Тихушник и Fantomas - Александр Федорович Бабин

то он рыбой пахнет, жена ругается. Говорит, надоел ты со своей рыбалкой. Как кушать жареных карасей, так ей в удовольствие, а как чистить рыбу, так сразу я! Я, что к тебе зашёл, товарищ обещался приехать пиво попить, так у него какие-то дела навалились, ‒ обманывая Николая, бегло проговорил Семёнов. ‒ Две полторашки купил, одному пить скучно. Жену отвёз на дачу, отдохну без её ворчания. Не переносит запаха рыбы, а для меня копчёный карась — «Шанель номер пять» отдыхает! ‒ назвав марку французских духов. ‒ У тебя как со временем, планов на вечер нет?

‒ Свободен. Я сейчас как бы в резерве. Наверно уже слышал, моего шефа убили. Жду нового босса, хотя надежды нет, что возьмёт к себе водителем. У него есть свой проверенный водила!

‒ Тогда побегу, вынесу мусор и приходи… Жду!

Решили пить пиво на балконе. Хозяин на столе расстелил газету, положив на неё пакет с копчёными карасями. Разлил пиво в стеклянные кружки с изображением краба. Взяв кружку, посмотрел через неё на солнце, закрыв один глаз:

‒ Эх, лепота! — довольным голосом проговорил Семёнов. — Пиво «Куршавель» на моей малой родине разливают. Местный предприниматель организовал производство! Ему честь и хвала! Так, первый тост пьём за товарища Сталина! — произнес торжественно, выгнув грудь. — Вождь всех народов, выиграл войну, а то бы мы с тобой сейчас где-нибудь на сибирских рудниках под присмотром гестаповцев камни носили с одного места на другое, ‒ и с затягом стал пить пиво. Сосед последовал его примеру.

‒ Александр, пиво, видать, свежее. ‒ Николай вытер рукой губы. ‒ Попробую твоего карася копчёного, ‒ взял из пакета рыбу и стал её чистить. — Запах вкусный, на чём коптишь, на яблоне или на вишне?

Семёнов тоже взял карася:

‒ Копчу рыбу на портянках Чапаева, так жена говорит, ‒ пошутил. ‒ Она дыма не переносит. А я в прошлой жизни, видать, был чукчей, тянет к костру. На костре уха в сто раз вкуснее, чем приготовленная на газовой плите. А картошка, запечённая в углях, да с деревенским молочком — песня! — ведя пустой разговор, чтобы подойти к главному ‒ расспросить соседа о бывшем его боссе. Мысленно рассуждая, как поступить. Выжду время, когда он расслабится, а то заподозрит, проявляю ненужное любопытство. Мою оперскую биографию он знает. Был случай, когда я ему помог не распрощаться с водительскими правами, он, находясь подшофе, совершил ДТП. Для водителя, у которого профессия является основной, то же самое, что лишиться рук и ног. Сказать, что сосед обязан ему по гроб жизни… Так это было давно, а добро у людей быстро забывается, вот зло никогда.

Выпили ещё по кружке:

‒ Хорошо пошло. ‒ Семёнов довольно отхлебнул из кружки. — После пива угощу тебя домашним вином.

‒ Если что, на посошок! Мне завтра идти в следственный комитет, опять допрашивать будут. Не знаю, что и говорить, всё уж рассказал.

Семёнов обрадовался, что сосед сам вызвался на нужный ему разговор:

‒ Ты следователю посоветуй, пусть лучше с прокурорской женой побеседует! Бабы, они про своих мужиков знают больше, чем они сами. Взять, к примеру, мою жену, в воскресенье с дачи её привезу, зайдет в квартиру, как Баба Яга, понюхает воздух и скажет: «Опять в квартиру приводил гостей ‒ выкладывай!». Бабы ‒ они Шерлоки Холмсы в юбке! А твой бывший шеф был человеком неплохим! Я до него знавал многих прокуроров, и все падкие до денег. Вот им место было в тюрьме! Помню, прислали к нам в область варяга. Решил он начать свою службу с ремонта здания прокуратуры, привести его, так сказать, в надлежащий вид. Здание строилось ещё во времена Хрущева, ‒ назвав советского партийного деятеля шестидесятых годов прошлого века. — На ремонт здания из бюджета выделили денег, но, как обычно, их не хватает, надо что-то и себе в карман положить. Прокурор, сделав морду тяпкой, объехал местных директоров заводов и потребовал ему помочь деньгами. И подрядчик нашёлся быстро, у заместителя прокурора зять армянин, а у него своя строительная организация, «все, что плохо лежит, не проходите мимо». Наверное, догадываешься, сколько денег они положили в свой карман. В итоге прокурор за городом выстроил себе трехэтажный особняк с колоннами, а подрядчик въехал в новую квартиру. Даже ФСБ не посмела провести проверку по завышенным ценам на строительные материалы и стоимость работ. Это только твой шеф слыл у горожан святым человеком! Интересно, кому он перешёл дорогу? — легко задал вопрос, как будто он не сильно интересуется убийством прокурора.

Николай с затягом выпил пиво до дна:

‒ Святой, говоришь! — выдохнул слова недовольным голосом. — Если и есть святые работники в прокуратуре, то только мы, водители! ‒ хлопнув рукой по карману брюк. — Не слышно звона монет. Следователь на меня напирает, чтобы я рассказал про тёмные дела прокурора. Такой настырный паренёк попался, видать, еще не получал по шапке! Выслуживается перед начальством, как найдет убийцу, получит очередное звание и путевку в Гагры! Мечтатель! А я не дурак выкладывать про денежные дела шефа. Если они с начальником ФСБ Мазиковым были друзьями не разлей вода! В бане каждые выходные парились, еще заместитель генерала в их компании. Люди высокого полёта!

Семёнов, продолжая играть роль консультанта соседа:

‒ Ты сам-то не замешан в прокурорских делах? Могу дать профессиональный совет. Вдруг опера при обыске у прокурора найдут записи разговоров с чекистами и на ней твой голос. Скажу, как практик, пойдёшь паровозом по статье за укрывательство преступления вместе с ними. По нынешним временам борьба с коррупцией жёстко ведётся. Был бы человек, а статья найдется!

Николай, махнув в сторону рукой:

‒ Чёрт его знает, много чего слышал. Едешь в машине с прокурором, а ему кто-нибудь позвонит, он что, должен ответить «не могу говорить, рядом водитель»? Мне он доверял. Да я не интересовался его делами, меньше знаешь, лучше спишь. Валя, его жена, вот она за своим языком не следит. Баба она и есть баба! Покойный с ней жил на ножах, как он её терпел, не могу понять! — подняв плечи. Для неё сейчас главный вопрос ‒ возвратить семейные деньги, муж отдал их одному банкиру. Банкир ‒ друг Мазикова. Шеф передал генералу крупную сумму денег, а тот уже их банкиру. «Большими деньгами ворочает» ‒ так они о нём отзывались. Банкир во времена дележа советского имущества жил в нашем городе. Он был главным в синагоге. У евреев, кажется, батюшка зовётся раввином! Однажды слышал, как Валя разговаривала на повышенных тонах с мужем. Это когда