Другая смерть - Хелен Даррант

– Может, как-нибудь пропустим вместе по стаканчику? – Слова вылетели непроизвольно, он не успел прикусить язык.

– Зачем? Думаешь, что наши отношения еще можно спасти? Или ты из чувства вины спрашиваешь?

Не говоря больше ни слова, она прошла мимо него и постучалась в дверь Флетчеров.

* * *

Может, Вестгейт и милая улочка, но на ней стояло по крайней мере пятьдесят домов. Пока они поговорили только с жильцами из четырех из них.

– Вернулась женщина из соседнего дома – следующего за тем, где произошло убийство, – сообщил Лили патрульный. – Идите к ней, пока она снова куда-нибудь не уехала.

Это была прекрасная мысль. Если кто-то что-то и слышал в день убийства, то только эта женщина. Лили постучалась во входную дверь. И она вскоре распахнулась.

– Констебль Хейнс из отдела сыскной полиции района Восточных Пеннин, – представилась Лили. – Можно задать вам несколько вопросов про соседний дом?

– Вы хотите сказать: про убийство? – Женщина заговорщически улыбнулась Лили. – Да, дорогая, проходите.

Слухи уже распространились. Лили было интересно, как далеко уже знают новость об убийстве. Патрульный в форме, констебль, как и она сама, остался стоять снаружи, а Лили последовала за женщиной в дом. Ее звали Эдна Голдинг, она жила одна. Пока они шли до гостиной, Лили успела узнать, что Эдна овдовела десять лет назад, любит играть в бинго и раз в неделю посещает местный клуб.

– Какой-то период у них было шумно. Я даже им в стену стучала вот этим. – Эдна подняла трость. – Здесь у нас обычно тихо, и мы не привыкли к шуму. Вообще улочка тихая, ничего здесь не происходит. То есть не происходило после того, как эти девицы съехали. Но после убийства улица прославилась. В плохом смысле, конечно. – Похоже, что саму Эдну Голдинг это не беспокоило. – Этот дом теперь будет не продать. Кто тут захочет жить? Мне сказали, что он лежал на полу в кухне в луже крови. Правда?

Лили проигнорировала вопрос и спросила:

– А вы слышали, как ругались или спорили? Когда?

– Сразу после обеда. Он приехал, в смысле этот агент по недвижимости, а через несколько минут она появилась. Они были еще хуже девиц. Она орала на него, ругалась, в общем, был настоящий скандал. Я не поняла, из-за чего они скандалят, но он, похоже, сделал что-то, что ее сильно расстроило.

– А вы знаете, кто эта женщина?

– Они вместе работают. Я знаю, потому что несколько недель назад ходила в их офис. Моя дочь ищет дом. Она еще та штучка.

– Вы про кого говорите? Вы имеете в виду Мэри Солтер?

– Да, дорогая.

– Вы видели, как она уходила?

– Они ругались минут десять, затем она умчалась на своей машине. Она у нее серебристого цвета. После этого в доме было тихо, как в могиле. Я больше не слышала ни звука. Никто даже не пискнул! Это она его прикончила?

– Мы пока не знаем. Идет расследование. Вы общались с девушками, которые здесь жили? Они были последними арендаторами?

– Да. Они где-то болтались почти до рассвета. Вначале их было две, а потом к ним еще одна подружка въехала. Ее я почти не видела. Она редко выходила. Но две другие куда-то уезжали каждый вечер, причем разодетые в пух и прах.

– Вы знаете их имена, фамилии?

– Нет, дорогая. Мы только здоровались, когда видели друг друга, да и даже нос к носу не сталкивались. Вот и все общение.

– Вы очень помогли, миссис Голдинг. Кто-то из моих коллег подъедет чуть позже, чтобы записать ваши показания.

Женщина явно пребывала в возбужденном состоянии.

– Боже! Я никогда не была свидетельницей. А в суд мне придется идти?

– Пока не могу сказать. Посмотрим. – Лили не могла сдержать улыбку.

Выйдя на улицу, Лили позвонила Мэтту.

– Соседка слышала, как Поттер с Солтер ругались. И ругались сильно, громко орали. Потом Солтер уехала. После этого соседка не слышала никаких звуков.

– Отлично! Продолжай опрос соседей. Попробуй найти записи камер видеонаблюдения. Идеальным был бы кадр с автомобилем Мэри Солтер, на котором указано время.

– Когда поедем ее допрашивать? – спросила Лили.

– Я сам за ней заеду и привезу в участок. Мэри Солтер только что стала нашим главным подозреваемым.