои было с ней комфортно, раз он при своем графике выделял время для встреч. Отношения у них мало чем отличались от доверительных дружеских связей, такие редко складываются с информаторами.

— В любом случае, стоит внимательно относиться к своему образу жизни. Почему-то мужчины легко пускают свою жизнь под откос, когда за ними некому присмотреть. Из-за чего так получается, интересно? О да, мужчинам обычно сочувствуют, и если налицо отсутствие самоконтроля, говорят, мол, что уж тут поделать…

Не так давно на телевизионном шоу активно обсуждали буйное поведение известного в прошлом спортсмена. Мир профессионального спорта он покинул несколько лет из-за подозрений в связях с теневым миром. Жена, с которой пятидесятилетний мужчина прожил долгое время, ушла от него и забрала с собой детей. В результате он пошел вразнос, по ночам его замечали в барах агрессивным и пьяным. Пошли слухи о том, что он сел на наркотики. На шоу спортсмен жаловался: «Одному ужинать ужасно тоскливо, вот я и хожу куда-нибудь поесть и выпить. Сам я совершенно не умею готовить. Не знаю даже, где дома соль лежит. Неужели я и правда заслужил такую одинокую жизнь? Как же я хочу, чтобы семья вернулась ко мне!» Сыновьям, с которыми мужчина не мог видеться по решению суда, он отправил публичное послание. Назвал его «От папы», чем вызвал умиление телезрительниц. В журналах для мужчин его историю представили как «прискорбное падение успешного когда-то человека», и в целом общество относилось к нему сочувственно: смотрите, люди, такое может произойти с каждым из нас.

А вот Рике было ни капли его не жаль.