Пропавшая экспедиция - Станислав Рем

Пока Щетинин рылся в столе, Дмитриев осмотрелся. На личные апартаменты старого друга, человека неспокойного и подвижного, данная обстановка никак не походила. Слишком уж она была «правильной». И кресла мягкие. И портретики президента на стене и на столе: чин чинарём. Как положено. И три телефона. И пепельница хрустальная. К СЧХ, который двадцать с лишним лет пробегал опером, сей стиль шёл как корове седло.

Подполковник наконец закончил рыться в ящике стола, разгладил усы, от чего те не стали меньше топорщиться, и положил на стол толстую папку, перевязанную серыми тесёмками.

— Покопался я в твоём деле. Кофе будешь?

— Нет. Что нашёл?

СЧХ встал, вышел из-за стола, присел рядом с Михаилом. Развязал на папке тесёмки:

— Начнём с первого, и главного, вопроса, который ты мне задал. Проводник, который сопровождал экспедицию твоего отца, умер. Давно. В девяносто шестом. Остался сын. Учитель в местной школе. Проживает по тому же адресу. Никаким особенным бизнесом ни покойный, ни сын не занимались. Ни во времена «перестройки», ни в последнее время.

— Друзья покойного?

— Все уже того… На небесах облака топчут.

— Их киндеры?

— Я проверил. Ни то ни сё.

— Выходит, ни папаша, ни сынок золотишком не воспользовались?

— Скажем иначе: судя по всему, у них никогда того золота и не было, — уточнил Щетинин, откинувшись на спинку стула. — Самое идеальное время в нашей истории для реализации «горячего рыжья» — девяностые годы. Тогда, как помнишь, можно было творить чёрт-те что. И не только с золотом. Однако ни старик, ни его друзья моментом не воспользовались. Значит, не врал, что не брал.

— Я могу увидеться с сыном?

— Естественно. Мало того, предлагаю поехать вместе.

— Всё-таки имеются подозрения? — выдохнул Дмитриев.

— В отношении проводника — нет. Меня тут другой вопрос заинтересовал. Очень любопытный. Надеюсь, сын эвенка даст на него ответ. Или подскажет, где его найти. — СЧХ быстро извлёк из папки лист бумаги, который оказался оригиналом, серым от времени и на вид трухлявым, уже знакомой по беседе с Ельцовым карты местности. — Видел такую картинку?

— Да. И что?

— А то. Я, конечно, не геолог. И в этих делах почти ничего не понимаю. Но на охоту и на рыбалку временами, как ты помнишь, похаживаю. Да и киношку всякую люблю про природу посмотреть.

— К чему клонишь? — не сдержался Михаил. — Не тяни.

— Когда по твоей просьбе я взял из архива дело и перечитал его на досуге вечерком, у меня тут же появилось два вопроса, которые по непонятной причине в ходе следствия не были никому заданы. И начну со второго: как так получилось, что этого обстоятельства не заметили в главке геологоразведывательного управления?

— В главке много каких моментов не заметили! — не смог сдержаться Дмитриев. — И не только в главке.

— Ты о протоколе? — СЧХ почесал кончик носа. — Прокололись. Согласен. Так мне продолжать или будем моему ведомству косточки промывать?

— Продолжай.

— Тогда поехали. — Пальцы следователя прошлись по усам, после чего извлекли сигарету из пачки. — Я, может, чего-то «не догоняю». Потому и хочу услышать вразумительное пояснение от сына проводника. — Фильтр сигареты ткнул в карту. — Пять… Всего пять человек уходят в геологоразведку. Смотри. — Фильтр, зажатый промеж пальцев следователя, пошёл гулять по карте. — Из Новокиевского Увала группа идет вверх по течению Селемджи, к истокам Норы. В поисках золота. Правильно?

— Ну…

— Не нукай. Не запряг. Это километров двести, не по асфальту. По тайге. Буреломы. Болота. Мелкие речушки. То есть медленно идут. Во время марша находят самородки. Вот здесь, — на этот раз фильтр заменил указательный палец, который прижался к бумаге, — место стоянки на Норе, как показал следователю проводник. Двое суток отдыха. После чего группа резко, почти на девяносто градусов, сворачивает в сторону Гилюя. И марш-броском направляется к Зее, к хребту Тукурингра. А это ещё порядка восьмидесяти кэмэ. И вот теперь я задаю тот самый первый вопрос, на который не отреагировали ни в главке, ни в «конторе», ни у нас: почему экспедиция почти триста километров отмахала за каких-то полтора месяца? Почему так быстро передвигалась? Не экспедиция, а кросс по пересечённой местности. Какие при таком передвижении могут быть изыскания? И что они в таком случае искали? По какой причине группа резко сменила маршрут?.. Ну, и возвращаемся к уже знакомому вопросу: почему в главке не было реакции на все вышеперечисленное, или им закрыли рот?

— Думаешь, сын проводника знает ответы?

— На все — нет. Но надеюсь, хоть как-то сможет прояснить ситуацию. Если, конечно, у него были доверительные отношения с отцом. Ну, а если нет… По крайней мере, прогуляюсь. А то засиделся в кабинете.

Михаил встал, сунул руки в карманы. По-мальчишески, глубоко, всем кулаком.

— Вообще-то, сменить маршрут на Норе была инициатива отца.

— Ты в этом уверен? — вопросы из СЧХ посыпались, как из рога изобилия. — В таком случае почему твой отец не пошёл выше по карте, к Арге, где, к слову сказать, тоже было найдено золото в конце семидесятых? И значительно больше. Следующее. Обрати внимание, как твой отец пошёл к Гилюю. Стремительно! Будто за ними гнался кто-то. — Щетинин перевёл дыхание. — У меня даже мелькнула мысль, будто их действительно преследовали. Но в таком случае зачем было отказываться от отдыха в Зее? Почему, зная, что за тобой следят, тем не менее оставаться «в поле»? Нелогично. — Подполковник прикурил, с наслаждением затянулся дымом на всю глубину лёгких. — Я просмотрел все записи радиосообщений. И ничего в них не нашёл. Даже намёка на тревогу. Экспедиция в составе всего из пяти человек с сумасшедшей скоростью покрывает дальние расстояния в поисках золота, практически не производя разведки? — Щетинин покачал головой. — Я так думаю, те самородки вообще были случайно найдены твоим отцом. Так, валялись по дороге, вот он их и подобрал. Для отчётности.

По спине Дмитриева пробежал холодок.

— И к какому выводу ты пришёл?

Глаза-щёлочки СЧХ сверлили друга.

— Думаешь, искали что-то другое? — Михаил не знал, как продолжить мысль.

— Именно! — СЧХ понизил тон. — Иная цель стояла перед твоим батюшкой. Не «рыжьё». Золото, как и уголь, версия официальная. А вот что на самом деле должна была найти экспедиция — вопрос. Потому и закрыли рот управлению геологоразведки. Я не очень надеюсь на то, что проводник мог что-то узнать, но охотники — мужики наблюдательные. Авось эвенк что-то да заприметил. И, опять же, авось что-то рассказал сыну. Потому и хочу с тобой поехать.

Дмитриев облизнул губы.

— А если отец работал не на главк, а, предположим, на Министерство обороны? Потому управление и не отреагировало?

— И такая мысль приходила мне в голову. — СЧХ принялся разминать в пальцах сигаретную пачку — первый признак задумчивости. — Если так, ответа никогда не получим. Как и подтверждения. Только, опять же, вопрос: что им могли поручить найти? Урановую руду?