Эхо смерти - Нора Робертс

Утреннее уличное движение стало плотнее: громыхали максибусы, такси и легковушки медленно ползли по черным лентам дорог, тротуары наводнили пешеходы. Рекламные дирижабли неутомимо напоминали, что близится День святого Валентина.

У Евы это не укладывалось в голове. Какой идиот решил, что в один из февральских дней все должны свихнуться от любви и броситься за подарками? Ведь не далее чем в декабре люди уже скупали все подряд в предпраздничном безумии. Когда все это закончится?

Злобно ворча, Ева выбралась из очередного затора и озвучила свои мысли. Пибоди одарила ее печальным взглядом.

– Подарки же для любимых!

– Чушь собачья! Просто из-за того, что один аферист придумал, как с помощью ресторанов и магазинов выманивать у людей деньги на дорогие ужины, охапки цветов и блестящие побрякушки, другие бедолаги расчехляют кредитки. Если любите друг дружку, сидите дома и трахайтесь до потери пульса.

– Этим можно заняться после свидания.

– Ешьте, не вылезая из постели, потом снова трахайтесь. Помню, было у меня одно дело несколько лет назад. Парочка устроила себе роскошный праздник в стиле ретро: ужин и танцы в «Рейнбоу Рум»^[5].

– Классика романтики.

– Ага, и когда муж отстегивал почти две тысячи за непомерно дорогие медальоны из свинины, жена пошла в туалет. Пока дамочка пудрила носик, включился ее коммуникатор – она его то ли забыла, то ли не взяла, – ну, муж и посмотрел. А там сообщение от парня, с которым у нее был романтический обед и секс в номере отеля в тот же день, только раньше. Муж стал просматривать все подряд и нашел весьма фривольную переписку между женой и ее любовником, где они насмехались над ничего не подозревающим супругом и его несостоятельностью в постели.

– Ой.

– И тогда…

Ева заметила свободное место у края тротуара и направила машину туда прямо перед огромным автофургоном, который выразил свое негодование оглушительным ревом клаксона.

– Офис кейтеринговой компании примерно в полутора кварталах к западу.

Они вышли из автомобиля.

– Так что сделал муж?

– Попросил счет, оплатил. А когда его жена вернулась, вручил ей коммуникатор и со словами «С Днем святого Валентина, сука» ударил столовым ножом в шею.

– Охренеть! Убил ее прямо в ресторане?

– Они ужинали при свечах в угловой кабинке. Никто не заметил, что женщина истекла кровью, пока ее муж допивал шампанское. И пусть это будет тебе уроком.

– Мне?

– Сидите дома и трахайтесь.

Пибоди бросила на Еву подозрительный взгляд и сдавленно пробормотала, уткнувшись в шарф:

– Ты все придумала.

– Элина и Роберто Сальвадор, две тысячи пятьдесят пятый или пятьдесят шестой, точно не помню. Можешь проверить.

Едва они переступили порог «У Джако», как их сразу окутал соблазнительный запах сдобной выпечки и сахара. Пибоди громко застонала.

– Я не знала, что это пекарня! – Она закрыла глаза и втянула аромат. – Понятия не имела!

Не просто пекарня, заметила Ева. Через боковую дверь в полумраке виднелись столики, стулья, бар и стойка администратора, но в помещении, где очутились они с Пибоди, яркий свет заливал стеклянные витрины с булочками, пирожными и кексами, украшенными белой глазурью. Персонал в белых халатах слаженно упаковывал покупки и пробивал товар на кассе, в то время как одни покупатели терпеливо ждали своей очереди, а другие выходили, унося с собой ароматные пакетики и глянцевые коробки.

– Вытри слюну с подбородка, – посоветовала Ева напарнице, направляясь к дальнему концу прилавка, где хорошенькая девушка лет двадцати складывала картонные коробки.

– Мне нужно поговорить с главным.

– Извините, мэм, если возникла проблема, я…

Огромные голубые глаза девушки стали еще больше, когда Ева показала полицейский жетон.

– О, боже! Подождите минуточку, хорошо? Я сейчас.

Она торопливо забежала за прилавок и нырнула в распашную дверь.

– Я знаю, что ты можешь несколько дней обходиться без нормальной еды – и это странно, потому что у тебя нет ни капли жира на теле, – но мне нужно поесть. – Пибоди шумно выдохнула. – А ведь собиралась купить в автомате йогурт и бутерброд с яйцом…

– Возьми что-нибудь, когда закончим допрос.

– У них есть булочки с корицей, – благоговейно прошептала Пибоди. – С корицей и в сахарной глазури.

– Только потом не жалуйся на свои булки, когда налопаешься.

– Булочки с корицей не лопают, их смакуют.

Хорошенькая девушка вернулась, торопливо подошла к ним и театральным шепотом сообщила:

– Джако сейчас не может покинуть кухню. Не зайдете ли к нему сами?

– Конечно, зайдем.

Следуя указаниям девушки, Ева с Пибоди вошли в распашную дверь за прилавком. С той стороны запах выпечки был таким сильным, что даже славящаяся своей худобой Ева чуть не застонала от вожделения.

Помимо нескольких работающих печей она разглядела большой миксер, размером почти с женщину, которая им управляла, ряд шкафов из нержавеющей стали – похоже, гигантский холодильник, – и стеллажи, заставленные подносами и продуктами.

За одним из столов мужчина в ермолке держал в руках какое-то хитрое приспособление и украшал огромный торт кремовыми лепестками и листиками. За другим столом девушка наполняла гофрированные бумажные формочки жидким тестом. Посреди помещения стоял кухонный остров, за которым высокий широкоплечий мужчина в белом поварском колпаке и халате месил тесто и громко пел о том, как хорошо не унывать и жить на полную катушку. Голос его звучал словно корабельная сирена.

– Дядя Джако? Тут полиция пришла.

– А, что? Ну ладно. Ты хорошая девочка, Брукси, иди, работай. – Продолжая месить тесто, он кивнул подбородком в сторону Евы и Пибоди. – Проходите сюда. У нас, как всегда, запара с булочками. Покажите жетоны.

Не отрываясь от работы, Джако изучил жетоны и кивнул.

– О’кей, чем могу помочь?

– Вчера вечером вы обслуживали званый ужин.

– Вчера у нас было четыре мероприятия, и два из них – ужины. Вы о каком?

– Банкет у Энтони и Дафны Страцца.

– А, миссис Страцца. Очень приятная дамочка, знает, как организовать прием. Да, мы их обслуживали. Ужин на пятьдесят человек. Аперитив сервировали в гостиной: медальоны из лобстера с пикантным соусом. В столовой подавали теплый салат из обжаренных гребешков, стручковой фасоли и болгарского перца с ореховой винегретной заправкой, а на основное блюдо – ростбиф с…