Мертвые хризантемы - Марина Крамер

– Хорошо, говори, я слушаю. Если услышишь в трубке храп – не удивляйся, продолжай.

– Вечно ты… Слушай, меня пригласили на свидание. Ну, что ты молчишь-то?

– А что сказать? Вау, повезло? Ты красивая интересная женщина, почему бы кому-то не пригласить тебя на свидание?

– Да? Ты так считаешь?

– Странно, почему так не считаешь ты. У тебя зеркало есть? Так загляни в него и убедись – оттуда на тебя посмотрит ухоженная, красивая женщина с тонкими чертами лица, прекрасной кожей и очаровательной улыбкой. У нее восхитительные волосы, изящные запястья, длинные тонкие пальцы. А если она улыбнется, а не сведет брови к переносице, то будет просто красавицей. Кику, откуда в тебе эта неуверенность?

– Не знаю… похоже, что только ты говоришь мне такие слова и лишь ты замечаешь эту красоту. Ее не вижу даже я.

– Вот потому ее и не видят остальные. Ты должна показать другим, как нужно тебя любить, – но это возможно только в том случае, если ты будешь делать это сама. Это же просто, Кику.

– Не знаю…

– Ты слишком много времени проводишь со своими цветами. Может быть, пора сменить окружение? Живые люди тоже, знаешь ли…

– Ой, прекрати! Цветы не могут обидеть или предать. Они могут только отцвести, но ведь в следующем году распустятся снова. А люди… от них только и жди подвоха.

– Кику, перестань. Если тебя позвали на свидание – сходи, от тебя не убудет.

– Ты говоришь это для того, чтобы сейчас я от тебя отстала? Хорошо. Спокойной ночи! – и Кику бросила трубку.

«Истеричка… И меня же еще обвинила. Не надо было вообще отвечать на этот звонок, ведь было понятно, чем кончится».

– Зачем вы входили в оранжерею, матушка?

Голос Кику сегодня звучал особенно отвратительно – у Аниты с утра разболелась голова, и теперь истеричные нотки и требовательный тон падчерицы только усугубляли и без того не самое лучшее состояние.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – деревянным голосом ответила Анита, вяло помешивая в чашке чай с ромашкой.

– Ах, не понимаете?! Ну еще бы! Это ведь не ваша оранжерея, не вы вкладываете туда деньги и труд!

– Особенно труд, – не смогла удержаться от едкого замечания Анита. – Что же тогда делает Аристарх Соломонович, если трудишься, оказывается, ты?

– Это не ваше дело! – отрезала падчерица. – Его труд, кстати, на вашем месте я бы тоже уважала! Или вы цените только тех, кому платите сами?

– Кику… я не в состоянии спорить, у меня голова болит, а мне выезжать через час. Мало мне скандала с этим митингом, так тут еще ты с каким-то глупостями!

– С глупостями, значит? Понятно. Разумеется, огромные транспаранты с надписью «Долой Комарец» произвели на вас куда более сильное впечатление, чем моя оранжерея, правда? – Кику прищурила глаза, вся подобралась и стала похожа на готовую к броску кобру – того и гляди, метнется через накрытый к завтраку стол и вцепится Аните в горло.

– Неужели я права, и это твоих рук дело? – зашипела в ответ Анита, чувствуя, как задрожали пальцы на скатерти.

– Что именно?

– Митинг этот на бульварах!

В глазах Кику на секунду мелькнули недоумение и растерянность, но она тут же взяла себя в руки и расхохоталась:

– Мне чужих лавров не нужно! Нет, матушка, к митингу я, к сожалению, не имею никакого отношения. Но спасибо за идею, я подумаю, в каком направлении ее развить. – Она встала из-за стола, но, на мгновение задержавшись, бросила злым шепотом так, чтобы не слышала вошедшая в столовую горничная Юля: – Еще раз подойдете к оранжерее – пожалеете.

Смешно семеня ногами в сандалиях на высокой деревянной подошве, она удалилась из столовой, а Анита откинулась на спинку стула, едва сдерживаясь, чтобы не зарыдать. В собственном доме она больше не чувствовала себя хозяйкой.

Отвлечься от неприятных мыслей удалось только на работе. Анита была настоящим трудоголиком, и все, за что бралась, делала тщательно и хорошо. Должность мэра давала ей простор для деятельности, и за время нахождения в этом кресле она успела сделать для города довольно много, не забыв, однако, и о собственном благополучии. Анита не зарывалась, действовала осторожно, астрономических сумм не брала, но даже такая тактика позволила ей положить ощутимые деньги в один из европейских банков. Она собиралась перебраться в Европу насовсем, выбрав для этого Чехию. Открыть там практику – по образованию Анита была адвокатом, специализировалась на гражданских делах, – купить квартиру и жить так, как она хочет, не завися от капризов Кику или необходимости держать себя в рамках из-за занимаемой должности. Обрести наконец свободу от всего и от всех. Она уже сдала экзамен на языковой сертификат, узнала, какова процедура подтверждения диплома, – словом, подготовила все, чтобы уехать. Но желание отложить еще немного денег было все-таки сильнее, потому она и решила избираться на следующий срок.

– Натан, что нового по делу об убийствах? – спросила Анита у Славцева, когда тот в четыре часа принес ей кофе.

– Я утром справлялся у начальника ГУВД, пока вроде ничего, только то, что все три убийства между собой связаны.

– А эта следователь… Каргополова? Она что?

– Она работает. Была в бюро судмедэкспертизы, потом выехала на третий труп, провозилась там с группой до позднего вечера, вернулась в гостиницу, в номере всю ночь горел свет, – отчитался Натан, и Анита с удивлением спросила:

– Вы что же – приставили к ней слежку?

– Скажем так – наружное наблюдение и в некотором роде охрану, – улыбнулся Славцев. – Чужой для нее город, убийца это серийный опять же… зачем подвергать опасности приезжего следователя? Ну и нам спокойнее – все под контролем.

– Смотрите, Натан, как бы не получилось неприятностей.

– Анита Геннадьевна, ну о чем вы? Все очень аккуратно.

Анита только головой покачала, но осталась довольна расторопностью референта. Наверное, Натан прав – так действительно будет лучше. «А пока надо бы познакомиться с этой Каргополовой поближе и лучше сделать это в неформальной обстановке». Подумав так, Анита сняла трубку и позвонила на мобильный телефон Полины, который та оставила по ее просьбе.

– Каргополова, слушаю, – глуховатый голос следователя раздался буквально через пару гудков.

– Добрый день, Полина Дмитриевна, это Комарец.

– Здравствуйте, Анита Геннадьевна.

– Я не отниму у вас много времени, понимаю, что вы работаете. Но завтра суббота, я бы хотела пригласить вас к себе на обед. Как вы смотрите на такое предложение?

Повисла пауза, потом Каргополова неуверенно произнесла:

– Даже не знаю… удобно ли это?

– Разумеется! Вадим вас отвезет. Тогда, скажем, в час, да?

– Хорошо. Спасибо за приглашение.

– Пустяки. Хочу познакомиться с вами поближе. До завтра, Полина Дмитриевна.

К утру Полина, забыв про сон, успела составить несколько таблиц в ежедневнике, написать целую страницу вопросов, которые собиралась задать оперативникам и экспертам, а также прикинуть еще пару заданий, выполнением которых предстояло заняться Кучерову и Речковскому. Сама она