Нежный киллер - Кирилл Казанцев

Наталья Вергольц появилась из ванной уже не в брючном костюме, а в дорогом вечернем платье, которое подчеркивало еще сохранившуюся красоту, и туфлях на высоком каблуке, видимо, специально привезенных для подобного случая. Она смотрела на сидевшего в кресле молодого мужчину глазами, в которых читалось бегущей строкой: «Ну, смелее!..»

«Только не так!» — Внутри будто что-то оборвалось. Стало мерзко и противно. Он сам не ожидал от себя подобной реакции — эта женщина, хоть и была старше, нравилась ему внешне, но он не желал так явно, так неприкрыто играть роль мальчика по вызову — поэтому не сумел в первые секунды сдержать эмоции, а женщина успела прочесть все по его лицу. Ее улыбка угасла.

— Я что, некрасивая? — тихо спросила она.

— Простите… — Он не знал, за что просит прощения, но чувствовал, что сейчас нужно поступать именно так. — Вы очень красивы.

— Не морочьте мне голову, — без эмоционального оттенка ровно произнесла женщина. — Так и скажите, что я вам не нравлюсь!..

— Вы очень эффектны! Вы мне нравитесь… Просто все так быстро… — Ничего другого он не смог найти для ответа. — Я бы хотел просто поухаживать за вами…

— Налейте мне коньяку, — попросила она, не дослушав его оправданий.

Олег подошел к столику, на котором стояли рядом с включенным в сеть ноутбуком две полные бутылки, открыл коньяк и налил в один бокал.

— Я буду пить одна? — Она подошла, села на диван и смотрела на него в ожидании.

— Я за рулем, — твердо проговорил Олег, возвышаясь над столом, над диваном и над всем, что сейчас происходило в номере полулюкс.

— Вас кто-то ждет?

— Нет.

— Тогда пейте, — почти приказала она.

Григорьев плеснул коньяк себе в бокал на самое донышко.

— А я напьюсь, — с вызовом бросила Наталья Вергольц. Она опрокинула в рот коньяк, словно водку, и поморщилась, прикрывая рот рукавом грубо и некрасиво, как заправский грузчик: — Закусить… там, в чемодане… шоколад… и апельсин.

Олег шагнул к раскрытому чемодану и увидел большую плитку шоколада и пару апельсинов, лежащих поверх одежды. Он взял то, что просила гостья, и положил на столик прямо перед ней.

— Сядь, — попросила она, перейдя на «ты».

Он сел.

— Налей еще.

Он налил.

— Давно замечено, что между сексом и алкоголем существует незримая, но прочная связь. «Без Бахуса Венера зябнет», — уверял древнеримский поэт Теренций, к слову сказать, большой любитель вина и женщин. Здесь много жизненной правды, не находите, Олег? Еще древние греки заметили — алкоголь сближает. Несколько глотков горячительного напитка снимают психологическое напряжение, придают уверенности в себе, позволяют расслабиться и на время позабыть о проблемах.

Олег молчал, не зная что сказать.

— Пейте, Григорьев, пейте! — потребовала гостья.

Он поднес свой бокал к губам.

— Я провожу летний отпуск где-нибудь в Европе на берегу моря, — продолжила Наталья. — Отрешаюсь от всего, прежде чем погрязнуть в суете реальной жизни. Сказка! Но мы сами можем создавать сказку там, где хотим, — многозначительно подмигнула женщина. — Вы меня понимаете, Олег?

— Вполне, — кивнул головой Григорьев.

— За понимающих людей! — Вергольц опрокинула второй фужер коньяка. Олег допил свой первый.

Через минуту женщина стала заметно пьянеть, ее взгляд наливался тяжестью. Но гостья попросила наполнить ее бокал в третий раз. Олег не стал перечить.

— За любовь! — она сама озвучила традиционный третий тост. Но вышло как-то с надрывом.

Они чокнулись, наполнив полутемный номер нежным звоном хрусталя.

Потом сидели, слушая, как тихо работает телевизор.

— Обними меня, — попросила женщина. — Пожалуйста.

Григорьев положил ей руку на плечо и тихонько притянул к себе. Она послушно поддалась. Прижалась.

— Глупо все! — немного растянуто произнесла Наталья Вергольц. — Пашешь, стараешься, учишься, учишься, делаешь карьеру, рвешься, чтобы хоть что-то заработать, чтобы выглядеть на все сто, а все равно не везет! Все равно одна. Вот я тебе не нравлюсь. А разве ж я не красивая? Может, старая? Олег, ответь!

— Наташа, вы очень красивы. — Олег знал, что сейчас нужно говорить с выпившей женщиной именно в таком ключе. — Вы мне очень нравитесь. Разве вы можете не нравиться мужчинам? Просто мы еще мало знакомы. Вы же меня понимаете?

— Не понимаю! А скажи мне, Олег, где нормальных мужиков-то берут? Чем я хуже каких-нибудь замужних миллионерш? На иную посмотришь — уродина уродиной! А рядом с ней богатенький такой красавчик, вроде тебя. Правильно говорят, что хороших мужчин разбирают еще щенками…

— Я думаю, Наташа, — Олег перенес руку с плеча на талию, — что мужчины просто боятся успешных женщин. Вы такие самодостаточные, сильные. А нам хочется дома иметь любящих, понимающих жен. Я вот тоже пока не вижу такой в своем окружении.

Женщина приблизила свое лицо к лицу Олега, стараясь отыскать глазами его глаза, и тихо произнесла:

— Сегодня я буду очень послушной…

Олег возвращался домой рано утром с неприятным осадком на душе. Выслушав до конца жизненную исповедь одинокой женщины, ему все же пришлось остаться в ее номере. Хоть в постели она выполняла все его желания, встречаться с ней сегодня вечером он уже не хотел.

Днем Григорьев взял больничный лист, пожаловавшись на недомогание, и вышел на работу только после отъезда северной гостьи.

Такой его поступок вызвал негодование у директорши. Не утруждая себя долгими объяснениями, Светлана Викторовна потребовала от Григорьева написать заявление об уходе по собственному желанию…

Так Григорьев потерял свое основное место работы. И приобрел серьезные неприятности с законом. Светлана Викторовна отомстила за подругу, «повесив» на своего бывшего водителя одно из «дурно пахнущих дел» фирмы. То самое — с муниципальной недвижимостью. В тот день в здании прокуратуры, куда его вызвали повесткой, Олегу Григорьеву показалось, что он встретил свою первую юношескую любовь.

Он сидел в коридоре. А она шла по направлению к нему. Скучающий взгляд Олега скользнул по фигуре, лицу и зацепился за… взгляд. Его поразили ее глаза. Очень знакомые глаза…

Он увидел интересную молодую женщину. Она шла прямо к нему энергичной походкой, каждое движение ее стройного тела было отмечено особой грацией. Густые каштановые волосы свободно спадали на плечи, обрамляя привлекательное лицо. Женщина излучала не только естественную красоту, но и природную силу, уверенность и обаяние. Олег, поймав ее взгляд, почувствовал, что с удовольствием позволил бы себе утонуть в глубине этого серо-голубого омута. Но при других обстоятельствах — сейчас он сидел в коридоре районной прокуратуры, а на незнакомке была надета синяя форма офицера, на ее плечах лежали погоны с одним зеленым просветом и тремя маленькими звездочками. Но даже в этой неудобной для него ситуации Олег был не прочь узнать ее имя.