Игры ангелов - Нора Робертс

Усердные подсчеты не мешали ей посматривать на дверь, когда там в очередной раз звонил звонок.

Вот она увидела, как в магазин вошел Броуди. На нем была все та же кожаная куртка, те же поношенные сапоги. Да и выглядел он так, будто не брился уже пару дней. И лишь цепкий взгляд свидетельствовал о том, что этот человек ничего не упускал из виду. Осмотревшись, Броуди первым делом зашагал к бакалейному отделу.

Рис с облегчением подумала о том, что в этой части магазина она уже была — когда присматривала себе продукты для кладовой и холодильника.

Она подтолкнула тележку к прилавку:

— Ну вот и все, мистер Драббер.

— Я упакую товар. За чайник платы не беру — это вам подарок на новоселье.

— Ну что вы, не нужно.

— Магазин мой, и правила здесь мои, — он укоризненно помахал ей пальцем. — Броуди, подожди минутку.

— Хорошо, — Броуди выложил на прилавок пакет молока, пачку кукурузных хлопьев и фунт кофе. Затем кивнул Рис: — Привет. Как дела?

— Спасибо, хорошо, — ответила она.

— Рис перебирается в квартирку над рестораном, — сообщил Мак.

— Вот как? — удивился Броуди.

— Я упаковал ее товар, а ты поможешь доставить его на место.

— Нет-нет, спасибо, — поспешила вмешаться Рис. — Я и сама справлюсь.

— Ну как вы потащите все это сами? — возразил Мак. — Броуди, ты ведь на машине?

У того по лицу тенью скользнула улыбка — как если бы вся ситуация представлялась ему необычайно забавной.

— Конечно.

— Едешь отсюда к Джоани на ужин, так ведь?

— Ну да.

— Вот видите — вам все равно по пути. Ну что, детка, чек или наличные?

— Наличные, — Рис знала, что потратила здесь почти все, что у нее было.

— Запиши это на мой счет, Мак. — Броуди водрузил свои покупки поверх одной из коробок, после чего понес все на улицу. Не прошло и минуты, а он уже возвратился за второй партией.

Рис ничего не оставалось, как ухватиться за последнюю упаковку:

— Спасибо, мистер Драббер.

— Приятного вам новоселья, — пожелал ей вдогонку Мак.

— Вам совсем не обязательно делать это, — заявила Рис, как только они с Броуди оказались на улице. — Он просто поймал вас на месте.

— Это точно. — Положив в багажник вторую коробку, Броуди потянулся за той, которую держала Рис. Однако она лишь крепче прижала ее к себе.

— Я же сказала, вы совсем не обязаны это делать. Я прекрасно справлюсь сама.

— Думаю, вы ошибаетесь. Давайте-ка это сюда. — Выхватив у нее из рук покупки, он сунул их в машину. — Садитесь.

— Я не хочу…

— Не стройте из себя идиотку. У меня ваши вещи. — Броуди зашагал к водительскому месту. — Вы можете сесть и ехать вместе со мной, а можете прогуляться пешком.

Рис с большим удовольствием предпочла бы последнее, но это и в самом деле выставило бы ее не в лучшем свете. Поэтому она все-таки села в машину, раздраженно хлопнув дверью. Затем, не слишком-то заботясь о мнении Броуди, открыла окно — чтобы не чувствовать себя здесь как в ловушке.

Поскольку Броуди промолчал, а по радио как раз пели «Ред хот чили пепперс», Рис решила не обременять себя вежливой беседой.

В скором времени Броуди припарковался у ресторана и вышел из машины, чтобы достать один из ящиков. Рис тут же потянула из багажника второй.

— Вход со двора, — сухо заметила она, немало подивившись при этом самой себе. По сути, она уже и не помнила, когда в последний раз сердилась на кого-нибудь, кроме себя.

Ей пришлось ускорить шаги, чтобы не плестись за ним по лестнице. Однако перед дверью она все равно замешкалась — пыталась одной рукой удержать ящик, а другой — достать из кармана ключ.

Броуди сунул свой ящик под мышку, забрал у Рис ключ и сам открыл дверь.

Рис с трудом подавила в себе вспышку раздражения. В конце концов, это была ее квартира. Она могла приглашать сюда тех, кто ей нравился, а всех прочих оставлять за порогом. И вот пожалуйста: Броуди самоуверенно шагает по ее комнате и небрежно опускает на кресло ящик с новенькими покупками.

Не сказав ни слова, Броуди тут же вышел из комнаты. Рис быстренько опустила свой ящик на пол и поспешила за ним вслед — чтобы самой ухватить последнюю коробку.

Не тут-то было: Броуди уже поднимался наверх с коробкой в руках.

— Дальше я понесу сама, — Рис нервно отбросила назад прядь волос. — Большое вам спасибо.

— Да ладно, я донесу. Чего вы туда напихали? Кирпичей?

— Там, наверное, чугунная сковородка и чистящие средства. Я и в самом деле могу донести это сама.

Ничего не ответив, он зашагал вверх по лестнице.

— Какого черта вы заперли дверь, если знали, что мы вот-вот вернемся?

— Привычка. — Повернув ключ в замке, она снова хотела взять у него коробку, но не успела — Броуди толкнул дверь и сам занес внутрь покупки. — Что ж, спасибо, — Рис стояла у распахнутой двери с многозначительным видом, хотя это было не только грубо, но и непрактично: с каждой минутой в комнате становилось все холоднее. — Прошу прощения, что задержала вас.

— Угу, — Броуди неторопливо прошелся по комнате. Помещение ему не приглянулось — уж слишком маленькое и невзрачное. Единственное, что спасало это место, — вид из окна. Впрочем, здесь было достаточно чисто. Броуди не сомневался в том, что это дело рук Джоани. Жилая комната или нет — она все равно регулярно убирала пыль и паутину.

— Здесь бы не мешало сделать ремонт, — заметил он.

— Полагаю.

— Я уже не говорю о подогреве. Холод такой, что вы рискуете промерзнуть до костей.

— Какой смысл включать обогреватель, если переезжаю я только завтра? Ладно, не хочу вас задерживать…

Повернувшись, он внимательно взглянул на нее.

— По-моему, так вы просто хотите, чтобы я поскорее убрался.

— В общем, до свидания.

На его лице мелькнула искренняя улыбка.

— А вы куда интереснее, когда злитесь. Что у нас сегодня на ужин?

— Жареная курица, а к ней — картофель с петрушкой, морковь и горох.

— Что ж, звучит неплохо. — Подойдя к двери, он остановился прямо напротив Рис. — Ладно, до встречи.

Дверь тихонько закрылась за его спиной. Не успел он еще дойти до лестницы, как сзади раздалось щелканье замка. Обойдя здание, Броуди с любопытством посмотрел вверх.

Рис стояла у центрального окна и, не отрываясь, смотрела на озеро. Тоненькая, как ивовый прутик, подумалось ему. Больше похожа на портрет в рамке, чем на женщину из плоти и крови. Интересно, где она оставила часть себя? И почему?