Только за наличные - Джеймс Хедли Чейз

Лейтенант бесшумно подошел к кровати.

– Чего вы беспокоитесь? Вы же знаете, пребывание в такой палате стоит больших денег.

– В чем дело?

Он придвинул стул и осторожно присел.

– Думаю, врачу не хочется, чтобы другие пациенты видели, как я прихожу сюда, – сказал он. – Но это лишь моя догадка. Врач прекрасный человек. Может быть, он решил, что вам будет неприятно перед другими пациентами, что вас навещает коп.

Я некоторое время смотрел на него, затем глубоко вздохнул и вытер пот со лба.

– Подобная мысль мне не пришла в голову. Я подумал, врач решил, что у меня поехала крыша, вот он и упрятал меня сюда.

Он вытащил пачку сигарет.

– Будешь курить, парень?.. И брось подобные мысли. – Он дал мне прикурить, затем закурил сам. – Держу пари, медсестра поднимет страшный шум, когда застанет нас здесь за таким занятием. Но таковы уж обязанности медсестер.

Я улыбнулся. Мое настроение несколько приподнялось.

– Я думал, вы придете раньше, и уже начал беспокоиться.

– Было много дел, – некоторое время он изучал тлеющий кончик сигареты, потом взглянул на меня в упор. – Мне надо сказать вам кое-что важное. Сможете выдержать небольшое потрясение?

Я сделал несколько быстрых затяжек, но сердце тревожно забилось.

– Думаю, да. И что именно вы хотите сказать мне?

– Машина, в которой вас нашли, была все-таки «Бьюиком», а не «Бентли». Черного цвета с красной обивкой, гидравлическими тормозами и противотуманными фарами. Вы сидели за рулем. Переднее сиденье пассажира пришлось убрать, чтобы мы смогли вытащить женщину. Третьего человека в машине не было. Я сам выезжал на место аварии и видел «Бьюик». Я также разговаривал с копом, который вас обнаружил.

Я лежал неподвижно, глядя на него. Я хотел сказать ему, что все это сплошная ложь, но не мог подобрать нужных слов. Я чувствовал, как кровь приливает к моему лицу. Сигарета выскользнула из пальцев и упала на пол.

Он наклонился и поднял ее.

– Полегче, парень, – сказал он. – Я же предупреждал, что тебя ожидает небольшое потрясение. Не нужно волноваться.

– Вы лжете, – дрожащим голосом сказал я, понимая, что Рискин говорит правду.

– Возьми сигарету и успокойся, – сказал он. – Подумаем над этим вместе и, может быть, придем к какому-то выводу.

Я взял сигарету, чувствуя себя больным. Внезапно мне захотелось вскочить и броситься вон из палаты, но на это не было сил. Я понимал, что он не врет, и в то же время не мог поверить в то, что его слова правда.

– Вы сказали мне, что тот автомобиль столкнулся с вами ночью 29 июля, – начал он. – Авария, о которой говорю я, произошла ночью 6 сентября. Я читал рапорт полицейского. Видел запись в приемной книге госпиталя. Что вы можете сказать по этому поводу?

– Ничего. Но я знаю, что авария со мной произошла сразу после моего поединка с Майами Кидом, а это было 29 июля. Поверьте, это правда.

– Вы думаете, что это правда. Я уверен в этом, но не понимаю, как такое могло случиться. Не беспокойтесь. Без сомнения, мы найдем ключ к этому делу. Я разговаривал с доком. Он сказал, что в результате тяжелейшей черепно-мозговой травмы вы полностью потеряли память. Память восстановится через несколько недель. Пока что вы находитесь в плену ложных представлений и навязчивых идей. Не беспокойтесь, со временем это пройдет. Так же считает и врач, а он специалист и знает, о чем говорит. А теперь постарайтесь осознать то, что я вам сейчас скажу. Это очень важно. Попробуем?

Я облизал пересохшие губы.

– Ну что же, попробуем.

– 29 июля недалеко от Пелотты действительно произошла автомобильная катастрофа. Столкнулись две машины, которые ехали навстречу друг другу на огромной скорости. Обе оказались в кювете. Одна из них была черным «Бентли». Он полностью сгорел. За рулем этой машины сидел парень по имени Джонни Фаррар. Боксер. Он погиб.

Ну это уже было слишком!

– Да вы с ума сошли! – воскликнул я. – Я – Фаррар! Я и есть Джонни Фаррар! Что происходит? Вы что, считаете меня идиотом?

Он погладил меня по руке.

– Успокойся, парень. Я же уже говорил, подумаем над этой проблемой вместе. Дай мне сказать, к чему я клоню.

Я откинулся на подушки, весь мокрый от страха.

– Этот случай был подробно изложен в местных газетах, – начал он. – Во всех деталях. Один из этих рапортов я могу вам показать. Для меня совершенно ясно, что вы читали об этом. Случай врезался вам в память. Пять недель спустя вы сами угодили в подобную катастрофу, получив при этом сотрясение мозга. В бессознательном состоянии вы отождествили себя с Фарраром. Придя в себя, вы решили, что вы и есть Фаррар. Вы убедили себя, что попали в катастрофу 29 июля. Понимаете? Через пару недель туман в вашем мозгу рассеется, и вы вспомните, кто вы есть на самом деле. Врач считает, что вы должны сохранять спокойствие и побольше спать. Ваша память уже вернулась бы к вам, если бы вы так не тревожились. Фаррара вы должны выбросить из головы. Вы не можете быть Фарраром и не имеете никакого отношения к катастрофе, происшедшей 29 июля. Вы не боксер и никогда не выступали против Майами Кида. Если вы осознаете это, то будете почти здоровым.

– Неужели вы действительно верите, что я поверю этим сказкам? – проговорил я сквозь зубы. – Я – Фаррар! Я боксировал против Кида! У меня есть друзья, которые могут это подтвердить. В Пелотте имеется парень, который хорошо знает меня. Пригласите его сюда, и он тут же опознает меня. Его зовут Том Рош. Он владелец кафе в Пелотте.

– Совершенно верно, – невозмутимо сказал Рискин. – Это имя мне известно. Он и его жена Элис, да еще парень по имени Солли Брант опознали труп. Вы тоже прочитали об этом в газетах и вообразили, что они ваши друзья.

Я сжал его руку.

– Чей труп?

– Фаррара, само собой. Взгляните на эту статью. Вы найдете здесь все, что только что рассказали мне.

Он вытащил из кармана газету и протянул мне. Практически слово в слово там было напечатано то, что он рассказал мне, хотя я заметил и кое-какие неточности. В статье утверждалось, что я угнал «Бентли», но владелец машины до сих пор не найден. Я едва не задохнулся от ужаса.

Я уронил газету на пол, чувствуя себя полностью деморализованным.

– Я навел справки о «Бентли», – продолжал между тем Рискин. – У него был фальшивый номер. А вот в отношении «Бьюика» все ясно.

– Ну и? Кому он принадлежит? – дрожащим голосом спросил я.

– Тебе, парень. Твое имя Джон Рикка и твой адрес 3945, апартаменты 4, Франклин-бульвар, Линкольн-Бич.

– Вы лжете!

– Не волнуйтесь. Я же уже сказал, что через пару недель вы придете в себя и все вспомните. Вас уже опознали.

Ну это уже слишком!