Эстафета с пистолетом - Алексей Макеев

— Это почему же? — заинтересовался тот.

— Ну как же! Вот вы занялись проверкой… — Фоменко выразительно посмотрел на полковника. — Совершенно правильное дело! Но когда вы ее начали? Уже после того, как Рожков сбежал, после! А после драки чего кулаками махать? А вот если бы вы заранее эту проверку провели, то сразу бы стало ясно, кому можно доверять, а кому нет.

— По вашим словам, вам доверять можно? — Лев сделал акцент на слове «вам».

— А вы на слово не верьте! Вы факты проверяйте. Дела, документы. За человека лучше всего говорят его дела! А у меня есть на что посмотреть! — Фоменко приосанился в кресле, выпрямился и заговорил дальше: — На моем счету несколько значимых для города объектов! Начав десять лет назад со строительства всего лишь теннисной площадки, я дошел до уровня стадиона! За это время мною построено две спортивные школы, спортивный городок в парке, здание фитнес-центра…

Наконец тщеславный строитель выдохся и умолк, а Гуров, воспользовавшись паузой, полюбопытствовал:

— А вы именно на спортивных объектах специализируетесь?

— Да как-то так повелось, — кивнул Фоменко. — Я и сам спорт люблю. Считаю, что его нужно развивать. Тем более что у нашей страны такие резервы! А результаты порой печальные! Вот чемпионат мира по футболу на носу. А мы какое место держим? Я недавно рейтинг смотрел, так вот нас, Россию, на двадцать пятое место ставят! Обидно! А все почему? Потому что правительству денег жалко на развитие спорта!

— Ну, с этим я позволю себе не согласиться. Средств, по-моему, выделяется более чем достаточно. Но не будем уклоняться от темы.

— Так мы вроде уже обо всем поговорили? — удивленно посмотрел на него Фоменко. — Я вам, во всяком случае, рассказал все, что знал. Если вам нужно проверить мои бухгалтерские документы — проверяйте! Мне скрывать нечего! Еще раз говорю — за меня говорят мои дела! На что бы, интересно знать, я строил все эти объекты, если бы присваивал деньги, а?

— Звучит убедительно, — согласился Лев. — Но меня сейчас интересует несколько другое, Владимир Григорьевич. Я ведь не экономист и не специалист по экономическим преступлениям. Я — оперативник по особо важным делам. И расследую в основном убийства.

Лицо Фоменко снова стало вытягиваться.

— И когда я говорил о том, что беда всегда соседствует с большими деньгами, я имел в виду не Рожкова, а майора Мажарова. Знакома вам эта фамилия?

— Да, — угрюмо кивнул Фоменко. — Про это мы тоже слышали. Говорят, Рожков его заказал… Правда, я в это не верю! — категорически заявил он.

— А вы знали Рожкова лично?

— Ну, не настолько, чтобы считаться его другом, но знал, конечно. Нам неоднократно приходилось по делу пересекаться, мы же в одной сфере работаем.

— И что вы можете о нем сказать?

— Как строитель он был вполне на высоте. Правда, на мой взгляд, ему не хватало размаха. Он словно боялся сделать что-то помасштабнее, поярче. Теперь-то я понимаю, что это из-за боязни не уложиться в бюджет! Если столько класть в карман, то на строительство доверенных объектов, конечно, хватать не будет!

— А вы знаете, сколько денег исчезло со счета Рожкова? — приподнял бровь Гуров.

— Ну, это, я думаю, известно только самому Рожкову, — снисходительно ответил Фоменко. — Но думаю, что немало. К тому же… — он замялся.

— Что, Владимир Григорьевич? Вы говорите, не бойтесь, у нас же с вами неофициальная беседа. Так сказать, без протокола, — подбодрил его Лев.

— Я имею в виду, что достаточно посмотреть на то, как он жил, чтобы сделать вывод, что денежки из его бюджета не туда текли! Один загородный коттедж чего стоит!

— Ну, вам-то, Владимир Григорьевич, тоже грех прибедняться, а? На хлеб-то не только с маслом, но и с колбасой хватает, верно? — сыронизировал Гуров.

— Хватает, хватает! — закивал Фоменко. — Я прибедняться не люблю и не стану! Больше того, мне не просто с колбасой — с икрой хватает! Но! — Он громко пристукнул пальцем по столу. — Я каждый свой полученный рубль на двести процентов отрабатываю! Вот вы видели те объекты, что я построил?

— Увы, пока не довелось.

— Зря! Вы бы сразу поняли, что такое размах!

— Да я уже примерно успел оценить по вашему зданию, — кивнул Гуров.

— Что вы! — снисходительно произнес Фоменко. — Разве его можно сравнить со стадионом или Дворцом спорта, что я строил? Это так, скромный домик. Офис.

— То есть для себя вы скромничаете, Владимир Григорьевич, — едва сдержал улыбку Лев. — Можно сказать, аскет.

— Напрасно иронизируете, — обиделся Фоменко. — Я не то имел в виду.

— Давайте вернемся к Рожкову. Значит, руку он в казну запускал, но Мажарова не убивал? Так вы считаете?

— Именно! И то, первое мое утверждение, как вы сами сказали, без протокола. Официально я ничего подобного повторять не стану, потому что фактов у меня нет. Вот вы лицо официальное, вы и проверяйте. Наверняка какие-нибудь дыры найдете. Только поздно уже, Рожкова-то вам все равно не найти.

— Почему вы в этом так уверены? — нахмурился Гуров.

Фоменко снова бросил на него снисходительный взгляд.

— Разве такие деньги воруют для того, чтобы тебя поймали? Уж наверняка он позаботился о том, чтобы исчезнуть навсегда! Вот два года назад Россошанский сбежал — где он теперь? Никто не знает! Так же и с Рожковым будет, помяните мое слово!

— Ну, время покажет, — неопределенно проговорил Лев.

— Так что, Лев Иванович, у вас все? — Фоменко выразительно взглянул на часы. — А то ко мне клиент должен приехать.

— Много у вас заказов?

— Не жалуюсь.

— Еще одну минуточку, — попросил Гуров. — А что вы можете сказать о Гришечкине?

— Слюнтяй и ничтожество! — заявил Фоменко с насмешкой и, поймав удивленный взгляд Гурова, уверенно добавил: — Да-да, а вы что думаете? Если у Рожкова были хотя бы какие-то способности к строительству, то у Гришечкина они напрочь отсутствуют!

— И тем не менее вы включили его в число главных фигур среди подрядчиков Приморского, — осторожно напомнил Гуров, немного озадаченный такой реакцией Фоменко.

— Так это все благодаря взяткам! — отрезал Фоменко. — Гришечкин сует всем подряд, вот и получает заказы! И деньги…

— Но если совать всем — никаких денег не хватит, — заметил Лев.

— А ему вечно и не хватает! И посмотрите, что он строит? Убожество сплошное! Тьфу!

Гуров уже усвоил, что лучше Фоменко в Приморском не строит никто. И все же он обратил внимание, что если характеристика, данная Фоменко Рожкову, была скорее нейтральной, то к Гришечкину он испытывал явную неприязнь. Однако полковник не счел правильным сейчас допытываться у Фоменко о причинах этого. Он решил поискать ответ на этот вопрос в другом месте. Но Фоменко, распалившись, сам продолжал говорить, при этом уровень эмоций у него возрастал: