Смерть в овечьей шерсти - Найо Марш

Аллейн заметил, как Дуглас положил руку на диван у нее за спиной.

— Согласен, — поддержал он девушку. — Не только чудовищно, но и глупо. С какой стати тете Флосси бродить до трех утра, вернуться домой, а потом опять уйти, чтобы ее убили?

— Я же не сказал, что это реально, — пояснил Фабиан. — Я лишь не исключаю такую возможность. У нас же нет доказательств, что это была не Флосси.

— Но какая могла быть причина…

— Свидание, — предположил Фабиан, покосившись на мисс Линн.

— Что за гнусности ты говоришь, Фаб, — возмутилась Урсула.

— Ты так считаешь, Урси? Ну, прости. Разве нельзя чуть-чуть подшутить над покойниками? Приношу свои извинения. Вернемся к рассказу.

— У меня все, — промолвила Урсула, и в комнате повисло напряженное молчание.

— Рассказывать больше нечего, — прервал молчание Дуглас. — Когда на следующее утро Урсула пришла в спальню тети Флосси, чтобы убраться, она не заметила ничего необычного. Кровать была заправлена, но это ни о чем не говорило, потому что здесь все убирают свои кровати сами. Поэтому Урсула не удивилась.

— Удивиться не мешало бы, — заметила мисс Линн. — Когда миссис Рубрик уезжала, белье с ее кровати снимали, а свежее стелили накануне ее возвращения. Поэтому она всегда оставляла кровать неубранной.

— Тогда мне не показалось это странным, — ответила Урсула. — Я почистила ковер, вытерла пыль и ушла. В остальном в комнате был полный порядок. Тетя Флоренс была поразительно аккуратна.

— Была еще одна деталь, на которую ты не обратила внимания, Урсула, — сказала Теренс Линн. — Ты, вероятно, помнишь, что брала механическую щетку у меня. Когда ты закончила с уборкой, я забрала ее назад. Контейнер был заполнен, и я понесла щетку к мусорному ведру, а там я обнаружила, что на одну из осей что-то намоталось — как раз между колесом и контейнером. Я размотала это что-то. — Девушка немного помолчала, глядя на свои руки. — Это был клок шерсти, — спокойно продолжила она. — Овечьей шерсти из настрига.

— Ты нам об этом не говорила! — вскинулся Фабиан.

— Я сказала следователю, но он не придал этому значения. По его мнению, во время стрижки овец это вполне естественно. Явно городской житель.

— Но шерсть могла попасть в щетку сто лет назад, — возразила Урсула.

— Ну, нет. Когда ты брала у меня щетку, шерсти в ней не было. Я точно знаю. И если бы миссис Рубрик увидела этот клочок на ковре, то подняла бы. Она ненавидела, когда что-то цеплялось к ковру, и сразу же поднимала любой мусор. У нее был просто пунктик в этом отношении. Могу поклясться, что при ней в комнате не было никакой шерсти.

— А какой величины был этот клок шерсти? — поинтересовался Фабиан.

— Небольшой. Даже не прядь, а какая-то завитушка.

— Этакая малюсенькая крохотулечка, — детским голоском произнесла вдруг повеселевшая Урсула. Такая изменчивость была вполне в ее характере. От нервозной напряженности она легко переходила к легкомысленной насмешливости.

— Я полагаю, что кто-то мог подхватить клочок шерсти в сарае. Она ведь сальная и липнет к одежде, — высказал предположение Аллейн.

— Да, липнет, — легко согласился Фабиан.

— А поскольку она сальная, то могла пристать к чему-нибудь в комнате, — добавил Дуглас.

— Но только не в комнате тети Флоренс, — запротестовала Урсула. — Дуглас, ты ведь знаешь, что там убиралась я. И у тебя хватает наглости утверждать, что я в предыдущую уборку оставила на ковре кусок сальной шерсти. Поросенок!

Лениво повернув голову, Дуглас взглянул на нее. Аллейн заметил, как его рука соскользнула со спинки дивана и легла на плечи Теренс.

Урсула засмеялась и скорчила гримасу.

— Все это вздор, — заявила она. — Все эти ваши разговоры о каком-то клочке шерсти.

— Лично я не вижу в этом ничего смешного, — отрезала мисс Линн. — Меня, да и всех остальных, одна мысль об этом клочке шерсти приводит в ужас.

— Какая ты злая, Тери, — вспыхнула Урсула. — Зачем вообще так говорить? Я переживаю больше, чем любой из вас. И вам всем это известно. Просто я не в состоянии долго быть серьезной. Вы отлично знаете, что ее любила только я. Ты какая-то замороженная, Тери. Терпеть тебя не могу.

— Хватит, Урси, — остановил ее Фабиан. Привстав на колени, он взял ее руки в свои: — Будь умницей. Ты же не маленькая. Я тебе просто удивляюсь. — Она была чудесная, я так любила ее. Если бы не она…

— Ну хорошо, хорошо.

— Если бы не она, мы бы с тобой никогда не встретились.

— А кто мучил Тантала, держа виноград у его губ? Разве не тетя Флоренс?

— Все равно ты гадкий, — фыркнула Урсула, уступая и упорствуя одновременно, что было характерно для их с Фабианом отношений. — Извини, Тери.

— Может, продолжим? — подал голос Дуглас.

Аллейн слегка пошевелился в кресле, и все тотчас же обратились в слух.

— Капитан Грейс, — начал Аллейн, — когда все искали брошку, вы ведь заходили в дом, чтобы взять фонарик?

— Два фонарика, сэр. Один я дал дяде Артуру.

— Вы видели кого-нибудь в доме?

— Нет. Там оставался только Маркинс. Он говорит, что был в своей комнате. Доказательств этому нет. Фонари лежат в столе, который стоит в холле. Когда я там был, зазвонил телефон. Я поднял трубку, но говорил всего несколько секунд. Кто-то хотел узнать, поедет ли миссис Рубрик в город.

— С террасы видны садовые дорожки. Вы обратили внимание на участников поисков?

— Я видел только девушек. Было уже темно. Я сразу пошел к дяде и дал ему фонарик.

— Вы были с ним, когда он нашел брошку?

— Нет. Я дал ему фонарик и вернулся на свой участок. Через несколько минут услышал, как он зовет. Он нашел брошку и хотел ее показать. Она лежала среди цинний и вся искрилась в свете фонаря. Дядя Артур сказал, что уже искал здесь раньше. Вообще-то ему было трудно нагибаться, да и зрение у него было так себе. Наверное, он ее просто проглядел.

— Вы ходили на нижнюю дорожку, куда выходят все остальные?

— Нет. Там был дядя Артур.

— Когда?

— Чуть раньше. Я видел его как раз перед тем, как Урси разговаривала там с Тери.

— Значит, вы с мистером Рубриком должны были встретиться на нижней дорожке, мисс Линн, — предположил Аллейн.

— Нет, — быстро ответила Теренс.

— Насколько я понял, мисс Харм встретила вас на нижней дорожке и вы сказали ей, что уже искали там.

— Очень недолго. И мистера Рубрика я там не видела.

— Я должен уточнить, — вмешался Дуглас. — Я вспомнил: когда я подходил к дому за фонариками, дядя Артур с лавандовой дорожки перешел на мою, а потом двинулся в конец участка. Когда я принес фонари, он как раз возвращался с нижней дорожки. Именно тогда я услышал, как спорят девушки. Значит, ты была там, Тери.