Пурпурная сеть - Кармен Мола

и вагинальные, при помощи тупых предметов, в частности скалки; ножевые ранения всех типов, предположительно нанесенные тем же ножом, которым было отрезано веко; щека, пробитая, как вы все видели, при помощи кернера и молотка. Еще до того, как мы начали вести запись, жертве нанесли удар, возможно кулаком, в результате которого треснули два ребра. У нее также оторван плоскогубцами левый сосок, просверлено правое колено.

Все присутствующие невольно морщились, словно от боли. И про себя клялись, что отомстят за страдания девушки.

— Теперь, как мы понимаем, нужно попытаться забыть все услышанное, чтобы не вогнать себя в депрессию. Перейдем к важному. Причина смерти: жертва истекла кровью.

Все встрепенулись.

— То есть как истекла кровью? — спросила Элена. — Тот тип в мексиканской маске у нас на глазах выстрелил ей в грудь.

— Да, но у девушки была декстрокардия — правостороннее расположение сердца. То есть выстрел был сделан туда, где обычно располагается сердце, но в данном случае — не в сердце.

— Поясни подробнее, — попросила инспектор.

У Буэндиа, как всегда, были наготове специальные иллюстрации.

— У девушки была простая декстрокардия, то есть ее сердце и остальные непарные органы, например, печень, поджелудочная железа и селезенка, были расположены зеркально. Иногда такой дефект вызывает тяжелые заболевания, но ей повезло, — возможно, единственный раз в жизни, если учесть страшный финал, — и она была здорова. Но все равно ей наверняка хоть раз приходилось обращаться к врачу.

— Значит, мы можем установить ее личность по истории болезни? — сразу спросил Сарате.

— Можем и уже начали работать над этим: мои ассистенты просматривают истории болезни из всех больниц Испании. Если девушка испанка или получала в Испании медицинскую помощь, то мы скоро узнаем ее имя.

Буэндиа продолжил перечислять подробности вскрытия: внутри вагины обнаружены голубые перья, роговица и ладонь пробиты кернером…

— Еще одна любопытная деталь: когда жертва потеряла сознание, ее привели в чувство, введя эпинефрин. Из чего можно сделать вывод, что убийцы обладают определенными познаниями в медицине, то есть мы имеем дело с профессионалами: они контролировали интенсивность боли, чтобы жертва не могла раньше времени испортить спектакль, — сказал судмедэксперт. — Похоже, истязания были рассчитаны ровно на час.

— Сколько же несчастных умерло такой смертью? — дрожа от злости, спросила Ческа без особой надежды на ответ.

Все умолкли, задумавшись. Но Элена понимала: нельзя, чтобы коллеги впали в отчаяние или слишком озлобились.

— Поехали дальше, — вздохнула она. — Ордуньо?

Ордуньо должен был оставаться на связи с Марреро, проводившим расследование на Канарах, и помогать ему всем, что было в их силах.

— Марреро уверен, что у него появилась хорошая зацепка. Говорит, нашел кое-что среди поданных в полицию заявлений, и, вероятно, сможет сообщить нам точное место, где была убита жертва.

— Приготовься, тебе придется лететь в Лас-Пальмас, — кивнула Элена. — Я хочу знать, фиксировались ли там другие случаи истязаний, работает ли на островах определенная преступная группировка или это убийство произошло там лишь в силу стечения обстоятельств.

— Слушаюсь, инспектор. Как только появится новая информация, я полечу на Канары.

Ческе было поручено выяснить побольше о личности Даниэля, о его одноклассниках, друзьях и возможных романтических увлечениях.

— Не поверите, но он вполне адекватный парень. Более того, все говорят о нем примерно то же, что и мать: хороший мальчик случайно вляпался в какую-то мутную историю, — сообщила она.

— Случайно люди не платят три тысячи евро, — съязвила Элена.

— Учится не бог весть как, оценки средние, но преподаватели отзываются о нем хорошо; девушки у него нет, хотя две одноклассницы, похоже, сходят по нему с ума; еще он играет в футбол, без особого успеха, но с удовольствием…

— Прямо усыновил бы парнишку, — мрачно пошутил Сарате.

— Что да, то да, к нему не придерешься. Два года назад была история с травлей его одноклассника. Даниэль не поддерживал ни травивших, ни жертву. Он держался в стороне от конфликта, но участвовал в двух сидячих забастовках, протестуя против происходящего.

— Короче, по этой части ничего, — подвела итог Элена.

— Абсолютно. Я бы прекратила расспросы соседей и школьных знакомых, вряд ли они что-то дадут.

— Хорошо, оставь это, помоги Марьяхо. Посмотрим, удастся ли вам вдвоем добраться до этого Ярума. Марьяхо, у тебя есть что-то новое?

— Наживка насажена, удочки заброшены. Под ником Даниэля я зашла на все форумы, которые он упоминал. Прочитала его прошлые комментарии и подстроилась под его стиль. Остается дождаться ответа Ярума.

— Это долго?

— Посмотрим, но не думаю, что такие зрелища устраивают часто, — сказала Марьяхо. — Другие участники форумов тоже пишут, что неделями не могут ни с кем связаться. Многие пытаются вступить в контакт с Ярумом, но до выплаты шести тысяч евро дело доходит только у десяти процентов, бизнес очень прибыльный. Организаторам трансляций нет смысла рисковать. В деньгах они не нуждаются.

— Деньги лишними не бывают. Продолжай.

В комнату вошел один из помощников Буэндиа и передал ему какую-то бумагу. Судмедэксперт победно улыбнулся и зачитал ее вслух:

— Теперь нам известно имя девушки: Айша Бассир. Она марокканка, но с детства жила в Испании.

— У нее есть родные?

— Этой информации у нас нет, — ответил Буэндиа, — но в базе данных больницы, где она побывала два года назад, указано контактное лицо: Мар Сепульведа. Живет на площади Касадор здесь, в Мадриде.

— Это Пан-Бендито, в Карабанчеле, — уточнил Сарате.

— Едем туда. — Элена встала.