Рубиновое наследство - Марина Серова

– Так тебя повысили. Поздравляю!

– Не заговаривай мне зубы. Тебе нужно уйти, пока никто не заметил, как я тут прохлаждаюсь.

Отлично, пока мы тут болтаем, я окончательно потеряла из вида свою цель и придется расспрашивать Тему. Ах, простите. Артемия.

– Ты должен меня понять. Я свою работу на полпути не брошу. Если сейчас развернусь, второго шанса уже не будет.

Не дожидаясь ответа, я прошла наконец в рабочее помещение, больше похожее на кладовку настолько тесную, что мне просто пришлось толкнуть метрдотеля. На нем был идеально выглаженный костюм, который тот сразу же принялся поправлять.

– Если ты не остановишься, я буду вынужден вызвать полицию.

– Даже если понимаешь, что я здесь не обычных воришек ловлю? Неужели готов рисковать жизнями всех остальных посетителей ради каких-то внутренних правил?

Артемий закатил глаза, но и к тревожной кнопке, которая здесь была почти в каждом помещении, тянуться не стал.

– Хорошо, я дам тебе один шанс. Расскажи, зачем пришла, и я подумаю, пускать тебя или нет. Только не надо говорить опять про сверхсекретные задания, больше не сработает.

– Я и не собиралась. Ты же заметил двух бугаев, вошедших в здание одновременно со мной?

– Это не, как ты выражаешься, «бугаи». Эти мужчины работают в охране съемочной площадки и не создают нам никаких проблем, если ты пытаешься их в чем-либо обвинить.

– И что обычные секьюрити делают в вашем элитном отеле? Или московские студии настолько богатые, что теперь и служебному персоналу комнаты в пятизвездочном люксе снимают? Не держи меня за дуру.

– Я и не пытаюсь. Эти мужчины твои коллеги, между прочим. Только они телохранители у постоянной клиентки – Лизаветы Гром. И к ней я тебя точно не пущу! Лизавета главная здесь звезда, которая терпеть не может назойливое внимание к своей персоне. Даже не представляешь, каких трудов стоило в первый день всех фотографов отогнать. И она не собиралась войти в положение, а устроила менеджеру истерику. У меня ноль желания слушать крики и от нее, и от начальства.

– Какая чудесная у тебя работа, просто обзавидуешься.

– Смейся сколько влезет, зато я получаю хорошие деньги, не рискуя своей жизнью.

Я только пожала плечами – каждому свое. Мне бы точно было куда тяжелее слушать чьи-то бессмысленные претензии. Даже представить не могу, как люди не сходят с ума на подобных должностях.

– Я так и поняла, что эта Лизавета чистейшей души человек, которую абсолютно ни в чем нельзя подозревать, но ее чудеснейшие телохранители преследуют уже мою клиентку. А ты знаешь, что я предпринимаю в таких случаях. – Я вплотную встала к Теме, так что ему пришлось вжаться в стеллаж с тряпками и чистящими средствами. Кадык парня дернулся. Я слышала, как Артемий стал чаще дышать.

– По-твоему, я отступлю от цели, потому что какая-то девица аж целых полгода мелькает по телевизору? Если ты меня не пустишь, то тебе будет безопасней просто подвинуться, – каждое слово нужно произносить спокойно. Лишняя агрессия легко вызывает гнев.

– Ладно-ладно! Только прошу, не прямо сейчас. Заметят сразу. Завтра я тебя проведу, когда все разойдутся во время съемочного дня, и ты спокойно соберешь все улики. Я знаю график, потому что подружился с командой костюмеров. Договорились?

– Сразу бы так. Буду ждать с нетерпением.

Помахав рукой на прощание, я исчезла в дверях. Подходя к «фольку», проверила телефон. Аня отправила сообщение. Наши опасения подтвердились, никуда преступники не делись, а стали даже упорнее. Сначала внаглую попытались украсть кольцо прямо из-под наших носов, теперь открыто угрожали физической расправой, если завтра драгоценность не оставить в указанном месте.

Я почувствовала мерзкий скрежет собственных зубов. Пора было с этим заканчивать.

Глава 17

В суматохе всей подготовки мне оставалось еще одно незавершенное дело. В подъезде мимо меня, стараясь не встречаться взглядом, прошмыгнули соседи. Значит, все-таки что-то слышали. Входную дверь успели заменить, спросив у меня номер мастера, так что вход теперь охраняло нечто, больше похожее на литой кусок металла. Я бы после случившегося на месте Максимовых и растяжку перед порогом закрепила, но Аня сказала, что она сама же через нее и кувыркнется.

Судя по звукам и долгому ожиданию, нас разделяло не меньше трех замков.

– Доброе утро, прости, что так долго. Я предлагала дать тебе ключи, но папа отказался сейчас делать дубликат. Говорит, не доверяет людям, которые должны их делать.

– И правильно делает.

Меня встретили полусобранные коробки с чемоданами вперемешку с разбросанными на полу вещами, то ли части сбора, то ли еще не убранные следы недавней катастрофы.

– Уже нашли, куда переезжать? Как вы так быстро договорились.

Из собственной спальни показался Константин, не отрывающий взгляда от толстых папок с документами.

– Это временная мера. Мы решили уехать в область, там как раз живет мой друг. Как раз займусь плотнее своим затопленным магазином. Только Аня жалуется, что не сможет оттуда каждый день ездить на пары.

– И останавливаться не планирую. На первом курсе даже академ не возьмешь.

– Мы быстро со всем разберемся. Тебя не будет пару недель.

– Пап, ты врешь так же плохо, как и я. Сам же знаешь, сделки с недвижимостью так быстро не проводятся. Мне проще сразу перепоступить в другой универ.

– Ты ведь уже давно решила это сделать.

– Простите, что прерываю важное семейное обсуждение, но у вас тут пара недочетов в плане. Никто не боится, что вас и там найдут? Они ведь уже там натворили бед.

– Не переживайте, я все учел. Именно поэтому вы поедете с нами и все проверите.

Должна признать, это был очевидный вариант. Только мне еще параллельно нужно заниматься поисками достаточно безопасной квартиры взамен пострадавшей. Еще в день случившегося мы устроили голосование, на котором все выбрали, что чувство безопасности этот дом теперь не подарит никогда, а новая дверь – лишь сиюминутная мера. К тому же Константин признавался мне, что он больше не может без отвращения прикасаться к когда-то его вещам, которые