Капкан для провинциалки - Фредди Ромм

– Стоять, ни с места! Милиция!

На самом деле, это люди Антона, но я спорить не буду. Наши тут тоже где-то. Мфальме и скинхеды послушно поднимают руки.

– Всем встать лицом к стене! Руки на стену, ноги расставить!

К нашим пациентам подходят спецназовцы в защитных комбинезонах и масках, укладывают Мфальме и остальных на пол, надевают наручники. Бедный Артур, каково ему сейчас?

– Антон, мне можно подойти туда?

– Подожди минутку, Олег, сейчас вместе подойдём.

Жду, хотя и зудит в одном месте от нетерпения.

– Всё, идём!

Чур – я к Мфальме.

– Ну-с, молодой человек, на этот раз вас бритоголовые не обижали? Я вижу, у вас с ними полное взаимопонимание.

Африканец поднимает голову, пытается обратиться ко мне:

– А что я сделал? Дал людям заработать.

– Скажите, какая добрая фея! А что в мешках?

– Не знаю.

– Как же так? Заставляете людей таскать тяжести, не зная, что внутри? А вдруг взрывчатка или отрава?

– Почему отрава? Вы докажите сначала!

– Разберёмся, молодой человек.

Краем глаза вижу, как сапёры осторожно вскрывают один мешок. Что там внутри? Подойду, посмотрю. Ага, бесцветные кристаллы, очень похоже на взрывчатку… впрочем, в этом я не разбираюсь. Но, надо надеяться, не отрава?

Лебедев принюхивается, берёт пальцем, суёт в рот…

– Антон, ты спятил?! Вдруг яд?

Антон вздыхает:

– Попробуй сам, Олег.

Вот как? Ладно, попробую. Беру пальцем, теперь осторожно – на язык… Да это же сахар!

Надя

Неудобно перед Аней: совсем мы её загоняли. Мы – это я, Али и Мартин. Подавай нам экскурсии, а поскольку я Москву знаю не лучше, чем английские гости, все шишки валятся на бедную Анечку. Правда, она не сдаётся, уверяет, что ей это и самой нравится, но я вижу, как она устаёт.

Вот и сегодня мы бродили по Арбату, его достопримечательностям. Побывали у театра имени Вахтангова, поглазели на памятники Пушкину и Окуджаве, заглянули в дома, связанные с именами этих и других замечательных людей – Скрябина, Цоя, Белого, Иванова.

Был уже вечер, когда мы решили, что пора и возвращаться. Неожиданно мне пришла в голову мысль навестить Любу. Я не была у неё со дня злополучных событий в метро, и это нехорошо с моей стороны. А Али и Мартин, кажется, вообще с ней незнакомы.

– Али, Мартин, Аня, как вы относитесь к тому, чтобы навестить Любу?

– Ой, мне нравится идея! – радостно захлопала в ладоши Анечка.

– А ваша подруга готова нас принять? – осторожно поинтересовался Мартин, и я поняла, что сама должна была выяснить это, прежде чем бросать идею в массы. Тем более что перед Мартином неудобно вышло: я его подговорила следить за Мфальме, а в конце концов, моего африканского ухажёра всё равно задержали Олег и Антон. Я вынула мобильный телефон и набрала номер Любы.

– Алло, Наденька! Как твои дела?

– Спасибо, Любочка! Мы тут невдалеке от тебя гуляем, как ты относишься к тому, чтобы мы заглянули?

– Ой, очень хорошо отношусь! Заходите, пожалуйста!

Я разъединила, прежде чем сообразила, что надо было хоть предупредить, кто это «мы». Вообще, надо признать, что деликатность – на самое яркое из моих достоинств, медведица и есть. Но, с другой стороны, пусть Любочке будет поменьше хлопот с приёмом нас, не очень-то званых гостей: незачем ей куховарить, обойдёмся чаем с конфетами.

Мы подъехали к дому Любы, вышли из машины и приблизились к подъезду. В этот момент появился Павел, который вёл Сашу. Тут мне стало совсем неудобно: ввалимся сейчас к Любе, а ей надо сыном заниматься.

Прежде чем я успела придумать, как теперь вести себя, из-за угла неожиданно выскочил высокий худощавый человек с пистолетом в руке.

Олег

После идиотической развязки ситуации вокруг Белого Дома, Антон был в пасмурном настроении и передал мне всю полноту власти на время ведения допроса Мфальме. Сам же сидел рядом, как и при допросе Овсянникова, но на этот раз выглядел отнюдь не коварным хищником, а побитым псом. У меня же было несколько другое отношение к процедуре, что я не замедлил продемонстрировать, как только африканский гость появился в кабинете. Я мрачно кивнул ему на стул:

– Садитесь, гражданин.

Мфальме выглядел нагловато, но не вызывающе. Он, разумеется, понял, что мы не нашли в мешках ничего такого, за что ему светил бы впечатляющий срок, но не исключал сюрпризов с моей стороны. И правильно делал.

– Гражданин Мфальме, вы задержаны по подозрению в осуществлении ряда преступных действий.

– Я? Почему?

– У нас имеются показания граждан, задержанных по подозрению в нападении на вас. Они уверяют, что вы сами просили об этом и даже заплатили деньги. Вы подтверждаете это?

Мфальме обмяк, неуверенно пожал плечами:

– Да.

– С какой целью вы так поступили?

– Хотел познакомиться с этими девушками. Вернее, с Надей.

Это было немного неожиданно для меня: со слов Артура, я предполагал, что Мфальме примется толковать о борьбе с расизмом в нашей стране.

– Вы раньше видели Надю?

– Да.

– Где и когда?

– Не помню, извините. Но она мне очень понравилась.

В это нетрудно поверить. Но…

– По вашей вине пострадал гражданин Харченко Алексей Алексеевич. Он чуть не потерял руку.

– Он сам виноват! – возмутился Мфальме. – Надо было только немного подраться на кулаках и уйти, а он схватился за нож! Зачем он взял с собой нож?

Я пропустил эту тираду мимо ушей.

– С какой целью вы, находясь в ресторане, усыпили гражданку Леман Надежду Сергеевну и увезли её в автофургоне?

Мфальме запнулся. Я понял, что не этого вопроса он ожидал.

– Она мне нравится! – произнёс он вдруг жалобно.

– Что вы собирались делать с ней?

– Хотел попросить её выйти за меня замуж!

– И для этого приготовили наручники и пригласили шестерых парней?

Мфальме озадаченно закашлялся, а потом сказал:

– Я не знаю, откуда они пришли. Какие-нибудь местные.

– Вы хотите сказать, что не знакомы с ними?

– Нет.

– Так как насчёт наручников?

– Я… э-э… собирался предложить Наде поиграть в эротическую игру с наручниками.

– Где – там, куда вы её завезли?

– А что такого? Экзотика!

– А если бы Надя отказалась, что бы вы сделали?