Поиграли, и хватит - Марина Серова

Увидеть Рэя Лионовски на вахте второго общежития Тарасовского технического университета было приятной неожиданностью. Мы не договаривались, что он будет меня встречать.

Рэй болтал с каким-то долговязым лохматым субъектом в уморительном полосатом балахоне без рукавов, напяленном прямо на голое тело. Увидев меня, он бросил субъекту что-то отрывистое, похожее на команду, и тот мгновенно испарился.

— Я не сразу узнал вас в этой одежде, Танечка. Но вы все так же прекрасны!

Мистер Лионовски улыбался так, будто хотел закончить: «…а без одежды должны быть еще лучше». Но мне показалось, что под его улыбкой прячется озабоченность. Сам Рэй в отличие от меня оставался в том же наряде, в каком я видела его утром.

— Таня, вы, кажется, говорили, что сначала хотели бы побеседовать с Нари и Роджером? — спросил он, когда мы немного продвинулись по коридору.

— Да, а что?

— Да нет, все в порядке. Они у себя — если вы помните, комната пятьдесят один, второй этаж. И остальные пятеро, которые в этом районе, должны быть на своих местах. Кстати, парень, с которым я сейчас говорил, — это тоже наш, Бану из сто седьмой.

Мы еще раз сверили позиции. Меня интересовало главным образом одно: удастся ли сохранить в тайне от вездесущих «органов» мою заинтересованность в деле Вингер — Ренуа — хотя бы до поры до времени. Рэй заверил меня, что провел со своими земляками разъяснительную работу и что никто из них не станет «трепаться». Последнее словцо с его акцентом вышло так мило, что я ухмыльнулась.

Хорошо бы… Впрочем, особой надежды на инкогнито у меня не было: я не так наивна. Ладно уж: бог не выдаст — ФСБ не съест! Я же не собираюсь изменять Родине. В худшем случае заработаю несколько оплеух, вот и все дела.

— К сожалению, — мой клиент улыбнулся извиняющейся улыбкой, — я не смогу вас сопровождать, Танечка: в пять часов ректорат собирает здесь руководителей национальных землячеств, я должен присутствовать. Так что, если я вам понадоблюсь…

Так вот почему он здесь… А я-то думала, меня дожидался!

— …А затем хочу просидеть весь вечер за книжками и расчетами. Я же вам сказал, завтра у меня встреча с профессором Стрельцовым, моим научным шефом. Хоть умри, надо сдать главу.

Нет, мистер Рэй: хороший ты мужик, но — не орел. Черт бы побрал тебя вместе с твоим профессором Стрельцовым!

— Вы пишете диссертацию, Рэй?

— Ну конечно, Таня. Плох тот аспирант, который не мечтает стать доктором!

— И на какую тему, если не секрет?

— Да нет, не секрет, но я не хочу утомлять вас, Танечка. Это слишком длинно и слишком… специфично. Скажем так: новейшие космические технологии. Вы удовлетворены?

— Вполне. Я преклоняюсь перед вами, Рэй. Но не думала, что ваша страна собирается выходить в космос.

— Как знать! Республика быстро развивается, Танечка. Возможно, лет через десять-пятнадцать…

— Ну-ну, желаю успеха, господин клиент. Думаю, сегодня ваша помощь мне больше не понадобится.

Он удержал меня за руку:

— А завтрашний вечер, Танечка… я очень надеюсь, вы не откажетесь провести его со мной.

Лицо Рэя Лионовски оказалось совсем близко. Оно было все таким же надменно-непроницаемым, но изумрудные глаза блестели очень откровенно.

— Посмотрим, Рэй. Дело очень сложное… Не будем загадывать.

— Очень надеюсь… — Он все еще сжимал мою руку. — Да, Таня, еще… Возникла одна проблема, я не сказал вам сразу. Это касается подруги Нари, Светы.

— А что с ней?

— Не знаю, но ребята не смогли пригласить ее сюда. Кажется, у нее дома что-то случилось. Ее мать не стала разговаривать ни с Нари, ни даже с Наташей. Она была очень расстроена. Крикнула: «Это все из-за вас! И чтобы не звонили больше». В общем, бросила трубку, и мы теперь не знаем, что думать.

Зато я, кажется, знала — что.

— Нари совсем раскис, Таня. Хотел ехать к ней, но мы с Роджером его удержали. Не хватало еще, чтобы его там спустили с лестницы, мальчишку… Я и не знал, что он так серьезно увлекся этой девушкой.

— Хорошо, Рэй, я разберусь с этим. До завтра.

Если мой клиент и прикинулся, что ему будет тяжело пережить столь долгую разлуку со мной, то сделал он это очень убедительно.

Дверь под номером пятьдесят один на втором этаже располагалась практически напротив лестницы, так что я нашла ее без труда. А за этой дверью — двух уже знакомых мне вчерашних попутчиков, которых я окрестила Красавчиком и Рабом. Оба они находились в полной готовности давать мне показания. Я имею в виду, что эта парочка жила в комнате без соседей, так что мешать нам было некому.