Ассирийское наследство - Наталья Александрова

— По-моему, мне не идет этот цвет, — обратиласьона к Маркизу, — может быть, померить еще бордовый?

— Уходим отсюда быстро! — крикнул Маркиз. — Япотом тебе все расскажу!

— Я тоже.

Маркиз удивленно взглянул на напарницу, но задавать вопросовне стал. Пробегая мимо кассы, он бросил кассирше деньги: жульничать по мелочибыло не в его правилах. Кассирша сидела за своим окошечком в полной прострации,наблюдая за происходящим в зале. Увидев перед собой деньги, она на времяопомнилась и закричала:

— Постойте, постойте, а чек? — Но странныепокупатели уже выскочили из магазина.

На улице Маркиз быстро свернул в первый попавшийся проходнойдвор и на бегу в двух словах рассказал Лоле о появлении киллера.

— Значит, нам не удалось оторваться от них, —сказал он, — непонятно только, почему он выстрелил не в тебя, а в твоюсоседку.

— Все понятно, — ответила Лола, стараясь несбиться с шага. — Когда я переодевалась в кабинке, увидела на своемсвитере «жучок», и я только теперь догадалась, когда они успели его прицепить.Еще в бистро привязался ко мне какой-то тип. Я-то подумала — выпил парень ипознакомиться хочет. А он облапил да «жучок» незаметно и прилепил. Это явно былрадиомаяк, они следили за ним, потому нам и не удалось сбить их со следа. Яотцепила маячок от свитера и подсунула его в соседнюю кабинку. Там была такаямаленькая щелочка...

Потом туда зашла другая женщина... Но я не хотела ничегоплохого, думала, мы уйдем, а они за магазином будут следить...

— Да, не повезло ей... Но теперь, — Маркиз подвелитог, — мы можем оторваться от преследования. Если, конечно, на нас нетеще одного маяка. Ну ты-то переоделась, так что можно считать, что чиста, а вотя...

— Да негде им было еще и на тебя маяк цеплять! К тебеже никакая девица не липла!

Тем не менее Лола осмотрела его одежду, прощупала швы.«Жучков» они не нашли.

В дверь Кузьмича позвонили. Старый барыга кряхтя прошел покоридору, посмотрел в глазок. Увидев знакомое лицо, загремел запорами.

Этот человек — средних лет, с длинными темными волосами ислишком яркими, блестящими глазами не нравился Кузьмичу, вызывал у него чувствонедоверия и опасности, но дело есть дело, а в окружении Кузьмича ангелыпопадались так же часто, как орхидеи в Антарктиде.

— Проходи, — кивнул барыга гостю, — естькое-что для тебя.

Войдя в кабинет, он выставил на стол несколько бронзовыхканделябров, потемневшую от времени медную жаровню, бронзовую кадильницу — ту,что Сверчок притащил из квартиры старого профессора.

— Вот погляди, — проскрипел Кузьмич, всяческиизображая старческую немощь, — может, что пригодится..

Гость брякнул бронзой, повертел в руках кадильницу:

— Это возьму.

Отложил еще жаровню, полез в карман за деньгами, и вдругвзгляд его упал на немецкий буклет, который выглядывал из-под старинногофолианта на краю стола. Гость ловко выхватил буклет и уставился на старикапристальными, немигающими яркими глазами:

— Вот что у тебя есть! А когда они прилетают?

Кузьмич потянулся было рукой к ящику стола, где лежал верный«вальтер», но вдруг расхотел, им овладела тусклая, безвольная слабость,стариковская болтливость, и он начал говорить, говорить...

Когда Кузьмич пришел в себя, гостя уже не было. Старыйскупщик удивленно моргнул, взглянул на старинные, но очень точные каминныечасы. Прошел без малого час. Кузьмич сидел за столом в своем кабинете. Вквартире стояла тишина. Приснился, что ли, этот скверный гость? С чего бытертый, опытный старик так при нем разговорился? Да может, и не приходил никто?

Скупщик внимательно огляделся. На столе лежали деньги —плата за медную жаровню и кадильницу профессора-востоковеда.

Значит, не приснилось.

Кузьмич тяжело вздохнул. Его охватило предчувствиенеотвратимой беды. Что же он разболтал этому длинноволосому уроду?