Русофобия - Елена Владарчук

– Здесь. – Майкл не мог понять, из-за чего шеф так взвился на русскую.

– Ты оставил её в своём кабинете? За своим столом?! – Голос у Джереми Батлера всё повышался и в итоге дошёл до фальцета.

Майклу стало бы смешно, если б он не испугался, что у шефа сейчас случится инфаркт.

– А ты знаешь, что все русские – хакеры? И один из них сейчас находится в офисе ФБР и возможно уже скачивает наши секретные файлы. – Шеф, наконец, выдохся и обессиленно опустился в своё кресло.

Майкл подскочил и налил ему воды. Батлер взял стакан трясущейся рукой и достал из ящика стола пузырёк с таблетками. Положил в рот две пилюли и запил водой. Затем бросил пузырёк обратно в ящик. Всё это время они оба молчали.

– Я не думаю, что эта русская – хакер, – спустя время сказал Майкл.

– Я тоже так не думаю, – тяжело вздохнул шеф, – но ты всё же проверь. Ты должен предусматривать любое развитие событий. Зачем-то её же прислали.

– Кстати, она весьма толковая, – улыбнулся Майкл, – и оказалась неплохим напарником.

Шеф удивлённо посмотрел на агента Фэйссобера, но тут же опустил взгляд на свои руки, которые уже почти не дрожали.

– Надеюсь, Майк, ты знаешь, что делаешь, – сказал шеф Батлер, и Майкл вышел за дверь.

Отель «Блэйкли»

18.32

Родителей Влада Павлова в гостинице не было. Менеджер отеля рассказал нам, что после того, как пропал мальчик, Алина и Александр Павловы большую часть этих двух дней провели в полицейском участке. И сейчас находились там же.

Я предложила Майклу подождать их здесь, но он решил отправиться в офис ФБР и раздать задания своей группе. Из аэропорта прислали ещё записи с камер, а это гигабайты видео, которые надо срочно просмотреть. А также необходимо было связаться со всеми службами такси Нью-Йорка и пригородов и опознать, наконец, этого выродка.

Павловых я узнала сразу, едва они вошли в высокую двухстворчатую дверь. Что-то отличало их от других посетителей. Что-то в их осунувшихся лицах или сгорбленных плечах.

Я поднялась им навстречу.

– Вы родители Владислава Павлова? – Я сразу поняла, что совершила ошибку. Что не нужно было самой заговаривать. Что нельзя было упоминать их мёртвого сына.

В их лицах загорелась надежда, вспыхнула спичкой, ярким всполохом в непроглядной тьме ужаса их последних дней.

– Владик жив? Где он? Что с ним? – Они не спрашивали – они пытали, они требовали, перебивая друг друга, хватая меня за руки. Я растерялась и немного испугалась. Бурное действо, в эпицентре которого я оказалась, привлекало внимание. На нас смотрели и обсуждали.

– Прошу прощения, мистер и миссис Павловы, – сильная рука Майкла расцепила наше трио и освободила меня, – я агент Фэйссобер, Федеральное бюро расследований. Я занимаюсь делом вашего сына.

Он показал удостоверение. Спичка погасла так же резко, как и зажглась. Павловы переглянулись между собой, затем Александр спросил:

– Он мёртв?

– Мы можем поговорить в спокойном месте? Без свидетелей. – Предложил Майкл. – Может быть, у вас в номере?

– Идёмте, – Александр сделал жест в сторону лифта и взял за руку жену.

– Саша, – с надрывом позвала Алина Павлова.

– Всё будет хорошо, – солгал он.

Пока мы поднимались на пятый этаж, я думала о Майкле. Как же вовремя он появился. Не знаю, что бы я стала делать. Скорее всего раскололась бы. И Алина устроила бы истерику прямо в вестибюле среди персонала и гостей отеля. Или кому-то из них стало бы плохо. Вдруг у Александра слабое сердце или диабет, или ещё что-то, негативно реагирующее на стресс. Я нафантазировала себе ужасов и совсем расстроилась. Вот зачем полезла. Я в этом ничего не понимаю. Нужно было дождаться Майкла или позвонить ему и спросить, что делать. Вот такие ситуации отчётливо демонстрируют, что он профессионал, а я всего лишь дилетант. Если он решит после устроить мне взбучку, приму, как заслуженное порицание. Потому что сейчас я действительно накосячила. Я искоса взглянула на Майкла. Он был хмур и сосредоточен. В общем-то, обычное его состояние. И не поймёшь, сердится на меня или нет.

Лифт остановился. Я выходила последней, медлила, стараясь оттянуть момент, когда Владик окончательно умрёт для родителей.

– Мне очень жаль, – начал Майкл, когда все мы расселись.

– Прошу прощения, – Алина вскочила и убежала в ванную.

Мы все проводили её глазами, в наступившей тишине было слышно, как щёлкнул замок.

– Владик жив? – Спросил Павлов таким тоном, что было понятно, он знает ответ, но ещё не может в это поверить.

– Александр Геннадьевич, Владика больше нет. – Сказала я по-русски и встретила его взгляд. – Я вам соболезную.

– А вы кто? – Как я и ожидала, он удивился русской речи и отвлёкся от главного.

– Я прилетела из Москвы, меня зовут Лилия Берегова. Я помогаю ФБР в расследовании.

Из ванной вышла Алина с заплаканными глазами, она обняла мужа и прижалась к нему.

– Мы так боялись, – он закрыл лицо ладонями и зарыдал.

– Мы так этого боялись, – всё повторял он.

– Он стал четвёртым? – Спросила Алина у меня.

Я кивнула.

Агент Фейссобер, не понимавший о чём мы говорим, счёл нужным вмешаться:

– Мистер и миссис Павлов, я прошу вас рассказать о вашем пребывании в Нью-Йорке, начиная с момента прилёта.

Павловы давно хотели в Америку, копили деньги. Даже Владик откладывал из своих карманных и того, что перепадало от бабушки с дедушкой. Владик был спокойным воспитанным мальчиком, он любил читать. Причём бумажные книги. За лето он всегда успевал прочесть всё из списка рекомендованной литературы. Вот и сейчас, когда подошло время поездки, у него остался только «Евгений Онегин». И Владик взял книгу с собой, чтобы почитать в самолёте. В аэропорту одна сотрудница из службы досмотра даже восхитилась, что мальчик в таком возрасте с интересом читает русскую классическую литературу.

В Нью-Йорке Павловы активно осваивали культурную программу: побывали на обзорной экскурсии, посетили несколько музеев, в том числе по просьбе Влада – литературный музей Пушкина и Публичную библиотеку. Они катались на пароме, ходили по магазинам известных брендов, воздавали должное гастрономическому многообразию. В общем, эта поездка имела все шансы стать лучшей в их жизни, но спустя четыре дня Владик пропал.

Было около пяти часов пополудни. Павловы только вернулись в гостиницу после насыщенного дня. Влад захотел кока-колы, но в холодильнике её не оказалось. Он обулся и отправился в продуктовый магазин. Родители его отпустили, потому что устали, потому что ему уже четырнадцать, а магазин совсем рядом, и дорогу к нему из гостиницы Павловы уже хорошо изучили. И они не беспокоились и даже начали дремать. Как вдруг