В стране слепых - Майкл Фрэнсис Флинн

Ей пришло в голову – не стоит ли крикнуть, разбудить кого-нибудь в этих спящих домах, позвать на помощь. Но кричать было нельзя. Селкирк сразу поймет, где она, и догонит ее раньше, чем кто-нибудь успеет проснуться. К тому же скорее всего никто не отзовется. А если и отзовется, то спросонья, не понимая, что происходит, вряд ли будет в состоянии помочь ей справиться с Селкирком.

Она увидела справа открытое место. Парк. Она пересекла улицу и побежала по газону. Трава, обильно покрытая росой, хлестала ее по щиколоткам, ноги сразу вымокли и онемели от холода. Она наступила на камень, громко вскрикнула от внезапной боли, но тут же подавила крик. Однако в ночной тишине он прозвучал отчетливо, и преследователь свернул за ней. Она выругалась про себя и из последних сил побежала дальше, слегка прихрамывая на ушибленную ногу.

Неожиданно она выбежала на автостоянку у памятника Христофору Колумбу. Четырехметровая бронзовая фигура стояла неподвижно, вперив орлиный взор куда-то вдаль. За ней поднималась высокая ребристая колонна башни Койт-Тауэр. Сара поняла, что оказалась на дальнем, глухом краю Телеграфной горы.

Ред остановился у двери квартиры Кеннисона и приложил к ней ухо. Ничего не было слышно. Никаких звуков борьбы. Значит, все кончилось. Но чем?

Кто-то покинул здание, убегая от погони. Об этом свидетельствовал отключенный лифт на первом этаже. «Хоть бы это была Сара, – подумал он. – Хоть бы это Сара успела убежать».

Он сунул руку под пиджак и ничего там не нащупал. «До чего же я устал,

– подумал он. – Пойти на дело без оружия!» Он точно вспомнил, где остался его пистолет, – в запертом и перевязанном веревкой чемодане, который посыльный отнес к нему в номер.

Замок в дверях квартиры Кеннисона был с секретом, но Реду понадобилось всего несколько секунд, чтобы его отпереть. Будь у него ключ, на это ушло бы не меньше времени.

Из-за двери торчали чьи-то ноги. Реда шатнуло, он схватился за дверную ручку, перевел дух и шагнул в комнату, закрыв за собой дверь.

В два прыжка он оказался около тела, опустился на одно колено и вгляделся в лицо лежавшего человека. Это был Кеннисон. Глаза его были устремлены в потолок, весь перед рубашки залит кровью, на ковре под ним растеклась липкая лужа. Как ни странно, Ред не почувствовал никакого облегчения. По дороге сюда он только и думал о том, как отколотит Кеннисона до полусмерти, но увидев это… «Не Сара ли его застрелила? – подумал он. – Она прекрасно обходится без меня».

Он встал с колена, отряхнул брюки и включил динамик подслушивающего устройства.

– Босуорт, что случилось?

– Мы сейчас прокручиваем пленку обратно…

Его перебил Половски.

– Эй, Джимми! Прости, что так получилось. Это я во всем виноват. Я тут был старший и должен был присмотреть, но…

– Ладно, перестань. Скажи мне только, что произошло.

Ред быстро осмотрел комнату. Добравшись до душевой кабинки, он несколько секунд колебался, прежде чем отдернуть занавеску. Ему стало страшно – что он увидит за ней? Но там было пусто. Сары нигде не было. Он на мгновение прикрыл глаза. Слава богу!

– Мы прослушали пленку, – сказал Половски, когда Ред вернулся в гостиную. – Насколько можно понять, в тот момент, когда Сара отбивалась от Кеннисона, явился Селкирк. – Уолт понизил голос. – Боже мой, Джимми, послушал бы ты, что там нес ей Кеннисон! Вот это фрукт! Но у этого Селкирка на Кеннисона какой-то зуб, и пока он расправлялся с нашим приятелем, Сара удрала. Он побежал за ней. Один раз выстрелил – видимо, в коридоре. Звук был какой-то другой.

– В кабине лифта дырка от пули. Крови нет. Наверное, промазал. Она, должно быть, побежала на восток, по Ломбард-стрит. Если бы она бежала в другую сторону, я бы ее видел. Где Чу?

– Он уже ехал домой, но мы связались с ним в машине, сейчас он едет обратно. Будет примерно через полчаса.

– Черт! Я не могу ждать.

– Пусть малец дежурит тут, Джимми. Я сейчас поймаю машину и приеду.

– Хорошо. Но я ждать не буду. Очень может быть, что счет идет на секунды.

Ред кинулся к двери, но протянутая рука Кеннисона схватила его за штанину. Ред вскрикнул от испуга и неожиданности и попробовал вырвать ногу. Потом он наклонился над Кеннисоном и поглядел ему в глаза.

– Джеймс… – раздался хриплый, задыхающийся шепот. – Джеймс, простите меня…

– Вот черт! Этот сукин сын, оказывается, еще жив!

– Кто? – спросил Половски. – Кеннисон?

– А сколько тут, по-твоему, еще сукиных детей? Конечно Кеннисон. Скажи Хелен, пусть поскорее пришлют врачей. – Ред стряхнул руку Кеннисона, сжимавшую его ногу железной хваткой. – Возьми на себя эту точку, Уолт. Вместе с Хелен. Вы знаете, что делать. Нельзя, чтобы здесь что-нибудь обнаружили.

А стоит ли? С того самого момента, когда появилась на свет бомонтовская распечатка, они только и делали, что в панике откачивали воду. Но в стране хватает людей вроде Донга и Ллуэлин. Пытливых и настойчивых. Историков и математиков, неожиданно оказавшихся бок о бок. Стоит ли пытаться скрыть то, что произошло здесь?

Стоит. Потому что, черт возьми, дистанцию надо бежать до конца.

– Я ей ничего не сделал, Джеймс.

Ред взглянул на Кеннисона и подумал – не умирает ли он?

– Я хотел. Я пытался. Но я ничего не сделал.

– Ладно, считайте, что я наградил вас за это медалью.

Ред повернулся, чтобы уйти.

– Нет… – Рука снова потянулась к его ноге, дрогнула на полпути и упала. – Джексонвилл.

Ред думал только об одном – нужно скорее бежать вслед за Сарой и Селкирком. Но тут он замер на месте.

– Что Джексонвилл? – переспросил он, не глядя на Кеннисона.

– И за это тоже меня простите.

– Я вам не священник. Хотите, чтобы вам отпустили грехи, – просите прощения у Алисы. Похоже, вы скоро с ней увидитесь. Хотя вам, вероятно, прямая дорога в другое место.

– Простите.

Ред повернулся и крикнул:

– Черт вас возьми, мы играем по правилам! Я за нее отвечал! Мы договорились, что ее не тронут! Но вы забыли отозвать своего человека. Она положилась на меня, а я из-за вас ее погубил!

В уголках рта у Кеннисона пузырилась пена.

– Вы меня ненавидите. И за дело. Один раз… Один раз я оставил врага умирать, – признался он. – Одного. В темноте.

«Чего он от меня хочет?» Ред повернулся к двери. «Саре я нужен больше, чем ему». Взявшись за дверную ручку, он остановился.

– Помощь едет сюда. Я не настолько вас ненавижу, Дэн.

Голова Кеннисона повернулась к нему.

– Тогда… останьтесь… со мной.

Ред отворил дверь.

– Но и не настолько вас люблю.