Виртуозный грабеж - Алексей Макеев

– Вы меня простите, дорогие, – совсем по-домашнему произнес Портнов, и на его хитроватые глаза навернулись слезы. – Все важные слова, которые я должен был сказать, я уже сказал в официальной части, а сейчас просто хочу предложить один короткий и емкий тост – за процветание! За наше с вами процветание! И пусть каждый вкладывает в это тот смысл, который хочет!

Раздались крики «ура!» и аплодисменты. Зазвенели бокалы. Семен Семенович Дубов, который, не прилагая для этого никаких усилий, все-таки оказался рядом с симпатичным специалистом по имиджу, пригубив шампанского из узкого бокала, слегка наклонился к женщине и сказал с улыбкой:

– Честное слово, я не старался быть поближе к вам, это само собой вышло. Не скажу, чтобы я был этим недоволен – просто не хочется, чтобы вы видели во мне дикаря из двадцатого века. Мы в Воронеже тоже кое-что слышали о политкорректности.

– Это не само собой вышло, – спокойно ответила Громова, – это я постаралась оказаться рядом с вами. Во-первых, таково было пожелание начальства, а во-вторых, мне хочется задать вам один вопрос. Откуда мне знакомо ваше лицо?

На короткое мгновение улыбка сошла с губ Дубова. Он выпрямился и как будто задумался. Громова испытующе смотрела на него – в ее темных глазах горела искорка неподдельного интереса. Этот высокий загорелый мужчина в превосходном костюме ей очень нравился. И он был совсем не похож на провинциала. Был в нем какой-то артистизм и одновременно чувствовался характер. И несмотря на то что она никогда раньше с ним не сталкивалась, Громова могла поклясться, что где-то уже его видела, причем неоднократно.

– Мое лицо? – Дубов опять улыбался. – Наверное, вы бывали в Воронеже?

– Никогда в жизни, – заявила Громова. – Это большое упущение, я понимаю, и в ближайшее время постараюсь его исправить. Ведь, насколько я понимаю, вы хотите нас заставить на себя работать?

– Это слишком громко сказано. Мы просто просим немного нам помочь, – ответил Дубов и вдруг посмотрел на часы. – Извините, я совершаю ужасную бестактность, но мне придется вас покинуть. Увы, я только гость на этом празднике жизни. Сроки поджимают, а мне нужно решить еще массу дел. Вот и с вашим шефом тоже.

Он поклонился разочарованной собеседнице и протолкался через толпу людей с бокалами в руках поближе к Портнову.

– На пару слов, – заговорщицки сказал он. – Приношу свои извинения, но тут такое дело…

Они отошли в сторону. Портнов посмотрел на гостя из Воронежа с большим любопытством.

– Я ведь не так просто к вам приехал, – сказал Дубов. – И сроки моего пребывания в столице предельно сжатые. Поэтому я взял на себя смелость оторвать вас от приятных обязанностей тамады…

– А-а, бросьте эти реверансы! – добродушно произнес Портнов. – Мы с вами деловые люди.

– Тогда я перехожу прямо к делу, – обрадовался Дубов. – Видите ли, я рассчитывал провести с вами предварительную договоренность о заказе уже сегодня. К сожалению, вышло так, что сегодняшний день у меня практически целиком был потерян. А завтра у меня важная деловая встреча, от которой я не могу отказаться. Не сочтете за дерзость, если я предложу вам составить договор прямо сейчас?

– Э-э, видите ли… – замялся Портнов. – У нас есть неписаное правило – мы начинаем работать над договором после получения некоторого аванса. Поскольку ваш заказчик не сделал этого заранее, боюсь, пока мы с вами можем ограничиться только заявлением о намерениях.

– Это предусмотрено, – твердо сказал Дубов. – У нас в Воронеже такие дела решаются проще, но действеннее. От имени тех лиц, что меня делегировали, я готов предложить вам энную сумму наличными. Немедленно. У вас не будет возражений?

Портнов отступил назад и с шутливым удивлением оглядел ладную, подтянутую фигуру гостя.

– Что такое?

– Да вот просто пытаюсь понять, где вы храните у себя сумму, на которую мы обычно рассчитываем в таких случаях, – объяснил Портнов. – Неужели она поместилась в бумажнике?

– Шутите, – улыбнулся Дубов. – Конечно, нет. Но как раз сейчас должен подъехать мой партнер. Нужно только, чтобы вы предупредили охрану при входе, чтобы его сюда пропустили.

– Хм, без проблем, – сказал Портнов, стараясь сохранять невозмутимое выражение на лице. – Конечно, все это немного необычно, но мы вообще живем в необычные времена. Я сейчас распоряжусь. Как фамилия вашего партнера?

– Ситков. Константин Ситков. У него все необходимые бумаги и… – Дубов сделал многозначительную паузу. – И, так сказать, аванс, который вас устроит.

– Ну и отлично. Петр Николаевич и Сергей Иванович сейчас проводят вас в мой кабинет, а я скажу еще два слова коллективу и предупрежу охрану. Через пять минут мы сможем спокойно заняться делами.

Препоручив Дубова своему заместителю и «финансовому гению», Портнов куда-то исчез. Заместитель Ливанов, ничуть не смущенный тем, что его оторвали от праздничного стола, предложил Дубову пройти к лифту и подняться этажом выше.

– Честно говоря, проще было бы пройти пешком, – посмеиваясь, объяснил он. – Но в большом городе привыкаешь не к целесообразности, а к неким ритуалам. Поднимаешься непременно на лифте, считаешь только на калькуляторе, говоришь теми словами, которые услышал по телевизору…

Финансист несколько задержался, но пообещал через минуту догнать их. Ливанов с Дубовым поднялись на следующий этаж, который был по счету четвертым в этом здании, и по мягкой ковровой дорожке прошли в кабинет генерального директора. Ливанов с помощью пластиковой карты отпер секретный замок и предложил Дубову проходить.

– Думаю, долго скучать нам с вами не придется, – успокоил его Ливанов, зажигая свет в кабинете. – Владимир Борисович – человек очень мобильный. Главное, ваш партнер не запоздал бы.

– Он не опоздает, – заверил Дубов. – Он неважно знает Москву и не любит слоняться по всяким памятным местам. Наверняка он уже сидит внизу и радуется, что нашел спокойное место.

– Да, немного неудачно вы прибыли, – посетовал Ливанов. – Но я вас понимаю, пора сейчас горячая, каждый старается ковать железо, пока оно горячо. Вот вчера, например, тоже обратился заказчик…

Он немного замялся, не желая входить в подробности, но все-таки не удержался от того, чтобы не сделать фирме лишнюю рекламу.

– Не стану называть имен, – продолжал он, – но заказ тоже был весьма серьезный. Сейчас нас буквально рвут на части, Семен Семенович. Приходится выбирать.

– Намек понял, – сказал Дубов. – Со своей стороны хочу заверить, что в нас вы не разочаруетесь. Мы настроены очень серьезно и за ценой не постоим.

– Я вас понимаю, – кивнул Ливанов. – Но последнее слово, конечно, остается за Владимиром Борисовичем. Но мне кажется, что вы сумели произвести на него впечатление, а его на мякине не проведешь.

– Вы делаете мне комплимент, – улыбнулся Дубов.

– А вот, кажется, и он, – сказал Ливанов, поворачивая голову в сторону приоткрытой двери.