Вторая правда - Кендра Эллиот

Мерси и не забывала – она думала об этом каждый день.

С пассажирского места Килпатрик отчетливо видела профиль Трумэна, сосредоточившегося на дороге, и наслаждалась зрелищем. Если ее радует, что он редко надевает форму, – это неправильно? На поясе Дейли рядом с пистолетом висел полицейский значок, но с первого взгляда он не походил на сотрудника правоохранительных органов. С точки зрения Мерси так даже лучше – безопаснее. То же самое касалось и ее самой: когда она не надевала куртку с надписью «ФБР» на спине, никто не догадался бы, как она зарабатывает на жизнь.

Я трусиха?

Радоваться своей анонимности, когда множество добропорядочных мужчин и женщин в форме ежедневно рискуют жизнью… Мерси почувствовала тошноту.

Да и кого я дурачу? У Трумэна Дейли на лбу написано: коп.

– Мне совсем не нравится версия, что поджигали специально, чтобы заманить полицейских, – сказала она.

– Мне тоже.

– Здесь такого просто не может быть.

Шеф полиции в ответ на сомнительное заявление лишь приподнял бровь:

– Такое может случиться где угодно.

Да знаю я. Но все равно мне это не нравится.

В салоне надолго воцарилась тишина. Они мчались по шоссе мимо мелькающих сосен, валунов и зарослей полыни. Мерси подождала, пока они не свернули за поворот, и выглянула в окно. Каскадные горы выглядели потрясающе. Небо было туманно-серым вместо летнего насыщенно-синего, зато заснеженные вершины казались гораздо белоснежнее и величественнее, чем в сентябре, когда она приехала сюда. Мерси никогда не надоест смотреть на них.

Она подумывала о покупке дома, но не торопилась. Голос разума подсказывал сначала посмотреть, как пойдут дела с Кейли, с работой и с Трумэном. Ни она, ни Дейли не заговаривали о совместном будущем: еще слишком рано. Но у нее было хорошее предчувствие. Пока ничего в Трумэне не отталкивало ее. Пока.

Иногда казалось, что он слишком идеален.

У него свои скелеты в шкафу, но они надежно спрятаны. А у кого нет скелета-другого?

Даже у нее есть. Они заставляют ее колоть дрова посреди ночи и с нездоровым интересом следить за международными фондовыми рынками.

Мерси ничего не скрывала от Трумэна. Он знал все: каждый ее страх и каждый груз в ее душе.

Но знаю ли я все его секреты?

В целом он казался открытой книгой. Что снаружи, то и внутри. Но Килпатрик по-прежнему наблюдала за ним, ожидая, как проявится его натура. Просто не могла не ожидать – уж такой она человек.

– У тебя есть планы на День благодарения? – нарушил тишину Дейли.

– Это когда?

Трумэн искоса взглянул на спутницу:

– В следующий четверг. Только не говори, что не знала.

– Не помню, когда в последний раз я что-то планировала на День благодарения.

– Шутишь? – «Тахо» слегка вильнул, когда Трумэн вытаращился на Мерси, оторвавшись от дороги. – Тебе не нравится все американское?

Это болезненный выпад.

– Нет, просто я пятнадцать лет провела без семьи, – огрызнулась она.

– День благодарения – не просто семейная традиция. За последний десяток лет я отмечал его с самыми разными людьми, обычно не родственниками. Как правило, у меня нет времени лететь к родителям на праздник.

Мерси уставилась в точку прямо перед собой. Праздники – это что-то странное. А еще – ее больное место, которое лучше не трогать.

– На дверях моего полицейского участка в Сан-Хосе висело приглашение для тех, кому некуда податься на День благодарения. Каждый год к нам приходила толпа самых разных людей, и каждый раз выходило здорово.

– У меня в портлендском офисе тоже отмечали что-то подобное, – призналась Мерси. Она никогда не ходила на праздник. День благодарения для нее был четырехдневным отпуском (что редкость), который она проводила, трудясь у себя в домике. В одиночестве.

– Думаю, родственники не предложили тебе провести праздники вместе?

– Нет.

– Тогда давай сами запланируем что-нибудь. Я не самый плохой повар. Можно отметить у меня дома. – Его голос (и автомобиль) переполнял энтузиазм. – Может, Кейли позовет пару подруг… М-м-м, я уже чую запах жареной индейки. Это лучшая часть Дня благодарения… в смысле – запах, которым пропитывается весь дом.

Мерси вспомнила этот запах: в памяти всплыла картина – празднование в компании четырех родителей и братьев и сестер за битком набитым столом.

Они же соберутся отмечать в этом году? Возникнет ли у них хотя бы мысль позвать меня?

Пятнадцать лет не возникала. С чего бы сейчас все изменилось?

– Звучит неплохо, – Мерси начала испытывать легкое радостное волнение по поводу предстоящего праздника. – Кейли с удовольствием испечет пироги.

И тут вспомнила о грязных следах на кухне.

– О, черт…

Она совсем забыла о планах вызвать девушку на разговор по душам.

– В чем дело? – Трумэн свернул с шоссе на дорогу, ведущую к ферме Брасс.

Мерси рассказала ему об отпечатках на полу, косметике и духах.

– Думаешь, она сбегала из дома прошлой ночью? – скептически поинтересовался шеф полиции.

– Конечно. И, думаю, дело в парне, раз она так надушилась и накрасила ресницы. Я вообще не знала, что у нее есть духи.

– Хм-м… – Дейли потер подбородок.

– Что? Я слишком остро реагирую? Ты же знаешь, заменять родителей мне в новинку.

– А ты сама подростком никогда не убегала тайком из дома?

– Нет!

Судя по взгляду Трумэна, он явно не верил ей.

– Это правда! Хочешь сказать, что все… что большинство подростков убегают?

– Значит, ты была очень примерной девочкой, Мерси Килпатрик. Но я гарантирую, что твои братья наверняка сбегали не меньше дюжины раз, если не больше.

– Значит, это исключительно проблема парней.

– Ну, я сбегал на свидание с девушкой. Так что, думаю, тут пятьдесят на пятьдесят.

Мерси откинулась на сиденье.

– Да, я была примерной девочкой. Как и мои сестры. И это не значит, что я должна закрыть глаза на то, что Кейли вытворяет сейчас.

– Ты и не должна. Тебе нужно удостовериться, что она не наделает глупостей… – Трумэн кашлянул. – Она принимает противозачаточные? – тихо спросил он.

Килпатрик зажмурилась и зажала уши.

– Господи Иисусе… Замолчи.

– Значит, ты не в курсе. Думаю, вам стоит поговорить на эту тему, учитывая ее возраст.

Я должна поговорить с ней о том, что она убегает по ночам, и о противозачаточных?!