Агония обреченных - Анатолий Кулемин

— Не обо всем можно говорить вслух и не все можно придавать бумаге. Вам ли этого не знать? Попади эта бумага в чужие руки?

— Ну хорошо, хорошо… — кивнул Хант. — Называйте цель своей командировки.

— Спецподразделение «Москит». Мне сказали, что без вашей санкции попасть туда я не смогу. Это так?

— Нет, не так. К «Москиту» я не имею никакого отношения. Им занимается мой заместитель Дональд Роуч. Это без его санкции попасть туда вы не сможете. Сейчас объясню, — видя непонимание во взгляде Бредли, сказал Хант. — Дело в том, что как такового спецподразделения «Москит» не существует. То есть его не существует официально — оно не проходит ни по одним документам, оно не зарегистрировано нигде. Его нет. Все обеспечение той базы: материально-техническое, продовольственное — производится за счет гватемальской бригады. Но «вести» «Москит» кто-то должен. А так как гватемальская бригада моя там, — Хант кивнул на потолок, — приняли решение: посадить ко мне заместителя по «Москиту». Теперь вы меня поняли?

— Более или менее… Наше финансовое управление экономит на всем. Посадить к вам заместителя по «Москиту», как вы его назвали, дешевле, чем содержать самостоятельный контролирующий орган, подобный вашему.

— Вот именно, — чуть ли не воскликнул Хант. — Легко ставить задачи, выполнять их значительно сложнее… — он сокрушенно махнул рукой. — Хотя, на содержание баз — тут надо отдать им должное — средств не жалеют. Все, чем необходимо, обеспечивают по первому требованию. Особенно сейчас…

— Чем «сейчас» отличается от «вчера»? — моментально зацепил Бредли.

Хант кольнул его быстрым взглядом. Свою оговорку он понял — невольно намекнул на скорое начало операции, хотя ни о конкретном сроке, ни о месте операции известно еще не было даже ему, Говарду Ханту, куратору основных сил десанта.

— Это я так, к слову, — отмахнулся Хант и тут же вернул разговор в прежнее русло. — Так что Роуч — заместитель у меня только номинально; он — фигура самостоятельная. У него даже канал связи с Вашингтоном свой. Вот поэтому, мистер Бредли, ваш вопрос — это его вопрос, не мой.

Вошедший в кабинет стремительно, без стука мужчина лет тридцати остановился, словно натолкнулся на невидимую преграду — он явно не ожидал, что у Ханта кто-то может быть. Или взаимоотношения у них были на таком уровне, что тому позволялось заходить подобным образом.

— Извините, сэр, я, кажется не вовремя. Зайду позже.

— Нет, вы как раз вовремя, я сам собирался… — Хант, глядя на вошедшего, оборвал себя на полуслове и встревоженно спросил: — Что-то случилось?

— Нет, случиться ничего не случилось… Вы шифрограмму из Вашингтона еще не получили?

— Ничего не получал, — ответил Хант и, заметив скованность мужчины, свою оплошность исправил:

— Знакомьтесь… Мой заместитель — мистер Роуч, это — мистер Бредли из контрразведки.

— Дональд. — Роуч протянул Бредли руку, тот пожал ее и, в свою очередь, тоже представился:

— Стэн.

— Так что там в шифрограмме? — спросил Хант, когда Бредли и Роуч расселись напротив друг друга у стола-приставки.

— Там… указаны предварительные данные: срок и координаты… — закамуфлировал как смог свой ответ Роуч. В его понимании такой ответ мог быть ясен только посвященному.

«А вот этого, дорогой Дональд, вслух тебе говорить не следовало. Ты должен был написать ответ на листочке бумаги и отдать его шефу, пусть даже фиктивному», — подумал Бредли, сохраняя при этом вид стороннего наблюдателя, непонимающего сути происходящего. Он заметил, какой недовольный взгляд бросил на Роуча Хант, опыта у него было больше на порядок — начинал работать еще в Управлении стратегических служб.

— Хорошо, — Хант прервал Роуча, едва поняв, о чем идет речь. — Об этом мы поговорим с вами позже. Мистер Бредли, я буду вам мешать при вашем разговоре?

— Нет, не будете. Мистер Роуч, я в курсе вашей компетенции в отношении группы «Москит», мистер Хант посвятил меня. Поэтому я прошу вашего содействия в решении моего вопроса. Мне необходимо попасть в лагерь подготовки этой спецгруппы.

— Такой спецгруппы в природе не существует, — с ехидцей заметил Роуч.

— Мне необходимо попасть туда завтра, — не придал значения его реплике Бредли. — Документ о моих полномочиях я предъявил мистеру Ханту.

— Кем подписан этот документ?

— Полковником Эдвардсом.

— Мистер Бредли, у меня свое руководство и от него в отношении вас я никаких указаний не получал, — продолжал гнуть свою линию Роуч. — Мне очень жаль, но думаю, что помочь вам я ничем не смогу.

Бредли с непониманием посмотрел на Ханта; такого препятствия со стороны Роуча, впрочем, как и самого Роуча, встретить он не предполагал.

— Дональд, указания в отношении мистера Бредли из Вашингтона получал я, — сказал Хант, разряжая обстановку; это противостояние, возникшее вдруг на пустом месте, ему явно было не по душе. Сказав это, Хант в какой-то мере слукавил — никаких прямых указаний от руководства он не получал, его лишь предупредили, что у контрразведки возникли какие-то вопросы и что возможен приезд их представителя. — Надо помочь мистеру Бредли — одно дело делаем.

Уязвление самолюбия Роуч перенес стоически, выдержав паузу, заговорил с достоинством.

— Ну хорошо. А мы можем узнать причину, по которой вы так рветесь в лагерь подготовки «москитов»? Что может интересовать контрразведку в той группе? Или это тайна за семью печатями?

— Разумеется, это тайна за семью печатями, но так как «Москит» — ваше подведомственное подразделение, вам я ее открою. Есть мнение, что в группе «Москит»… или около нее, — Бредли многозначительно посмотрел на Роуча, — действует враг. — Он сказал эту «приятную» новость с интонацией словно поведал о результатах прошедшего футбольного матча: ровно, с легким безразличием, обыденно, но при этом продолжал внимательно наблюдать за Роучем. Ему было крайне важно видеть его первую реакцию. — Моя задача — определить так это или не так. И если так, выявить этого врага. Только и всего, — закончил Бредли, пожав плечами.

Роуч какое-то время смотрел на Бредли взглядом, определяющим, шутит он или говорит всерьез. Бредли этот взгляд выдержал. Мало того, он издевательски улыбнулся Роучу, подмигнул и произнес:

— Вы, мистер Роуч, теперь тоже находитесь… — Бредли хотел сказать «под подозрением», но не стал перегибать палку, закончил мысль сглаженно, — в поле моего зрения, но, разумеется, только теоретически.

Реакция Роуча была такой, какой и должна была быть. Он откинулся на спинку стула, растянул узел галстука и глухо сказал:

— Вы с ума сошли. Вы там все с ума посходили. Я подаю рапорт. Садитесь на мое место и командуйте.

— Не горячитесь, мистер Роуч. Ваш рапорт можно истолковать двояко, равно как и ваше недавнее нежелание сотрудничества.

— Действительно, Дональд, вопрос очень серьезный, — вмешался Хант. — Если возникли такие серьезные подозрения — а такие подозрения на пустом месте не возникают — в них надо разобраться и снять все вопросы.