Delete - Анна Данилова

– Есть… – Арина с горящими глазами рассматривала разложенные на диване вещи. – Рита, у меня просто нет слов…

– А это кофта. Белая, с черным и красным орнаментом. Это ничего, что она такая длинная, и рукава, видишь, тоже длинные. Ее носят так… Закатывают небрежно рукава… Вот увидишь, ты, когда наденешь ее, почувствуешь себя очень комфортно, легко… И все мужчины свернут себе шею, когда ты будешь проходить мимо… Посмотри, какой здесь вырез… Что касается белья, то тебе просто необходимо купить определенной формы бюстгальтеры. Но с этим я тебе помогу. Здесь есть кое-какие секреты… Арина, ты не сердишься на меня за то, что я ворвалась в твою жизнь и вскружила тебе голову своим желанием преобразить тебя? Да, еще шали. Я покажу тебе, как они носятся… Шали – это броня женщины… Уф, я что-то устала. Рано встала, проводила Марка, приготовила кое-что уже на ужин, собрала вещи и примчалась к тебе… Арина, мне нужна твоя помощь…

И она рассказала ей о своем желании проверить свой сон и взглянуть на портрет Кати Масленниковой.

– Ты это серьезно? Думаешь, что портрет способен измениться?

– Мама тоже покрутила пальцем у виска, мол, все это глупость, но что преступного в том, что я просто-напросто взгляну на портрет, и все? Хотя бы успокоюсь.

– Рита, да не вопрос! Конечно, я тебе помогу. И с интервью ты хорошо придумала. Хотя, этот мужчина может подумать, что ты устраиваешь нам знакомство… Ты же сказала, что он – вдовец… Постой, а ты не придумала этот сон, чтобы на самом деле познакомить нас?

Рита закрыла глаза. Она и сама уже запуталась в своих желаниях. Ей и познакомить их хотелось, и на портрет взглянуть…

– Арина. Сон мне на самом деле приснился. И Леня появился на моей свадьбе неожиданно. Это факты. Но есть и еще один факт. Только не знаю, как тебе объяснить… Пойми, ты – моя подруга, поэтому не хочу тебя обманывать. Да, действительно, если мы притащимся к нему домой и скажем, что ты хочешь взять у него интервью, у него, у обычного предпринимателя, аптекаря, скажем, а не у министра, это может быть воспринято с удивлением. И тогда он, Масленников, может подумать, что я собираюсь познакомить свою незамужнюю подружку с ним, вдовцом-холостяком… Так?

– Так.

– Ведь ему и в голову не придет, что я пришла, чтобы взглянуть на портрет. И все бы именно так и выглядело, если бы не одно обстоятельство.

Арина смотрела на Риту, не скрывая своего разочарования. Меньше всего ей хотелось, чтобы о ней подумали, что она страдает от одиночества и мечтает с кем-нибудь познакомиться.

– Леня сам подошел ко мне на свадьбе и, показывая на тебя, танцевавшую с Локотковым, попросил меня, чтобы я вас познакомила. Но я отказалась. Сказала, что ты не такая и что, если я вас познакомлю на свадьбе, это не будет иметь никакого продолжения, уже хотя бы потому, что это я вас представила друг другу…

– Рита, как же все сложно!

– Понимаешь, ты понравилась ему. И я сама предложила ему вариант с интервью. Сказала первое, что пришло в голову.

– И что же теперь делать?

– Ты-то сама помнишь его? Такой красивый господин в темном костюме, в золотом галстуке…

– Как это, в золотом?

– Такая ткань, словно золото. Очень красивый галстук. И мужчина тоже потрясающий. Ну так что? Мы пойдем?

– Конечно. Хотя мужчину никакого я не помню. Но ради тебя, ради портрета… Ты на самом деле меня не обманываешь?

– Нет. Но предупреждаю сразу: если вдруг окажется, что портрет изменился, что Катя там в черном платье и лицо у нее не детское, а взрослое, наверное, я сойду с ума…

– Я с тобой, – Арина улыбнулась. – Не бойся. Когда пойдем?

– Я ему позвоню, и мы все решим… Он иногда дома работает, ему вовсе не обязательно находиться в офисе. К тому же он сейчас может быть в морге, на опознании… Ведь погибли наши друзья – Валентин и Аркадий Нежные.

– Хочется тебя, конечно, распотрошить, узнать, что это за убийства, ты же понимаешь, это моя тема…

– Не могу, Ариночка. Я Марку слово дала ничего тебе не рассказывать. Он утром про тебя спрашивал…

– Понимаю.

– И про визит к Масленникову ты тоже должна молчать. Марк приревновал меня к Лене.

– Хорошо, что предупредила.

– Ну, так я звоню?

– Звони.