Ваша карта бита - Марина Серова

— Щеглы, м-мать вашу! — Скопцов поставил точку в деле, толкая старшего подошвой в спину. Тот повернул к нему вымазанное кровью, хлещущей из разбитого носа, лицо и уставился в черное дуло пистолета, нацеленного в его лоб.

Охранников тычками и окриками заставили лечь спинами друг к другу. Шнурами, оторванными от телефона и настольной лампы, связали их вместе в локтях и коленях, а шеи стянули грязной половой тряпкой, найденной в углу и скрученной в жгут. Получилось крепко.

— Сиамские близнецы, х-ха! — рассмеялся, как выстрелил, довольный Бонза. — Отдыхайте, ребята.

— Хватит посмеиваться, — урезонил его Скопцов, пряча пистолет в наплечную кобуру.

— Что, опять торопимся?

— Ну, не то чтобы… — замялся Скопцов, тоже обрадованный победой, доставшейся неожиданно легко, но менее Сергея склонный к пустопорожнему злорадству. — Ты что-нибудь нашел здесь?

— Чисто! — ответил с изумлением Бонза, легко переключаясь на то, зачем они сюда возвратились. — Как вылизано.

— Вот то-то.

«Можно подумать — ты это предвидел», — подумал Бонза, наблюдая, как Скопцов склоняется над пленниками.

— А ну, скажите-ка мне, полупочтенные, не было ли здесь сегодня какого-либо шума?

— Какого шума? — поднял голову старший. — Не было ничего.

— А ты ничего не слыхал?

— Степанов приехал, как дракон злющий. И с ходу велел составить списки машин и мужиков, прошедших с утра на территорию, — ответил второй с готовностью гораздо большей, чем у его коллеги.

— И все? — Скопцов носком башмака легонько ткнул старшего в ушибленное место на ноге. От боли тот зажмурился и зашипел, как разгневанный кот. — Вспоминай, любезный.

— Приезжали какие-то. По вызову Степанова.

— Зачем? — насторожился Сергей.

— Сказали, что с дезинфекцией.

— А где работали?

— Здесь.

— Вот ка-ак! — протянул Скопцов, сдергивая очки и пытаясь протереть их руками. — А на чем приезжали? Какая у них машина была?

— «Форд» — фургон, небольшой такой.

— Хорошие вы ребята, — с задумчивым видом похвалил охранников Скопцов.

— Вот только временами борзые чересчур, — добавил Сергей и кивнул Скопцову. — Пошли, разонравилось мне здесь, — и уже на выходе из щитовой обернулся для того, чтобы подать пострадавшим совет. — Кричите громче, а то ваши лопухи не почешутся вас поискать и пролежите здесь до вечера. Обмочитесь!

Сергей и не подозревал, насколько старший был уже близок к этому, но крепился изо всех сил. А когда такая неприятность все-таки состоялась, старший, всхлипывая от унижения, последними словами поклялся в голос, что если когда-либо и где-либо судьба вновь сведет, столкнет его с этими подонками, расправится он с ними без лишних слов и так жестко, как в тот момент будет способен.

* * *

Свою машину Суров оставил на соседней улице, и я пошла проводить его. Стимулятор, антибиотики и чай поправили мое состояние настолько, что, несмотря на совершенно пустой желудок и легкую ломоту в суставах, ноги несли тело легко, как перышко. И в мыслях, пользуясь выражением классика, «легкость была необычайная». Быть может, я чувствовала даже вдохновение, но это уже не от вспомогательных средств, а от общения с Громом. Да и заторопился он, поглядев на часы, по-моему, преждевременно, потому что оставались еще вопросы, ответы на которые я не знала, а хотела бы знать — и для пользы дела, и из чистого любопытства. Не так часто удается добиться от начальства дополнительной информации, и тут необходимо выжать из него все, что можно. Но Андрей Леонидович спешил. И шагал размашисто, широко. И спрашивать возможности не давал, а говорил сам.

— Тебе, Юлия, могут понадобиться деньги. Позвони Артемию, скажи, куда ему подъехать, привезти. Будь ласкова, выкрои на это время, чтобы не пожалеть потом. Пеленгатор пищалки я тебе отдал?

Отдал он мне его, в «бардачок» «Нивы» сунул, и я кивнула в ответ.

— Так, что еще может понадобиться? Тебе видней. Напрягай Базана. Да, не забудь сделать копии с видеофильма.

Вот поэтому, а не оттого, что мне жалко загружать Артюху — одноногого, дополнительными хлопотами, я поеду к нему сама, не стану назначать рандеву на перекрестке.

— Есть вещь, Андрей, которую Базан без твоего разрешения ни за что мне не выдаст. Пластиковая взрывчатка и детонаторы.

— Ого! — покрутил он головой. — Что взрывать хочешь?

Если бы я знала в точности! Чисто интуитивно чувствовала, что эти вещи могут мне очень пригодиться.

— Машину, — ответила, чтобы не вдаваться в ненужные объяснения.

— Ладно, распоряжусь. Только не пренебрегай базановскими инструкциями, он ведь подрывник. А то таких дел наворочаешь! Еще самой снесет голову.

Он улыбнулся, а я предпочла понять его последние слова всего лишь как обязательное предостережение.

— Ну, задание тебе понятно, — сказал он, останавливаясь у обшарпанных «Жигулей» седьмой модели. — Давай напоследок как на духу, с моральными тонкостями все в порядке?

Как прямолинейно бывает порой начальство. На такой вопрос в двух словах не ответишь. Даже Грому.

— Меня сейчас гораздо больше занимает вопрос, что делать дальше, — неуклюже ушла я от ответа, и он на нем не настаивал. Простился со мною холодной похвалой, которую можно было понять и как комплимент, и как то, что бросает он меня на произвол судьбы:

— Тебе все карты в руки.

У меня была всего лишь одна зацепка, по-настоящему верная — машину эти двое поставили в гараж спорткомплекса, как в свой собственный.

— Скажите, хозяюшка, Скопцов Андрей Семенович здесь еще? — с ласковой вежливостью обратилась я к пожилой женщине с приветливым лицом, метущей веником с длинной лакированной ручкой мозаичный пол вестибюля спорткомплекса.

— Ты думаешь, я знаю? Что ты! — не прерывая дела, с готовностью отозвалась она, глянув на меня улыбчивыми глазами. Редко встречаются такие люди — каждая морщинка на ее лице лучилась приветливостью.

— А у кого узнать, не подскажете?

— А ты в его хозяйство и обратись.

Она ручкой веника ткнула в увешанную концертными и спортивными афишами стену и, видя мое недоумение, сказала:

— Вон, в самом конце, про его бордель написано.

Глянув, куда было указано, я прочла неброскую на первый взгляд рекламу:

«Солярий, сауна и массажный кабинет — к вашим услугам, господа. Звоните и приезжайте к нам в любое время суток».

Там было еще что-то, любезно-призывное и неважное для меня. Запомнив номер телефона, напечатанный красными цифрами внизу, я поспешила вернуться на улицу, к телефону-автомату, висевшему сбоку от входных дверей.