Куда исчез папа? - Екатерина Вильмонт

— Правда, братишка!

— Даша почувствовала, что сейчас расплачется отумиления. Но этого допускать нельзя! Она встряхнула головой, сыпанула в бульонсоли и бодрым голосом предложила:

— Стас, давай, пока курица варится, поиграем вочто-нибудь.

— В шахматы?

— Нет, что ты! Предлагаю в города!

— Да ну, тоска!

— Нет, ты не знаешь! Надо вспоминать города не напоследнюю букву, а по первому слогу.

— Это как?

— Ну, допустим — Москва, первый слог «мо», вот на «мо»и будем вспоминать.

— На «мо»? Монреаль!

— Монтевидео!

— Монте-Карло!

— Моршанск!

— Монино!

— Могадишо!

— Можайск!

— Могадан!

— Нет, Магадан через «а»! Жульничаешь уже? Так каждыйдурак может. Мольбурн! Монхен! Молан!

— Да ну тебя, Стас, всю игру испортил!

— Это ты своим Могаданом все испортила! И вообще, нуее, дурацкая игра. Хотя… она очень подходит для узника! Давай так будем делать:когда ты уедешь на дачу, я стану записывать все города на «мо» и ты тоже!Поглядим, кто больше.

— Ага, какой хитренький! У тебя тут и карты, и словари,и энциклопедии, а на даче ни фига!

— Ты что, сестренка! Я даю тебе честное слово, что незагляну ни в один справочник! Вот хочешь, отцом поклянусь?

— Ты спятил, да?

— Кажется, уже начинаю!

— Стас, прекрати! Если ты в таком настроении, то давайлучше поезжай в деревню к Муськиной бабке. Там ты узником себя чувствовать небудешь!

— Да нет, я пошутил…

— Стасик, а может, правда, лучше тебе уехать?

— Я же сказал — нет!

— Даша с грустью на него смотрела. Какая страшная вещь— несвобода. Еще и суток не прошло, как Стас водворился в их квартире, а у негоуже психика меняется. Кошмар! Ну ничего, завтра она начнет добывать сведения об«Агаве», и Стасу будет чем занять мозги. А пока… надо его чем-то развлечь.

— Стасик, слушай, пока ты у нас, я тебя будуэксплуатировать!

— Это как?

— В маминой комнате надо починить розетку. Сможешь?

— Запросто! — обрадовался Стас.

— Тебя током не убьет?

— Честное слово, нет!

— Мамино кресло тоже сможешь починить?

— А что там такое?

— Одно колесико отвалилось.

— Сделаем!

— Здорово! Когда будем вместе жить, мы с тобой со всемхозяйством справимся! Кайф! Вместе будем в магазин ходить, я буду готовить, аты…

— А я буду чинить все, что ты сломаешь! Даш, ты ивправду думаешь, что так будет? Что все обойдется?

— Стасик, миленький, не раскисай! Все будет простоздорово! Мне твой папа очень даже нравится! И ты с мамой в прекрасныхотношениях…

— А как твоя бабушка к этому отнесется?

— Бабушка? Будет просто в восторге! Она так страдаетиз-за того, что мама одна… Погоди, ты еще будешь у нее любимым внуком!

— Бабушка у тебя — мечта! Молодая, веселая!

— А знаешь, какая она строгая с учениками? Они ее какогня боятся!

— Ерунда! Они наверняка чувствуют, какая она добрая!

— А может, бабушка еще тоже замуж выйдет, ты же видел,сколько у нее поклонников!

— Тем временем курица сварилась.

— Стасик, сейчас будешь есть или попозже?

— Попозже, я не голодный. Даш, ты там завтра… ну, незавтра, а вообще, постарайся сдружиться со всякой

— мелкой сошкой, с охранниками, с секретаршей, сконсьержкой… У них легче что-нибудь выведать.

— Стасик, ты, конечно, у нас очень умный, но и я ведьне полная идиотка. Ладно, ты займись розеткой, а я пойду голову вымою.

— А говоришь — не полная идиотка! Полная, я бы дажесказал — абсолютная!

— Почему? — растерялась Даша.

— Ты голову любишь мыть в темноте?

— Почему? Почему в темноте?

— Но мне, чтобы заняться розеткой, надо отключить ток,это ты не скумекала?

— Точно! Идиотка! Полная и абсолютная. Ты прав! —расхохоталась Даша. — Мне это и в башку не вскочило! Тогда я сперва вымоюголову, а потом ты розеткой займешься!

— А фен тебе не понадобится?

— Не-а, я их так высушу! От фена волосы портятся! Уменя же времени еще навалом.