Хищная книга - Мариус Брилл

В обеденном зале с деревянными балками высоко наверху, с поддельными гобеленами, развешанными на стенах, перед большим, весело потрескивающим камином, за длинным массивным столом из темного дуба, суп был съеден в тишине многозначительных взглядов и поощряющих улыбок. Наконец, перед подачей главного блюда, сидящий во главе стола Тони отставил свою фальшивую пивную кружку и повернулся к Фердинанду.

— Так чем вы зарабатываете себе на жизнь? — спросил он, словно скептически настроенный отец предполагаемой невесты.

— Собственно, я недавно ушел в отставку, но за исключением последних двух недель я был разведчиком.

Все солидность с Тони как рукой сняло. Впрочем, скажем честно, в этом он все равно никогда не был особенно силен.

— Правда? — воскликнул он в щенячьем восторге, раскатав губу с тем выражением, которое встречается, только когда слушают сказку. — Вау!

Фердинанд в ответ приветственно поднял свой стакан.

— Так выходит, вы за мной охотились? — спросил Тони. — Вы работаете на Государство?

— Работал.

— Так вы и научились всем этим штукам с вертолетами?

— Нет. Это была просто бравада и глупость.

— Так что же они знают?

— О вас?

Тони кивнул, и Фердинанд пожал плечами:

— Насколько мне известно, ничего. Хакер, работающий на Балканах? Такой примерно масштаб криминала?

— Я не хакер, я защитник окружающей среды, я перераспределяю богатства, награбленные в этой стране за последние столетия.

Фердинанд улыбнулся; он встречал немало доморощенных маньяков, мечтающих о мировом господстве, но этот был по-настоящему трогательным.

Тони взглянул на Миранду:

— Ты ему веришь?

Миранда кивнула.

— Тогда, — спросил Тони, — что там делали все эти коммандос?

На этих его словах маленькая плоскогрудая и черноволосая югославка, утопающая в дурно сшитом наряде квазислужанки, внесла в зал кастрюлю a la Renaissance, набитую подлинной мечтой вегетарианца — соевым творогом.

* * *

Конечно, мы, как и Миранда, успели узнать все это раньше, но не столь всеведущим личностям, реальным людям, боюсь, приходится просиживать штаны в попытках подоходчивей изложить друг другу свои истории. Книги высшей категории, не испытывающие потребности повторять одно и то же или заполнять страницы ерундой, имеют обыкновение вежливо отворачиваться в сторону, пока пережевывается эта жвачка. Поэтому, думаю, достаточно будет сообщить, что Фердинанд рассказал Тони всю правду о любви и обо мне. Как убежденный конспираноик, Тони с упоением выслушал теорию о заговоре, лежащем в подоплеке наших чувств и самих теорий о всемирном заговоре.

— Можно мне на нее взглянуть? — попросил он. — Пожалуйста.

А когда ему протянули меня, добавил:

— Дайте мне отсканировать ее, всю эту книгу. Я размещу текст в Интернете, мы обязаны поведать об этом миру, — взывая к чувствам коллективизма, которые у Фердинанда еще как-то не проснулись. Фердинанд пожал плечами.

— Спрашивайте Миранду, книга ее.

Миранда вдруг вскинулась, осознав, что едва не заснула.

— Что?

— Насчет твоей книги, могу я ее взять на время?

— Ты хочешь ее прочитать?

— Нет, я хочу сделать компьютерную копию текста, чтобы опубликовать ее в Интернете, и весь мир узнал, что Государство от нас скрывает.

— Э-э, конечно, — сказала Миранда. — Это же не я ее написала и вообще.

Но она не была совсем уж непричастной к моей истории, не так ли?

После неописуемой фальши тюдоровского пудинга Тони рассказал Фердинанду о «ВСЕ 1.1» и о том, что финансировал «Балкан Телеком», чтобы провести в страну широкополосные телефонные линии и поддерживать связь с программой, работающей в Лондоне.

Похрапывающая над своей тарелкой Миранда внезапно проснулась.

— Пардон, — сказала она, отодвинув свой стул и несколько неуверенно поднявшись на ноги. — Я очень устала и должна лечь спать, — после чего, пошатываясь, удалилась.

— Долгий трудный день, — прокомментировал Фердинанд. — Послушайте, Тони, можно мне воспользоваться вашей электронной почтой?

Тони взглянул на него с подозрением:

— Чтобы предупредить ваших хозяев? Сообщить им, где вы?

— Если бы так, я мог бы послать e-mail с помощью моей зажигалки, согласны?

Тони задумался.

— На самом деле это и не имело бы никакого значения. Им сюда не добраться. Это место охраняется небольшой действующей армией, им пришлось бы посылать войска, а учитывая политическую напряженность в регионе, этого не может случиться скоро.

— Я, кстати, в любом случае намерен отсюда убраться, — сказал Фердинанд, опуская упоминание о Миранде. — Мне нужно послать письмо американцам. У меня свидание с Америкой.

Итак, мужчины вышли из-за стола и спустились в похожий на бункер подвал тюдоровского особняка, компьютерный офис с кондиционером воздуха и ультрасовременным оборудованием. Программа «ВСЕ 1.1» была на месте, она благополучно работала, принимая картинки из Лондона.

Тони взял меня в руки и подверг самой неприятной, унизительной, как медосмотр, процедуре чтения, какой я только подвергалась в жизни. Каждую страницу обнажили в порнографическом стиле анатомического атласа и распростерли на стекле, чтобы вдоль и поперек изъездить фотоглазом. На такое идут исключительно ради продолжения рода. Вот только фотокопировальный автомат, с его слепящим, обесцвечивающим краску светом, для чувствительной книги гораздо страшнее.

Тем временем Фердинанд послал зашифрованное письмо на адрес [email protected].

* * *

Миранда проснулась. Она плохо понимала, что ее разбудило, однако осмотрела свою тонущую в ночном мраке квазиспальню на предмет обезглавленных квазипривидений. Ничто не шелохнулось. Но определенно ведь что-то было! Миранда встала на кровати на коленях, вцепившись в столбик эрзац-балдахина. И тогда это повторилось. Приглушенный стук в дверь. Миранда слезла на пол и подошла к большой дубовой двери. Чуть-чуть приоткрыла ее и выглянула. Там со свечой в руке стоял Тони. Как только их глаза встретились, он потупился и заговорил, обращаясь к своим тапочкам:

— Я не знаю, я просто засомневался, ну, в общем, я подумал, вроде нужно, наверное, спросить еще раз. Я хочу сказать, ты могла передумать, ну, теперь, когда ты узнала, что я делаю.

— Могла передумать? — Миранда спросонок еще плохо соображала.

— О чем я тебя спрашивал, когда последний раз тебя видел, в Шепердз-Буше. — Тони на мгновенье перехватил ее взгляд и снова уставился в пол.

— А, да, конечно. — Миранда задумалась, почему в памяти лучше всего сохраняются вещи сравнительно важные. Тони явно помнил ту ночь во всех подробностях. Миранда ее практически вычеркнула.