Жаркая ночь - Шеннон Маккена

Эбби засмеялась, но как-то неуверенно.

– Сейчас ты скажешь, что в этом вся Эбби Мейтленд.

– Не думаю. По-моему, это не имеет к Эбби Мейтленд никакого отношения.

– Ты еще не знаешь главного обо мне, Зан.

– Нет, знаю. Двух твоих «воздыхателей» я уже видел.

Эбби почувствовала себя уязвленной.

– Эти двое не были моими парнями; просто мне не везет в последнее время.

– Теперь твое невезение закончилось. – Голос Зана показался ей мягким, как бархат. – Я многое знаю о тебе. Например, как пробраться к тебе в квартиру. Как умаслить твою кошку, знаю, где укреплены магниты на твоем холодильнике и что ты видишь из окна. Знаю запах твоих духов. Даже с завязанными глазами в темной комнате я отыщу тебя. – Он погрузил пальцы в ее распущенные волосы, а указательный палец поглаживал ей шею сзади. – Видишь, я быстро учусь. Через десять минут я буду о тебе знать еще больше.

– О! – Она задержала дыхание. Его рука скользнула по волосам вниз и улеглась ей на плечо. Тепло его прикосновения, даже через кожаную куртку отозвалось легкой дрожью в груди.

– И еще. У тебя есть по крайней мере два дорогих платья, которые заставляют парней разевать рот. Могу поспорить, что таких платьев даже больше, чем два. У тебя целый гардероб, полный таких горячих штучек, ведь так? – Зан взял ее снизу за подбородок и приподнял так, чтобы Эбби могла не отрываясь смотреть в его бездонные глаза.

Ее сердце забилось, как пойманная птица.

– Да, у меня вполне приличный гардероб, а что?

– Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь продемонстрировать всё для меня в интимной обстановке своей спальни?

– Эй, Зан…

– Скажи это раз: мне нравится, как ты произносишь мое имя, и вообще мне нравится твой голос. А еще я могу сказать, что ты любишь причудливое и дорогое белье. Я прав? Скажи «да».

У Эбби перехватило дыхание.

– Стоп, берем тайм-аут. Давай пока не будем этого трогать.

– Мы уже тронули. – Тепло его дыхания легко касалось ее горла. – Понимаешь, слесари всегда маньяки, если речь идет о нюансах. Посмотрим, к примеру, на твою ладонь. – Зан приподнял ее руку. – Вот линия судьбы…

Это было глупо и неразумно, но Эбби отчего-то застеснялась. Если гадание по ладони не жульничество, то все ее прошлое, ее будущее, страхи, ошибки, желания было по силам расшифровать умному, тонко чувствующему человеку.

Зан, немедленно отпусти мою руку.

– Не сейчас. Вот, взгляни сюда.

– И что?

Зан с шутливой серьезностью покачал головой, потом прижался губами к костяшкам ее пальцев.

– Еще не время сказать, что я увидел. Не хочу тебя пугать.

– О, пожалуйста, – нетерпеливо проговорила Эбби. – Раз уж начал…

– Почему ты так напугана? Я вовсе не желаю тебе ничего плохого. Просто сосредоточься, и все. – Он прижался губами к ее пальцам.

– Какое отношение ко всему этому имеет сосредоточенность?

– Все имеет отношение ко всему. Именно так я хочу относиться к тебе, Эбби: сосредоточенно, напряженно, жалея каждую минуту. Час за часом, минута за минутой, пока я не вскрою все коды и не подберу ключи ко всем твоим секретам. Пока я не погружусь в тебя… – Его губы двинулись вверх к запястью. – Пока мы не станем одним существом.

На этот раз Эбби не сопротивлялась, когда он заключил ее в свои сильные объятия и теплые губы стали упрашивать ее открыться навстречу ласковому изучающему движению его языка.

– Поднимемся ко мне, – прошептал Зан. – Пожалуйста.

Эбби кивнула, и Зан, обняв ее за шею, крепко прижал к себе.

Неожиданно Эбби почувствовала уверенность в себе: никакой неловкости, никакого замешательства, только дружелюбие и ласковость. Просто великолепно!

Теперь она не могла, да и не хотела, сопротивляться его мягкости, его остроумию, его огромному, великолепному, гибкому телу. Ей не терпелось стащить с него рубашку и не отрываясь смотреть на эту гору мускулов.

Руки Эбби задрожали, когда она представила, как касается теплой кожи Зана, погружает пальцы в прохладу его волос, проводит рукой по шершавой щетине на подбородке.

Занятая своими мыслями, она не обратила внимания на шум, доносившийся из-за здания, однако Зан выпрямился и замер. Такой шум не предвещал ничего хорошего.

Вскоре из-за здания послышались звуки ударов, стоны и крики, затем раздался душераздирающий вопль, который тут же оборвался.

– Подожди здесь, – приказал Зан, – а я пойду взгляну, что там, черт возьми, происходит.

Эбби схватила его за руку:

– Я с тобой.

Как только Зан повернул за угол, Эбби осторожно выглянула из-за его плеча.

То, что она увидела, напоминало ночной кошмар: группа парней взяла в кольцо двух дерущихся: зрители выли, свистели и подзуживали бойцов, а те нападали друг на друга, размахивая разбитыми бутылками. Оба уже были в крови, и когда один из них ушел в сторону, увлекая за собой другого, тот поддался на уловку, и мгновенно первый боец сделал выпад и полоснул соперника по горлу.

Кровь хлынула ручьем, Эбби взвизгнула.

Зан со свистом втянул воздух.

– Черт, да это же Джейми!

Кинувшись в свалку, он пробился через толпу зрителей и наклонился над дерущимися, продолжавшими мутузить друг друга, лежа на земле.

Пятеро зрителей тут же кинулись на Зана, и Эбби, отступив назад, прижала руки ко рту, чтобы заглушить крик ужаса. Ей очень захотелось нырнуть в драку, как какому-нибудь чико из вестерна, и несколькими ударами спасти Зана, но клубок мужских тел вызывал у нее тошноту, и она совсем не чувствовала себя кем-то вроде ниндзя из телевизора. Лучшее, что она могла теперь сделать для Зана, как можно скорее вызвать полицию.

Скинув туфли, Эбби кинулась назад по дорожке, пытаясь на ходу нащупать мобильник.