Утро ночи любви - Наталья Андреева

– Алина? – переспросил парнишка. – Я, кажется, знаю, о ком вы говорите. Щедрая дамочка. Всегда оставляет чаевые.

– Выходит, ты ее знаешь?

– Да как сказать? Ее всегда Саня обслуживал. А потом она исчезла. Месяца два я ее не видел. Недавно опять объявилась, но подъехала она не ко мне. К Сереге. Хотите, спросите у него.

– Спрошу. Но сначала ты мне скажи. Имя ее откуда узнал? Она тебе сказала?

– Ага, – хмыкнул парнишка. – Подъехала и говорит: «Меня зовут Алина. Давай знакомиться!»

– Ты дурачка не играй. Дело серьезное. Кто тебе сказал, как ее зовут?

– Саня.

– Крылов?

– Да.

– А он откуда узнал?

– Да они вроде того... – парень хмыкнул. – В общем, я однажды видел, как Саня садится в ее машину.

– Вот как? – его голос слегка охрип от волнения. – А тебе не кажется странным, что миллионерша, красавица, крутит роман с восемнадцатилетним парнишкой, у которого, к тому же, все лицо в прыщах? На кой он ей сдался?

– У них свои причуды. У миллионеров. Кто их разберет?

– Значит, у них и в самом деле был роман?

– Смеетесь?

– Тогда что? Что их связывало?

– Не знаю. Честное слово, не знаю! – взмолился парнишка.

– Ну а Крылов тебе что говорил?

– А мы с ним друзьями не были. Даже приятелями. Он из богатеньких.

– Кстати, не знаешь, почему его папа от армии не отмазал?

– Да, вроде, поссорились они.

– И папа решил его наказать?

– Да нет. Саня сам сказал: надоело от родаков зависеть. Подумаешь, год отслужить! Зато потом тыкать не будут, деньгами попрекать, которые отдали за закос.

– То есть... Ты хочешь сказать, что он сам захотел идти в армию?

– Ну да. Сейчас этого никто не боится. Наоборот. Отслужил год – и свободен. Верите, нет, младший брат мой, который баллов в вуз не набрал, аттестат получил и рванул в военкомат. Возьмите, говорит, в армию! Правильно: а куда деваться? А ему: гуляй пока, у нас и так перебор.

– Вот даже как... А следователю ты об этом рассказывал?

– А он меня не спрашивал.

– А о чем спрашивал?

– О работе. Не было ли у Сани здесь проблем? А какие проблемы? Работа как работа, – пожал плечами парнишка. – Нас и так проверками замучили, и сколько ни проверяли, ничего не нашли. Его работа здесь ни при чем. Не из-за работы он повесился, это уж точно. Я так и сказал.

– Понятно... Значит, Саня Крылов был знаком с Алиной Вальман. Она его даже подвозила на своей «Бентли». В какую сторону они поехали, не подскажешь?

– В Москву. Она повернула налево.

– В Москву... Ну а сам ты что думаешь? Из-за чего он повесился?

– Кто его знает? Он в последнее время повеселел.

– Повеселел?

– Ну да.

– Ничего не рассказывал?

– Я ж говорю, что мы с ним не дружили. Может, кому-то и рассказывал. Извините, мне работать надо.

– Мне тоже.

– Да я все рассказал! Клянусь! Ну не знаю я, почему он повесился! Да вам-то не все равно? Достали все! В милицию таскают, папа его замучил!

– Папа?

– Ну да. Тоже приходил, расспрашивал: как да что? Узнаю, говорит, кто его до петли довел – убью!

– Так и сказал?

– Саня у него был один. Я, если честно, не понимаю: ну чего ему не хватало?

– А долгов у него, часом, не было? Может, он в казино играл? В карты?

– Если в и были... Я же сказал: из богатеньких он. Только глазом моргни: родители отвалят, сколько хочешь. Работать мне надо, – взмолился парнишка, – вон, начальник в мою сторону смотрит! Ему-то уже все равно, Сане, а меня уволят.

– Ну иди. Работай.

Парень ушел. Андрей сел в машину и поехал домой. Рабочий день заканчивался, надо было привести в порядок мысли и обдумать дальнейший план действий. Кроме предсмертной записки Саню Крылова и Ваню Курехина, оказывается, связывало знакомство с Алиной Вальман. Она, разумеется, скажет, что Саша, или «мальчик», приезжал заменить свечи. Или масло в двигателе. Не обязательно в «Бентли», у нее гараж на две машины, как он успел заметить. И тут же вспомнил: «Для мелкой работы я нанимаю людей случайных». Один копал сточную канаву, другой менял свечи. И оба «мальчика» теперь мертвы.

Странная женщина. Она не похожа на убийцу. И что ей до этих букашек, Сани и Вани? Она – птица другого полета. Это ж ястреб! Собирать то, что ползает, когда можно бить то, что бегает? Или даже то, что летает!

Есть еще Гена. Тоже странная женщина. Которую связывают с Алиной Вальман странные отношения. Неужели они любовницы? Или банальное: деньги? А может, родственницы? Всякое бывает. Гене на вид лет сорок – сорок пять. Тетя, двоюродная сестра, родство по мужу... Все это надо проверить.

И надо бы выяснить, откуда у нее деньги, у госпожи Вальман. Не похоже, что она трудится с утра до ночи. Или «свободный художник»? Интересно, где же можно заработать такие деньги? Присутствия в доме мужчины он не заметил, во всяком случае, постоянного присутствия. Обручального кольца на пальце у Алины нет. Значит, не замужем. «У меня много знакомых мужчин», – сказала она. Его передернуло. Неужели занимается проституцией? Фу ты, какая чушь! Профессионалок он чует за версту, слава тебе, насмотрелся! А если профессионалка высокого класса? Супер? Обслуживает очень богатых мужчин. Нет, не похоже. У нее взгляд состоявшейся женщины, которая ни от кого не зависит и ни перед кем не заискивает. И все-таки, откуда у нее деньги?

Надо сделать запрос. Надо узнать: кто такая Алина Вальман?

Вот этим он завтра и займется.

* * *

Ответ на его запрос пришел быстро. Она, действительно, была Алиной Александровной Вальман, тридцати четырех лет от роду, а родилась, кстати, в Московской области, на самой ее окраине, в маленьком городке с древнейшей историей. Это, впрочем, к делу отношения не имело, и подробности Котяев выяснять не стал.

Интересно было, что, во-первых, Алина Вальман никогда не была замешана в криминале. То есть, не привлекалась, не состояла, ни разу не проходила по уголовному делу как свидетель, даже не нарушала правил дорожного движения настолько серьезно, чтобы у нее отобрали права, которые приходилось бы потом восстанавливать через суд, не имела просроченных платежей по кредитам. На все запросы ответ был отрицательный. Ей ни разу не отказывали в визе, не заворачивали на границе в окошке паспортного контроля, а ездила она туда, то есть за границу, частенько. Но другого гражданства у нее не было, только российское. Не человек, а кристалл, одним словом, хоть читай через него! Ни единого пятнышка! Андрей Котяев почувствовал разочарование.