Побег - Евгений Сухов

— Может, ты для начала пожелаешь мне доброго утра, Сашок? — промурлыкала Ирка, схватив его за руку. — Доставь мне приятность!

Шрам поморщился.

— А я же тебя просил: не говори так. Терпеть не могу этого дурацкого словечка. К тому же уже давно не утро, а вечер. Сейчас я тебя накажу… — Он сорвал с нее ночную рубашку, сам быстро разделся и, опустившись на кровать, стал жарко сжимать обеими руками упруго стоящие груди, а потом присосался к правому соску, сильно втянув его в рот, так что девица даже ойкнула. Он уткнулся носом в ложбину между грудями и стал водить там кончиком языка вниз и вверх.

— Здорово! — прошептала, задохнувшись, Ирка. — Как же это здорово у тебя получается! Ой, еще хочу, Сашок. Давай-ка распали меня как следует!

Шрам почувствовал, как ее тело затрепетало в его объятиях и стало непроизвольно подниматься и опускаться. То был верный знак того, что еще немного — и она будет готова к «официальному приему».

— Зубками, зубками! — подстегивала его Ирка. Но Шрам оторвался от ее грудей, разжал объятия и сильно раздвинул ей ноги. Потом, опустив голову, вдвинул ее между Иркиных ляжек и впился губами в клитор. Он сосал сладковатый отросточек, истекая слюной. На губах и языке он ощущал клейкую влагу. Из горячего Иркиного жерла извергались липкие соки. Он убыстрил движения, и теперь его язык, точно юркий поршенек, сновал взад-вперед по скользкому набухшему лазу.

— Так слишком быстро, — прошептала Ирка. — Помедленнее! А то кончу в момент, Сашок, ты же знаешь, мне нравится, когда ты выходишь совсем и потом входишь снова…

И чем дольше он насасывал ее клитор, тем сильнее извивалось над ним ее тело. Ирка вся дрожала в такт его движениям и едва слышно шептала:

— Сашка, Сашенька, что ты со мной делаешь? Это просто невыносимо! Это чудо! Теперь не замедляй! Сейчас кончу, вот сейчас уже! А-а-а!…

Через минуту Шрам перевернул ее на живот — он знал, что Ирка любит, когда он делал ей «ягодичный массаж». Иркин зад был похож на две пухлые щечки, крепкие и упругие. Шрам припал к этим нежным «щечкам» языком и стал их медленно-медленно лизать, присасываясь к коже, точно улитка к ветке.

— Кусай! — требовательно простонала Ирка, уткнув лицо в подушку.

Шрам начал слегка покусывать ее зад, постепенно перемещаясь вниз, к ляжке. В этот момент Ирка приподняла таз и призывно раздвинула ягодицы руками. Сашка увидел темную пещерку ануса, с готовностью втиснул голову между белыми «щечками» и дотянулся языком до воронки, поросшей жесткими курчавыми волосками. Он лизнул воронку раз, другой. И точно вспомнив что-то, нащупал пальцем правой руки разверстое пылающее влагалище, омытое горячим соком страсти. Он засунул палец поглубже и стал вращать им, слегка согнув крючком. Он боялся причинить подруге случайную боль, но в то же время понимал, что она на седьмом небе от счастья. Иркино тело опять начало мелко вибрировать. Дрожь усиливалась, и скоро она стала рывками, прогибаясь всем телом, извиваться на сбитой постели.

— Не останавливайся! — кричала Ирка охрипшим голосом. — Умоляю, только не останавливайся! Осталось еще чуть-чуть! Ну-ну!

И вдруг она замерла, резко выгнув спину назад. Ее пальцы с длинными ногтями впились в простыню и стали царапать ткань, грозя разорвать ее. Ирка громко застонала, потом ее стон перешел в высокий отчаянный крик — она завизжала так истошно, что Шрам даже испугался — не поранил ли он ей там чего. Ирка рухнула всем телом на простыню и забилась в конвульсиях мощного оргазма.

Шрам быстро перевернул Ирку на спину. Она лежала неподвижно, закинув руки за голову, и на ее губах блуждала довольная улыбка. Он встал над ней, как собака, отставив зад, и, помогая себе рукой, направил член по нужному маршруту. Проникнув в раскаленное жерло, упругий толстый шомпол несколько раз проехался взад-вперед, и Сашку захлестнула бурная волна запоздалого оргазма. Причем в самый последний момент он слишком сильно дернулся назад — член выскользнул из влагалища, фонтан спермы ударил в воздух, и горячая липкая клякса растеклась по Иркиной ляжке. Она расхохоталась.

— Здорово, Сашенька! Ох, как здорово!

— Это точно. И вот теперь самое время сказать: добрый вечер! — осклабился Шрам, одним прыжком спрыгнув с кровати на пол.

— Ты уже уходишь?

— Да нет, я только пришел. — И вдруг он снова вспомнил про Моню и про то, что так ему и не дозвонился. — Погоди, сейчас один звоночек сделаю — и вернусь.

Он подошел к аппарату на столе у окна и набрал номер.

— Моня не звонил? — спросил он без приветствия. — Что??? — Шрам перешел на крик, так что Ирка даже подскочила в кровати. — Это точно? Ну, е…ный в рот, я этих мудаков раком поставлю! Появится Моня — скажи, чтоб брал ноги в руки и рвал в «Прибалтийскую». Я буду там допоздна. И еще скажи этому мудохвосту, чтобы писал завещание, урод!

Он глухо матерился сквозь зубы, натягивая штаны и рубашку.

— Денег оставишь? — капризно спросила Ирка как ни в чем не бывало, лежа обнаженная на кровати. Шрам свирепо посмотрел на нее и зло ответил:

— А не захлебнешься, милая? Вчера косарик дал, позавчера — два. У тебя расходы, блин, как у принцессы Дианы.

— Принцесса Диана погибла, а я живая еще! — капризно скривив губки, возразила Ирка. — Хочу новую куртку кожаную купить. В «Гостином» вчера Ольга видала — немецкие. Фирма «Кайзер». Клевейшие!

Шрам уже застегнул брюки. Нравилась ему эта девица, не мог Сашка отказать ей в тысченке-другой вонючих долларов. Он нашарил в заднем кармане пухлый бумажник и вынул пачку зеленых сотен. Отсчитал десять, положил на стол и криво улыбнулся Ирке.

— Вот тебе папа Франклин в десяти лицах. Но больше не проси — хватит тебе.

— Спасибо, Папик! — отозвалась Ирка и завернулась в одеяло. — Дуй к своим бритоголовым. Я, пожалуй, еще немножко посплю.

Шрам пулей вылетел из квартиры и, не дождавшись лифта, побежал вниз по лестнице. Вот сучка, думал он об Ирке, просто маленькая пиявка какая-то! Ну-да ладно, Ирка хоть девка и жадная, но надежная. Не из болтливых, неглупая. Надо ее при себе держать. И на сходняк с собой прихватить не мешало бы. В случае чего ее можно нужному человечку в койку сунуть — живой взяткой! Полный кайф, особенно накануне решающего голосования. А там, глядишь, нужный человек и сам проголосует как требуется и еще десяток голосов притянет за собой…

Шрам выскочил на улицу. Если он правильно понял Калистратова, то пресс-служба МВД уже дала в прессу утечку информации о гибели Варяга — и завтра-послезавтра в газетах появятся сенсационные статьи…

И тут Шрам вспомнил о Варяговой семье — о Светлане и мальчишке, которые вот уже полгода как сидели под замком у него на даче. С ними-то что делать? Калистратов ничего не сказал, хотя ведь помнит, собака, что по его указке их из Калифорнии вывозили, ховали. Раньше нужны были. Куда же их теперь? В расход? Ведь после гибели Варяга всякая нужда в них отпала. Надо было их раньше шлепнуть, когда эта сучка побег устроила. Одной проблемой было бы меньше.