Чмоки - Дэвид Хаггинз

— Не боись, прорвемся.

А если Салли с Аланом попытаются его выгнать? Я надеялся, что у меня хватит сил противостоять им.

Мы гуськом вышли из лифта и оказались в необъятной приемной с видом на площадь. Пересекли пустыню ковра и остановились у конторки темного дерева, к которой была приставлена худенькая девица в маечке с надписью «Крошка».

— Здравствуйте, — празднично-солнечно начал Алан. — Я Алан Дентон из «Пуффа Груп». У нас назначена встреча с Салли Мур.

— Да, конечно, — пропела девица. — Присаживайтесь, я скажу, что вы пришли.

Она показала рукой в сторону исполинских кресел и диванов, словно бегемоты на водопое столпившихся возле низенького журнального столика с крышкой из темного стекла.

Мы погрузились в темно-серые мебельные недра. Тони еле доставал ногами до пола. Мы с ним чувствовали себя мелюзгой в кабинете директора школы. Алан тем временем листал деловой журнал, воплощая собой полнейшее спокойствие. Потом приплыла Джулия в костюме для «успешных женщин» и проводила нас в кабинет Салли. Волосы у Джулии были просто нечеловечески черные, как у жгучей брюнетки из комиксов. Не хватало только традиционного синего блика.

Несмотря на наш дружелюбный вид, все мы были порядком напряжены. У Тони по лицу поползли капельки пота. Я перехватил его взгляд и показал ему большой палец. Тони попытался улыбнуться, но его скрутило от страха. Я снова спросил себя, что я буду делать, если они попытаются его уволить. Надо было нам с ним составить какой-то план.

В кабинете Салли окно во всю стену выходило на площадь Ковент-Гарден. За стеклом толпы людей перетекали из магазина в магазин.

Салли, загорелая и подтянутая фитнесом, изящно выскользнула из-за стола нам навстречу и улыбнулась всем по очереди идеальной улыбкой с рекламы зубной пасты. Она хорошо выглядела для своих пятидесяти лет. Лицо ухоженное, никакой косметики, седые волосы тщательно зачесаны назад и чуть касаются плеч, облаченных в полотняный японский пиджак бежевого цвета. Салли усадила нас в кресла с высокими спинками вокруг большого стола. Рядом с белой мышью Джулией она казалась элегантной пожилой обезьянкой. Во всем, кроме яркого загара, Салли была утонченно бесцветна, как, наверное, и полагается человеку, нажившему состояние на вареных джинсах.

— Стив, привет, прекрасно выглядишь. Садись.

На столе было несколько стаканов и бутылка минеральной воды, приехавшая аж из Хельсинки. Правда, при более близком ознакомлении выяснилось, что путешествие не задалось. Джулия открыла блокнот и приготовилась вести протокол. После короткого вступительного трепа с намеками на доброе к нам отношение Салли перешла к делу.

— Ну что же. Выкладки мы с Джулией посмотрели. Я в прошлый раз уже говорила, что мы купим у вас еще одну долю, если вы предложите реальную стратегию.

Она окинула нас вопросительным взглядом бледно-голубых глаз и сверкнула электрической дугой улыбки. Я выразительно посмотрел на Алана, но он даже не пошевелился.

Салли вздохнула и продолжила наступление:

— Сегодня Алан сказал мне, что вы над этим много работали, но так ни к чему и не пришли.

— А как же реструктуризация? — спросил я у Алана.

Тот молча пожал плечами.

Я повернулся к Салли:

— Ты видела план?

— Предложения Алана я просмотрела. Я со всем согласна, но того, что он предлагает, нам недостаточно. Если вы хотите, чтобы мы в вас вложили деньги, вам придется выполнить несколько условий. Во-первых, урезать расходы и закрыть магазины. Во-вторых, переехать. В сентябре у вас кончается аренда, и я хочу перевести вас сюда.

— Как? В это здание? — Все это начинало мне сильно не нравиться.

— А почему нет? Места здесь хватит, и экономия хорошая.

— Просто при ваших шестидесяти процентах это похоже на поглощение.

— Не знаю. По-моему, это скорее симбиоз.

— Скорее уж колонизация, — брякнул я и тут же об этом пожалел.

— Стив, если вы знаете, где найти деньги, — хорошо. Если нет — пожалуйста, дослушай меня до конца. — В голосе Салли отчетливо прозвучал металл.

— Извини, продолжай.

— Спасибо. Следующий момент: к сожалению, «Пуффа» сейчас не может позволить себе три директорских оклада.

Я посмотрел на Тони. Начинается. Алан говорил мне то же самое, теми же самыми словами. Тони уперся глазами в собственное отражение в столешнице. Салли повернулась ко мне:

— Мне очень жаль, Стив, но, если вы хотите, чтобы мы с вами работали, тебе придется уйти.

— Мне?

Это было как обухом по голове. Я попытался что-то сказать, но звука не было.

Тони повернулся к Алану:

— Так нельзя! Ты мне ничего об этом не говорил!

— Не дергайся, — сказал я ему, собирая остатки хладнокровия. — Сиди спокойно. Вообще-то контрольный пакет пока еще у нас. Без нашего согласия они ничего не сделают.

— Но у меня нет голоса! — завопил Тони.

— Как это нет?!

— Я Алану акции продал.

У меня отпала челюсть.

— Давайте все успокоимся, — произнес Алан, пытаясь изобразить «скорее тоску, чем гнев».^[8]

— Стив, мне очень неприятно, но это правда: я выкупил его долю. Сегодня утром мы все оформили. У меня просто не было выхода: иначе компанию не спасти. Джулия, пожалуйста, запиши это в протокол.

Джулия кивнула и продолжала строчить скорописью. Тони сидел, понуро сгорбившись, мучимый остатками совести. Алан, откинувшись в кресле, наблюдал за мной. Я успел заметить, как он стер с лица довольную ухмылочку. Значит, он это все заранее просчитал. Тут меня прорвало:

— Что ж ты, сука, делаешь, а?!

Салли тронула меня за рукав, но я не обратил внимания: хотелось этой сволочи в глаза посмотреть. Алан недолго выдержал гляделки, отвернулся и стал перекладывать какие-то бумажки.

— Стив, не надо, — начала Салли. — Тут ничего личного нет. Это просто бизнес. И потом, у тебя же остаются акции, двадцать процентов.

— Ты меня подставил, гад! — заорал я.

Алан воздел руки и покачал головой, типа бизнес есть бизнес. Дать бы ему в морду, чтоб брызги полетели. Теперь все понятно: это все его рук дело, его гнилые штучки. Наколол нас с Тони, как последних лохов. Даже из офиса меня выманил на день, чтоб удобней было этой пьяни руки выкручивать.

А Тони теперь сидит терзается, глаза прячет.

— Стив, ты прости… У меня ведь Лаура, дети, понимаешь… — проскулил он.

— Лаура у него! Да ты ж развелся, жопа ты с ушами! Ты что думаешь, ты тут без меня долго протянешь? Ему акции твои нужны были, а тебя он завтра же под зад коленом! Ты что, совсем, что ли, допился, не соображаешь ничего?