Дикий белок - Иоанна Хмелевская

– Ну! – нетерпеливо сказала Барбара. – Дальше! Что должно быть в двадцать?

Януш снова наклонился над листом миллиметровки:

– В двадцать ноль-ноль номер первый приступает к разрезанию первого углового пролета. Это в глубине сада, его меньше всех видно. Номер два, номер четыре и номер пять…

– Четыре и пять – это кто? – уточнил лихорадочно конспектирующий Каролек.

– Четыре – это ты, а пять – это Збышек. Вместе со Стефаном вы монтируете на стояке цепь и крюки для того, чтобы зацепить пролет ограды. И вторую цепь или, может, стальной тросик. Его надо присобачить к концу трубы, и хочу обратить ваше внимание – этот конец трубы будет торчать в пяти с половиной метрах над землей. У вас есть время до двадцати тридцати. В двадцать тридцать начинается полька-галоп. А именно: номер шесть и номер три приносят лестницу и водружают возле ограды. Уже почти совсем стемнело. Все перелезают с лопатами на другую сторону и в двадцать тридцать пять начинают копать…

– Да они друг друга поубивают, если в таком темпе разом полезут на лестницу, – вставила критическое замечание Барбара.

– И к тому же с лопатами, – озабоченно добавил Лесь.

– А кто тебе велит переться на лестницу с лопатой, ты, голова два уха? Не о чем говорить – в двадцать тридцать пять даем старт и никаких опозданий! Копают восемь человек…

– Почему восемь? Откуда взялось восемь?

– Из сложения и вычитания, в этой области математики я еще могу считать в уме. Итак, в двадцать тридцать пять номера восемь и девять, дежурившие в больнице, все бросают и мчатся в сад. Номер десять остается в резерве, то есть по-прежнему занимается охраной порядка…

– Ну так и получается девять человек, а не восемь…

– Восемь, поскольку номер один все время продолжает резать горелкой полосы.

– Ну так еще хуже, потому что номер два на подхвате у номера один – для земляных работ остается жалких семь человек, – поправил Каролек, сосредоточенно следя за метаниями карандаша по графику.

– А на кой черт мне помогать? – удивился Януш. – Под локотки меня поддерживать или как?

Каролек удивился еще больше:

– Ну ты даешь! Хочешь сам кантовать этот баллон с ацетиленом? Ты его даже на тележке не сдвинешь, в нем вроде как триста пятьдесят кило. Обалденно тяжелый. Я пробовал на ровной поверхности, а в саду земля рыхлая – вообще кранты…

Януш открыл и закрыл рот, не выговорив ни слова. Он смущенно смотрел на Каролека.

– Что такое? – забеспокоилась Барбара. – Ты этого не учел, и график ломается?

– Ведь в резерве есть еще десятый, – напомнил не менее озабоченный Лесь.

– Ну так как? – спросил раздраженно Каролек.

Януш несколько раз откашлялся с явным смущением:

– Ничего не ломается, ибо… Ну, словом, я забыл вам сказать. У меня хлопот был полон рот и я… того…

– Ну роди же ты эту фразу наконец!

– Словом, оказалось, я сразу могу одолжить электрический аппарат, паяльник – все, что надо для разрезания. А с газовым аппаратом были страшные сложности. Даже и лучше, какого лешего нам мучиться с баллонами… Значит, никто на подхвате мне не нужен и копаете ввосьмером!

– Ну знаешь! – воскликнул пораженный Каролек.

– Это просто чудо, что я тут застрял, а не ушел к себе, – одновременно сказал Влодек.

– А что?

– А к чему ты собираешься подключаться со своим электрическим барахлом, ты, жертва прогресса?! Ведь я должен сварганить тебе кабель и розетку!

– Да, действительно…

– Да погоди ты, Господи! – выкрикнул раздраженный Каролек. – Была речь о баллонах, и больничный директор по административным вопросам уже все, что нужно, организовал. Ты же понятия не имеешь – он из кожи вон вылез! А у нас семь пятниц на неделе, и это все напрасно?! Что я должен ему сказать? Да он нас вообще вышвырнет поганой метлой!

– Об этом не может быть и речи, – припечатала Барбара, нахмурив прекрасные свои брови. – Это психологически недопустимо. Придумайте что-нибудь!

– Да вытащим мы эти баллоны и спрячем где-нибудь в кустах, – заверил Лесь. – Сделаем вид, что для нас просто жизни нет без этих баллонов. Кто там заметит во тьме, чем Януш сваривает! Если даже заметят, будет уже поздно.

– Отличная мысль! Только вот план мероприятий… Погодите…

– Просто вставь в самом начале вывоз баллонов – пункт ноль минус один, – посоветовала Барбара.

Януш благодарно посмотрел на нее, быстро внес поправку в график и снова ощутил прилив энергии.

– Ну ладно, поехали дальше. На чем мы остановились?

– На восьми персонах копальщиков в двадцать тридцать пять, – ответствовал Каролек.

– Где это у меня… Ага. Восемь человек копают ямки. Вы обязаны уложиться в пятнадцать минут.

– Совсем сбрендил? – скривился Лесь. – Ведь это метр глубины.

– Зато сечение небольшое. Полметра на полметра.

– А если осыпаться будет?

– Да чему тут осыпаться, это не песчаная коса, а культурная садовая земля! Ты воображаешь, мы туда на курорт едем или как? Пятнадцать минут и ни секунды больше! В двадцать пятьдесят те же самые восемь человек перебегают кабаньим наметом на следующие позиции и выдают следующие восемь ямок. Землю сбрасывать к ограде, ею будем засыпать старые ямки. Не оставлять слишком много следов, не топтать газон…

– Легко порхать в воздухе, – сухо добавил Влодек.

– Уже двадцать один час пять минут. К этому времени у номера первого уже все перерезано…

– И кое-что у него падает, – вырвалось у Леся.

На краткий миг все, не исключая адресата подковырки, потеряли нить рассуждений. Перед внутренним взором коллег предстал образ спадающих и путающихся в ногах брюк. Януш недовольно зыркнул на Леся, справился с графиком и с усилием вернулся к прежней теме.

– Двадцать один ноль пять. Номер два, номер четыре и номер шесть перебазируются к этой гидрогеологической штуковине. Один шут, с какого пролета начинать. Номер четыре и номер шесть окапывают два соответствующих столбика ограждения, номер два и номер один прицепляют цепи. Один из них тянет за тросик, поднимает пролет, толкает на полметра вперед…

– На пятьдесят пять сантиметров, – педантично поправил Каролек.

– Ладно, пятьдесят пять. Остальные держат все хозяйство и наводят столбики на ямы. Опускают. Притаптывают. Пять минут. Дополнительные пять минут резерва на непредвиденные трудности, это ведь первый пролет, как ни крути. Все вместе – пятнадцать. За это время остальные номера выдали пять ямок. В двадцать один двадцать у нас расклад такой: в наличии двадцать ямок и один перенесенный пролет. Приступаем ко второму пролету, четверо хватают его за основание, и вся операция повторяется. Она занимает десять минут. В двадцать два пятьдесят выкопаны все ямы и перенесены еще восемь пролетов, в сумме девять. Поскольку мы перетаскиваем по два пролета, получается восемнадцать. Десять минут отдыха.