Пуля для главы - Алексей Макеев

Поблагодарив его за ответственное отношение к их пожеланиям, сыщики прошли следом за ним в кабинет. Впрочем, чего-то кардинального из предложенных бумаг они, в общем-то, так и не заполучили. Описанное в мельчайших деталях положение гильз, схема расположения служебного авто у дома Лосева и положения тела раненого главы, а также справка о погоде на момент покушения и тому подобная информация, по сути, ничего не давали. Вот показания очевидцев случившегося оказались несколько более информативными.

Жительница улицы Щорса, где и находится дом главы, которая назвалась Клавдией Сыровой, рассказала о том, что видела в окно пролетевших мимо ее двора неизвестных на каком-то мотоцикле (женщина особо подчеркнула, что в марках мототехники не разбирается). Причем, по ее словам, пассажир, не таясь, держал в руке короткоствольный автомат. Это она разглядела очень хорошо. Прочитав показания свидетельницы, Гуров сделал вывод, что убийцы чувствовали себя абсолютно уверенно и даже не пытались маскироваться.

– Борзая отморозь! – также пробежав глазами по ровным строчкам, выведенным женской рукой, констатировал Станислав. – Какие-то непуганые, видимо, хорошего дрозда не получали еще ни разу. Тут что-то одно – это или суперпрофи, или абсолютные дилетанты, по случаю нанятые заказчиком.

Слушая его, Лев согласно кивнул.

– Но если эти двое – дилетанты, то тогда и заказчик – или дилетант, или негодяй, каких поискать, нанявший «одноразовых» киллеров. Не исключаю даже и того, что сейчас эти два «деятеля» валяются где-нибудь в безымянной яме с простреленными черепками.

– А тогда надо будет немного погодя взять данные по пропавшим без вести, – авторитетно стукнул пальцем по столу Стас. – Если эти двое местные, то их обязательно хватятся не сегодня-завтра.

Реонкин, внимательно вслушивавшийся в их диалог, сразу же отошел в сторонку и, достав свой сотовый, вполголоса распорядился:

– Костя, с этого момента все обращения по поводу пропавших без вести немедленно брать на заметку. Никаких там положенных отсрочек и тому подобного – немедленно ставить меня в известность и брать в работу. Это очень важно. Ребят всех предупреди!

Тем временем Гуров ознакомился с показаниями еще одного очевидца – восьмидесятилетнего деда, живущего на окраине Якорного, который между восемью и девятью часами утра видел мотоцикл с двумя седоками, спешившими в сторону села Козловка.

– В стороне Козловки поиски мотоцикла не проводились? – спросил он у Реонкина, дочитав до конца показания старика.

– В Козловку наряд посылали, но чужих мотоциклистов там никто не замечал, – чуть настороженно пояснил капитан. – В принципе, это было проведено чисто для проформы – какой дурак останется рядом с местом преступления? Наверняка эти двое уже где-нибудь в соседних областях, если не за границей.

– Не уверен, – с сомнением покачал головой Лев. – Что касается мотоцикла, то, скорее всего, от него они постарались избавиться сразу же, как только выехали за пределы Якорного, – на кой им эта улика? А дальше уехать они могли на машине, поджидавшей их в условленном месте. Вы не допускаете?

Изобразив гримасу крайней озабоченности, капитан чуть пожал плечами.

– Ну, с вами трудно не согласиться, – отметил он после некоторого молчания. – Если по совести, то я и сам об этом уже подумывал. Но это ведь только предположения. В реальности-то все может быть совершенно иначе.

– Верно… – Лев изучающе взглянул на своего оппонента. – Однако предположения должны или подтверждаться, или опровергаться. А для этого нужно, как выражаются нынешние молодые, тупо бегать и искать. Никто вчера не заметил за чертой города какой-либо столб дыма? А вдруг в какой-нибудь глухомани горел тот самый угнанный мотоцикл? Кстати, показания владельца мотоцикла в деле имеются?

– Они в папке есть, – торопливо мотнул головой Реонкин.

– У меня эта бумага! – оторвавшись от чтения, сообщил Станислав.

– Ну и что он там рассказывает? – поинтересовался Гуров.

– Та-а-к… – Крячко ладонью взъерошил макушку. – Это житель села Потаповка некий Иван Струков. По его информации, мотоцикл стоял в деревянном сарае под замком. Марка – «Ява – триста пятьдесят» семидесятого года выпуска.

– Аж семидесятого?! Ух ты! – удивился и одновременно восхитился Лев. – Сорок лет с гаком! Вот это, я понимаю, техника. Да, видать, и хозяин хороший знаток мотоциклов, раз такой раритет – и до сих пор на ходу.

– Так вот… Украли «Яву» предположительно часа в три ночи. Воры взломали заднюю стенку сарая и вывели ее через огород на пустыри. Оттуда, скорее всего, уехали своим ходом – до пустыря хозяин видел след колес мотоцикла и двух пар ног. А дальше на траве остался только след колес.

Слушая Станислава, Гуров время от времени коротко кивал.

– А сторожевая собака у хозяина имеется? – неожиданно спросил он у капитана.

– Да, имеется… – ответил тот. – По словам владельца мотоцикла, она даже в один момент залаяла, но потом почему-то замолкла. Возможно, воры бросили ей чего-то вкусного, вот она и притихла. Струков вчера грозился ее пристрелить, но потом, правда, передумал…

– А сам-то он что думает по поводу пропажи? – задал свой вопрос и Станислав.

– Только матерится да разводит руками, – усмехнулся Реонкин. – Понятия не имеет, кто мог покуситься на его «ласточку».

– Но если принять во внимание реакцию сторожевой собаки, то не исключено, воры были ей знакомы? – размышляя вслух, вопросительно взглянул на капитана и Крячко Лев. – Тогда надо взять на заметку всех знакомых и родственников Струкова, кто склонен к антисоциальным поступкам, кто был судим, особенно по статье за угоны…

– Сделаем! – поднимаясь со стула, пообещал капитан.

– Слушай, Лев Иванович, а может, давай так: мы с капитаном доедем до Потаповки и там на месте все разберем по косточкам насчет угона мотоцикла? – соблюдая дежурный политес, предложил Станислав. – К тому же мы еще не имеем стопроцентной гарантии, что киллеры использовали именно струковскую «Яву». А ты… Ну, сам решишь, чем заняться.

– Да. Пожалуй, ты прав – мотоцикл у нас сейчас единственная реальная зацепка… – согласился Гуров, тоже поднимаясь со стула. – Езжайте. А я тогда поговорю со свидетелями. Сколько их? Четверо? Хорошо. Сейчас гляну показания оставшихся и пройдусь по городу. Ну а вы – вперед! Правда, неплохо было бы созвониться со Струковым, чтобы там с ним не разминуться…

Его последние слова заглушил стук в дверь, и на пороге кабинета появился какой-то рослый мужчина лет пятидесяти с насупленным лицом.

– Можно к вам? Здрасте!.. – зычно обратился он, озирая всех, кто находился в помещении.

– О! Здравствуйте! – чему-то обрадовался Реонкин и, указав в его сторону рукой, представил операм: – Владелец угнанной «Явы», Иван… э-э-э… Юрьевич Струков собственной персоной. Проходите, Иван Юрьевич, присаживайтесь. Что-то хотели сообщить? А то мы как раз собирались ехать к вам. Кстати, вот товарищи из Москвы. Они приехали разбираться со всеми этими нашими происшествиями, и история с вашим мотоциклом их очень заинтересовала.