Илоты безумия - Николай Чергинец

Доул поблагодарил полковника за доклад и спросил:

— У кого есть информация, господа? Откликнулся генерал Жоспен:

— У меня новости. В Ле-Бурже в результате четкого взаимодействия французских и российских солдат террористы захвачены. Они не смогли причинить никакого вреда. Сейчас террористами начала заниматься специальная следственная группа. В стране идут аресты всех установленных пособников. И еще. Сообщение из Марокко. В районе Надора спецслужбой Марокко окружен Центр террористов. Марокканское правительство запрашивает, нет ли у нас схемы Центра. Она необходима для организации его штурма.

— Схема есть, — сообщил Кустов и неожиданно предложил: — А что, если нам использовать подразделение капитана Мельникова в штурме Центра?

— Действительно. И Мельников, и наши солдаты прекрасно знают территорию Центра, систему обороны, расположение объектов, — поддержал Кустова Янчук. — Наш представитель находится вместе с Мельниковым.

— А смогут ли истощенные солдаты принять участие в штурме? — с сожалением спросил Доул.

— Я думаю, даже полностью обессиленные, и то они сделали бы это.

— Для убедительности мы сейчас запросим, готовы ли они, — и Янчук нажал кнопку.

Через десять секунд появился русский офицер связи. Янчук что-то вполголоса сказал ему, и тот мгновенно исчез.

Вошел бельгийский офицер — высокий, стройный, черноволосый лейтенант.

— Господа, информация из Пакистана. Из ядерного испытательного центра. По нашей информации, Пакистанское правительство выставило заслоны, целью которых является предупреждение проникновения террористических групп к центру. Сегодня в 13.00 по местному времени перехвачены две вооруженные группы, которые пытались продвинуться к центру и захватить его. Обе группы террористов остановлены, окружены, идет бой.

— Численность групп? — спросил Янчук.

— Одна — до двухсот, вторая — до ста пятидесяти боевиков.

Генерал Кребс, обычно немногословный и угрюмый, взглянул на Янчука и улыбнулся. Оба вспомнили четырехдневной давности информацию, которую они вместе готовили для передачи Пакистанскому правительству. Глаза обоих светились удовлетворением — информация оказалась точной. Вдруг на экране вспыхнули три звездочки и квадрат — сигнал о поступлении информации особой важности. Ровно через десять секунд члены объединенного штаба увидели лысеющего молодого диктора. На английском, затем на безупречном русском языках он сообщил:

— Господа, информация чрезвычайной важности. Она адресована сэру Кустову. Читаю дословно: «Саид и Басима сообщают: к Земле приближается космический корабль, который послан планетой Лукшейм. Он направлен на помощь Кериму. Корабль должен приземлиться на одном из небольших островов Бермудского треугольника. Саид и Басима озабочены тем, что корабли планет, на которых властвуют Разум и Доброта, не смогут перехватить посланца Зла, которое царит на Лукшейме и грозит Земле катастрофой. Вы, жители Земли, обязаны не подпустить корабль к своей планете. У вас есть ракеты, которые вы придумали и сотворили для уничтожения друг друга. Используйте же их для уничтожения Зла, чтобы оно с приходом корабля не вселилось в сердца и души всех землян. Нам поручено отправить вам это послание потому, что мы знаем некоторых из тех, кто борется с Керимом, в душу которого правителям Лукшейма удалось вселить дьявола. Желаем вам успеха. Басима, Саид».

Все присутствующие знали историю, связанную с Саидом и девушкой из Асьюта, и вопросительно смотрели на Кустова.

Николай Платонович сидел, полузакрыв глаза. Казалось, что он даже не слышал текста и просто задремал.

Сидевший рядом Янчук слегка коснулся колена полковника:

— Что скажешь, Николай Платонович?

— Да, господин полковник, как вы относитесь к этому посланию? — спросил Доул и добавил: — Можем ли мы верить ему?

Кустов продолжал сидеть в той же позе задремавшего человека. Янчук озабоченно спросил:

— Что с тобой, Николай, тебе не плохо?

И только тогда Кустов тихо произнес:

— Погоди, погоди минуточку.

В помещении наступила какая-то гнетуще-волнующая тишина. Все были поражены состоянием Кустова. С ним явно что-то происходило.

А Кустов в этот момент видел перед собой живое существо, одно из тех, которые посетили его в гостинице. Это существо, как казалось полковнику, громко говорило:

— Нас с вами никто из присутствующих не слышит. Меня они не видят. Это послание — пока единственное, что может сделать цивилизация Вселенной для жителей Земли.

— Что же мы можем сделать, если даже вы не в силах?..

Кустову казалось, что он спросил громко. На самом деле он сидел молча, с плотно сомкнутыми губами. Посланец Космоса разговаривал с ним молча.

— Вы можете не подпустить корабль Лукшейма к Земле, уничтожив его своими ракетами в Космосе, на дальних подступах к своей планете.

— Наши ракеты должны быть ядерными?

— Да.

— А это не повредит другим планетам?

— Это будет наименьшим вредом.

— Какой страны ракеты надо использовать?

— Ракеты России, они — наиболее подходящее оружие против корабля Лукшейма.

— Когда надо произвести запуск?

— Не позже, чем завтра. Через полтора часа ученые Земли засекут приближение корабля к Земле. Нельзя позволять устраивать бесплодную дискуссию, в которой может утонуть принятие решения. Постарайтесь убедить в этом своих коллег, и все вместе убедите свои правительства. На принятие решения и до старта двух ваших ракет остается одиннадцать часов двадцать семь минут.

— Надо рассчитать траекторию…

— Это ваши ученые с помощью компьютеров сделают быстро. Мы желаем вам успеха.

И существо тут же растаяло в воздухе, а Кустов вздрогнул и вышел из забытья.

Он посмотрел на присутствующих и убедительно заговорил:

— Я считаю, и, поверьте, господа, это единственно правильное решение, что надо уничтожить корабль Лукшейма в космосе, на дальних подступах к Земле. Для этой цели необходимо запустить две российские ракеты с ядерными головками. Через полтора часа ученые, ведущие наблюдение за космосом, обнаружат корабль. Я считаю, мы обязаны использовать эти полтора часа для доклада своим правительствам о подлете корабля и убедить их дать согласие на старт двух ядерных ракет.

— У меня было такое впечатление, господин Кустов, что вы спали, — улыбаясь, сказал Кребс. — И, возможно, вам приснилось такое решение, — Кребс по очереди обвел взглядом присутствующих. — Надеюсь, господа, вы представляете, что такое старт двух ядерных ракет в космос. Добавьте к этому еще совершенно не известные нам итоги взрывов ядерных боеголовок…

— Я думаю, что об этой акции не может быть и речи, — решительно произнес генерал Жоспен.