Лестница страха - Михаил Ежов

— Ну и как?

— Все в порядке. Жалоба признана необоснованной. Диана Евгеньевна — прекрасный педагог.

— А на что жаловалась Растопова?

— На то, что классный руководитель не обеспечивает безопасность ее ребенку, — ответила директриса мрачно. — Бред на самом деле. Витя очень трудный мальчик и скорее сам представляет опасность для других учеников.

— Драки? — уточнил Смирнов.

— Да. Были и травмы. Но в тот раз ему самому досталось. Вот мамаша и взвилась. Наверное, думала, что, если она нажалуется, ему тут же троек наставят вместо двоек! — Директриса фыркнула.

— Наставили?

— Как бы не так! Исправлял свои оценки как миленький.

— Но и эта история закончилась благополучно, в конце концов, верно?

Директриса кивнула:

— Да, конечно. А как же иначе? У нас тут нет телохранителей.

— С тех пор Витя вел себя нормально?

— Когда как. Но вообще немного успокоился, в себя пришел.

— Почему?

— Понятия не имею.

Было заметно, что директрису это нисколько не интересует.

— Вы сказали, что готовы провести для меня экскурсию, — улыбнулся Смирнов.

— Да, идемте. — Женщина поднялась.

Они вышли из кабинета, и директриса указала направо:

— Там библиотека и кабинет истории. Вообще на втором этаже располагаются младшие классы. Внизу спортзал и столовая. Что вас все-таки интересует?

— Кабинеты технических дисциплин.

— Труда, что ли?

— Нет, химии и физики.

Директриса нахмурилась.

— Зачем вам это?

— Просто хотел бы взглянуть.

— Тайна следствия?

Смирнов усмехнулся, давая понять, что принимает это за шутку.

— Допустим.

— Хорошо. Тогда нужно подняться на четвертый этаж.

Через три минуты директриса указала на дверь:

— Вот кабинет физики. Это лаборантская, — добавила она, берясь за ручку двери поменьше. — Будете смотреть?

— А где кабинет химии?

— Здесь, рядом. — Директриса указала на соседнюю дверь.

Зазвенел звонок, заставив Смирнова вздрогнуть от неожиданности. Тут же в дальнем конце коридора распахнулась дверь, и из нее высыпала орава вопящих учеников.

— Давайте посмотрим, — поспешно сказал следователь, желая как можно быстрее укрыться от несущейся на него лавины.

Директриса открыла дверь, и они вошли в узкое помещение с одним окошком. Вдоль стен стояли шкафы и столы, на которых размещались коробки, штативы и химическая посуда.

— Это лаборантская, — пояснила директриса. — Ума не приложу, что тут интересного!

Она остановилась на пороге, сложив руки на груди. Смирнов прошелся по комнате, осторожно заглянул в пару коробок, обнаружив там наборы колб и пробирок, открыл один за другим шкафы, прочитал надписи на этикетках попавшихся на глаза реактивов.

— Кто имеет сюда доступ? — спросил он.

— Учитель и лаборант.

— И больше никто?

Директриса усмехнулась.

— В учительской есть набор запасных ключей. При желании любой может взять нужный и войти сюда.

— Я заметил в коридоре видеокамеры. Они снимают эту часть коридора?

— Конечно.

— Можно посмотреть записи?

— Какие записи?

— Вы же ведете видеосъемку?

Директриса приподняла брови.

— Разумеется, нет. На это никаких винчестеров не хватит. Камеры здесь только для наблюдения. Я могу, конечно, включить запись, но никогда этого не делала.

— Значит, мониторы стоят в вашем кабинете?

— Да.

— Я их не заметил.

— Они в соседней комнате.

Смирнов подошел к двери, ведущей в коридор. Снаружи доносились вопли и топот ног.

— В чем дело? — спросила директриса. — Какое отношение к убийствам имеет кабинет химии?

— Мне нужно поговорить с учителем, — вместо ответа сказал Смирнов.

— Александр Павлович! — Директриса сделала шаг к двери в кабинет и приоткрыла ее. — Зайдите, пожалуйста.

Через десять секунд перед полицейским предстал внушительных габаритов мужчина в сером свитере, красном галстуке и брюках свободного покроя, заправленных в сапоги на шнуровке — сменной обувью он явно пренебрегал.

— Я старший лейтенант Смирнов, — представился, опережая директрису, следователь. — Могу я задать вам несколько вопросов?

— А в чем дело? — нахмурился великан. Его рыжеватые брови сошлись на переносице, образовав прямую линию.

— Мне поручено дело… об убийствах. Погибли две женщины, матери учеников вашей школы.

— Какой класс?

— Шестой.

— Я у них не веду.

— Понимаю. Но это касается реактивов.

— Как?

— У вас есть соляная кислота?

— Конечно. — Химик шагнул к одному из шкафов, распахнул дверцу и достал с верхней полки склянку объемом семьсот миллилитров. — Пожалуйста. — Он протянул ее полицейскому.

— Это все?

— Ну да. Если будет надо, еще сделаю.

— У вас есть необходимая аппаратура? — Смирнов понимал, что есть, но должен был задать этот вопрос для очистки совести.

Химик кивнул.

— Где она?

— В этой коробке. — Учитель указал на ближайший стол.

— Не могли бы вы проверить, на месте ли она.

Химик пожал плечами, но коробку открыл.

— Да, все здесь.

— Давно вы ею пользовались? — поинтересовался Смирнов, подходя ближе.

— Уже и не помню. В сентябре, наверное.

— Посмотрите, нет ли на ней каких-нибудь следов.

— Что значит следов?

— Мог кто-нибудь воспользоваться ею без вас?

Учитель вздохнул и достал несколько предметов.

— Все чистое, сухое, — проговорил он, разглядев их на свет. — По-моему, никто не брал. Да и зачем?

— До которого часа работаете вы и лаборант? — спросил в свою очередь Смирнов, игнорируя вопрос учителя.

— Я до четырех, а она до пяти.

— Где она сейчас?

— Не знаю. Может быть, в кабинете физики.

— У нас одна лаборантка на два кабинета, — пояснила директриса.

— Ладно, спасибо. — Смирнов кивнул химику. — Теперь я бы хотел поговорить с лаборанткой.