101 способ попасть в рай - Дарья Калинина

– Будем звонить Катерине, – решила Мариша, как только выяснилось, что Галкин телефон и в самом деле выключен. – Надеюсь, она не будет особо возмущаться, что мы ей звоним по поводу ее чемодана среди ночи.

Но Катерина оказалась девушкой веселой. И спать еще даже не ложилась. Правда, доходило до нее с трудом и очень медленно.

– Какой чемодан? – то ли в пятый, то ли в шестой раз переспросила она у подруг. – Откуда у вас мой номер телефона? Вы, вообще, кто такие?

– Синий чемодан на колесиках, с жесткой ручкой, – перечисляла Мариша. – Производства Германии. На нем бирка. На бирке ваше имя и телефон.

– Господи, да я же его Верке отдала! – неожиданно очнулась невидимая подругам Катерина. – Его что, у нее сперли? А вы-то кто такие? Откуда у вас мой чемодан?

– Он был у Володи, – терпеливо пояснила Мариша, ожидая, что Катерина начнет так же докучливо интересоваться, кто такой Володя и при чем тут ее чемодан.

Но неожиданно Катерина воскликнула:

– Так он у Верки перед уходом еще и мой чемодан спер! Вот ведь гад! Хороший какой чемодан-то был! Жалко!

Настал черед подруг недоумевать. А Катерина тем временем разошлась вовсю. Смекнув, что след ее чемодана каким-то образом стал известен подругам, она затараторила:

– Девочки, миленькие, а вы не могли бы мне этот чемодан вернуть? Дорогой он больно. Почти двести евро за него в Бундесе отдала. И то на распродаже. Жалко, если пропадет! А вы не сомневайтесь, Володька его точно спер. Когда Верка ему из дома убираться приказала, так она ему заранее все его шмотки по чемоданам распихала и чемоданы перед дверью выставила. А замок в двери сменила. Так что он покрутился, покрутился и ушел. С моим чемоданом, выходит, ушел!

– А кто такая Верка?

– Так жена Володьки! – объяснила Катерина. – Не знаю, что уж у них там произошло, Верка мне звонила, но так ревела, что и слова понять было нельзя. А потом таблеток, дура, наглоталась и в больницу уехала.

– Она жива?

– Конечно, – фыркнула Катерина. – И ведь надо же, перед больницей еще и мой чемодан своему Володьке отдала! Впрочем, тут ее понять можно. Когда сердце заходится, до чемодана ли тут человеку. Но Володька тоже хорош гусь! Взял мой чемоданчик и ни гу-гу.

– Мы вам – адрес, по которому можно добыть этот чемодан, а вы нам – адрес больницы, – сказала Мариша.

– Какой больницы? – удивилась Катерина.

– В которой лежит ваша подруга Вера – жена Володьки.

– Так она уже давно домой выписалась, – фыркнула Катерина. – Думаете, Верка такая дура, чтобы себя насмерть травить? Ничего подобного. Наглоталась аспирина, потом сама же «Скорую» вызвала. Ей в больнице промывание сделали и через день домой отпустили.

– Сама «Скорую» вызвала? – удивилась Мариша.

– Ну а кто же? Верка, после того как Володьку прогнала, одна живет, уже неделю, – сказала Катерина. – И не хочет колоться, зараза, почему его из дома выставила! Ну, по-дружески это? А если бы вообще насмерть отравилась, как бы я потом жила, так и не узнав, из-за чего ссора-то у них разгорелась? Хорошо хоть, у Верки ума хватило врачей себе вызвать.

– Но зачем ей все-таки сначала травиться, а потом самой же себе врачей вызывать?

– Откуда я знаю! – воскликнула Катерина. – Испугалась, наверное. В конце концов, если вам так это интересно знать, у нее самой и спросите. Так диктовать вам Веркин телефон?

– Да, – сказала Мариша. – И адрес тоже! На всякий случай.

После этого она сообщила уже Катерине, где та сможет найти свой чемодан, а именно адрес и телефон Галки.

– Но предупреждаю, что люди, которые смогут помочь вам в возвращении вашего чемодана, будут дома только утром, – добавила Мариша.

– Ничего, подожду до утра, – вздохнула Катерина. – Авось не убежит мой чемодан.

В противоположность своей подруге Катерине жена Володи явно предпочитала ночью спать, а не развлекаться. Во всяком случае, сейчас у нее был именно такой период. Добравшись до Юлькиной квартиры, подруги позвонили в Москву Вере на ее домашний телефон. И наконец, после шестнадцатого гудка, в трубке раздался умирающий женский голос:

– Аллё!

– Это вы Вера? – тут же набросилась на нее Мариша. – У нас есть сведения о вашем пропавшем муже Владимире.

– Не интересуюсь! – неожиданно бодро отрезала Вера и швырнула трубку.

– Вот стерва! – разозлилась Мариша. – Хоть бы спросила, где он? Что с ним? Кто вообще звонит?

И она снова начала набирать домашний телефон Веры. Та еще не успела заснуть, потому что на этот раз трубку сняла уже после третьего гудка.

– Ну что вы звоните?! – заверещала она живее всех живых. – Оставьте меня в покое! Я ничего не хочу знать про этого подонка!

– Но он!… – хотела сказать Мариша, но в трубке снова раздались короткие гудки.

– Дура! – обиделась Мариша и еще раз набрала номер.

На этот раз она вообще ничего не стала слушать, а сразу же заорала:

– Он умер!

– Кто? – ахнул в трубке пожилой мужской голос. – Господи! Сердце! Валечка, неси валидол! Как это случилось?

– Мы не знаем, – растерялась Мариша. – А вы кто? Где Вера?

– Верочка уехала в Вильнюс, – ответил старик. – Но какое горе! Боже мой! Примите мои соболезнования, дорогая.

– Подождите! – остановила его Мариша. – Когда это Вера успела смотаться в Вильнюс? Я буквально минуту назад с ней разговаривала. Вы что-то путаете!

– Это вы путаете, дорогуша, – мягко сказал старик. – Впрочем, не удивительно, такое горе. У вас в голове, должно быть, все помутилось. Но ничего, все проходит. А Верочка уехала еще три дня назад. Просто не представляю, как она сумеет вернуться к похоронам. Кстати, когда похороны нашего дорого Константина?

Поняв, что она ошиблась номером, Мариша торопливо пробормотала извинения и повесила трубку.

– Дай я номер наберу! – вызвалась Юля. – У тебя уже руки трясутся.

– Затрясутся тут, – вздохнула Мариша, уступая Юльке трубку. – Одна знать ничего про мужа не хочет, а другой сразу же валидол пить начинает, даже толком не выяснив, кто же умер.

Юля тем временем дозвонилась до Верки и крикнула в трубку прежде, чем женщина успела разразиться очередной гневной тирадой: