Головоломка для практикантки - Алексей Макеев

– Лев Иванович, как вы смотрите на то, что я привлеку к делу своего папу? Он не так давно занимался поисками картины, и у него наверняка остались связи с владельцами антикварных лавок по всей стране. Он тогда прошерстил буквально все лавки, но успешно выполнил задание клиентки.

– Нашел?

– Нашел, не сразу, но нашел, он у меня отличный детектив, и ребята с ним толковые работают.

– Стас, неужто практикантка намекает на то, что мы с тобой бестолковые?

– Ни в коем случае, Лев Иванович. Я правда хочу как лучше и как быстрее, ведь богатство Фельцман может оказаться на черном рынке далеко за пределами России, а тогда его уже практически невозможно будет найти.

– Верно, Аня, даю тебе зеленый свет. Если есть желание помочь, то почему бы и нет. Напоминаю, завтра, в двенадцать, похороны убитой, всем быть. Рекомендую не толпиться, рассредоточиться по одному и наблюдать за происходящим, а потом доложить мне о том, что запомнилось, бросилось в глаза. Принято?

– Принято, – синхронно ответили Стас и Анна.

– Ну и ладно, значит до завтра, мои боевые товарищи, – на хорошей ноте завершил рабочий день Лев Иванович, хотя настроение у него было наипаршивейшее.

Дома Гурова уже ждал вкусный ужин. Жена была в ударе и приготовила массу кулинарных изысков, ничем не хуже тех, что подают в лучших столичных ресторанах, а может быть, даже и лучше, если учитывать, что порции дома существенно больше.

– Вашему вниманию: бефстроганов; зеленый салат с яйцом по парижскому рецепту; канапе с моцареллой, помидорами черри и оливками; чесночные гренки, а на десерт – груша фламбе, – доложила Мария, словно заправский шеф-повар, стоя рядом с красиво накрытым столом и повесив на руку полотенце.

– Ничего себе! Звезду Мишлен в студию! – скомандовал Гуров. – У нас сегодня какой-то праздник?

– Нет, скорее напротив, у нас сегодня грустный вечер перед моим отбытием в провинциальный город на съемки очередного шедевра с участием вашей покорной слуги.

– Что уже? Так скоро?

– А ты думал, что будем полгода собираться? Нет, у нас и запрягают, и едут быстро, потому что интересы аудитории стремительно меняются. Зрителя нужно баловать чаще, иначе о тебе забудут, это касается не только актеров, но и режиссеров, сценаристов. Век нашего брата недолог. Нужно все успевать: и купаться в лучах славы, и всегда быть в тренде, и мужа баловать вкусным ужином. Кажется, я справляюсь с поставленными задачами?..

– Да, Маша, ты гениальна во всем!

– Лев Иванович, вы сегодня щедры на комплименты, что очень приятно. За стол?

– С превеликим удовольствием!

Гуров пробовал каждое блюдо и совершенно искренне восторгался, поскольку ужин действительно получился отменным. Он как истинный гурман смаковал каждый кусочек. Особенно ярким оказался вкус груши. «Нежнее нежного, белиссимо!» – то и дело звучало из уст довольного мужа. Мария была очень рада такой высокой оценке, это мотивировало ее и окрыляло.

– И что теперь, когда я увижу тебя?

– Месяц, Лева, месяц придется нам жить вдали друг от друга. Но, думаю, это время быстро пролетит. У меня новая роль, у тебя – твое убийство, которое занимает большую часть всех твоих мыслей и думок, так что не успеем даже соскучиться.

– Согласен. Ты извини, что погрузил тебя в свою работу, на сей раз серьезная головоломка намечается.

– А у тебя было что-то простое? Всегда ребусы, загадки да головоломки. Я привыкла. И потом, ты же тоже терпишь «прелести» работы своей жены, так что мы с тобой отличная пара.

– Маша, а помнишь, я тебе рассказывал про одного «артиста, подающего надежды»?

– Помню, конечно, без роду, без племени и без фамилии…

– Есть теперь фамилия. Липатов Вадим Алексеевич.

– Хм, Липатов?.. Липатов Вадим… Ты знаешь, кажется, кто-то есть в нашей группе с таким именем. Я тут недавно списки видела, но внимательно ознакомилась только с теми, кто играет ведущие роли и роли второго плана, а он, скорее всего, среди статистов – в эпизодах играет. Больше пока ничего тебе сказать не могу, но в любом случае узнаю о нем на площадке.

– Отлично, Маша! Это просто замечательно! Ты будешь моим тайным агентом и осведомителем на съемочной площадке.

– Отчасти, милый, только отчасти, ведь у вас – тайна следствия, а у нас тайна съемочного процесса.

– Годится! – согласился Гуров и нежно прижался щекой к своей любимой Маше.