Воздаяние монстру - Виталий Михайлович Егоров

– Встали? Сейчас все будет готово, позавтракаем и в отдел!

На завтрак Геннадий приготовил макароны по-флотски с тушенкой. Более вкусного блюда из макарон Владлен еще не пробовал!

Увидев, что в квартире имеется телефон, Владлен спросил:

– Можно, я позвоню отсюда министру? Он уже должен быть в кабинете.

– Конечно, – согласился Геннадий, – доложи.

Генерал действительно оказался у себя в кабинете.

– Здравия желаю, товарищ генерал! Говорит подполковник милиции Димов, хотел доложить по убийству.

– А, Владлен, – обрадовался министр. – Давай-ка, расскажи, что у вас там?

– Товарищ министр, мы уже вчера вечером приступили к работе, осмотрели место происшествия. Сегодня планируем повторно провести осмотр. Наметили ряд мероприятий, о проделанной работе буду докладывать по мере поступления дополнительных сведений. Здесь, поработав немного, поговорив с людьми, я еще более укрепился в уверенности, что убийство совершено именно Ефремовым. Насчет организованных преступных групп, которые могли бы совершить это преступление, докладываю, что их в настоящее время здесь в наличии нет. Так что версия Фомина, очевидно, несостоятельна.

– Мне звонил прокурор, к ним обратился какой-то экстрасенс, он, наоборот, подтверждает версию Фомина, на днях его отправят туда к вам, чтобы на месте более подробно описать картину преступления.

– А, эта женщина уже у них… – невольно проговорился Владлен и, от допущенной оплошности, постучал себя по лбу.

– А что, разве экстрасенс – женщина? Откуда тебе известно? Мне казалось, что речь идет о мужчине, – недоумевал министр.

– Обычно все экстрасенсы женщины, вот я и подумал, что женщина, – изворачивался Владлен, ругая себя за непростительный для опытного сыщика промах.

Положив трубку, Владлен долго хохотал, чем вызывал живой интерес своих коллег. Когда он рассказал историю с таинственной незнакомкой-экстрасенсом, хохотали уже все.

Затем Владлен набрал оперативника Софронова. Он был на месте, по его сонному голосу Владлен понял, что тот ночевал в кабинете.

– Егор, как дела, новости есть?

– Семеныч, пока никаких. Вытаскивали Смолина, работали с ним допоздна – молчит. Нападения прекратились, затаились они. Боюсь, как бы не покинули город. Вчера пришел ответ на наш запрос из Благовещенска. Отправили список связей Смолина, их там много, черт его знает, кто и где находится. Фотографии не приложили, мы вновь запросили Благу. Может, кто-то их опознает по фото.

– Хорошо, работайте дальше, а мы постараемся завтра выехать обратно. Пока проверяем, успехов больших нет. Может, сегодня что-то будет…

В отдел прибыли к половине девятого, дежурный сообщил, что Лена уже съездила, привезла маму Ефремова и разговаривает с ней в кабинете.

«Молодец, Лена, сделала как надо, – мысленно похвалил Владлен девушку. – Очевидно, мальчик остался дома спать».

Начальник был на месте, все поднялись к нему. У Николая уже вскипел чайник, на столике были расставлены чашки. За чаем обсудили дальнейшие действия. Решили, что Владлен и Соколов поедут к брату подозреваемого, а Геннадий вместе с Леной будут работать с матерью.

Машину бросала на ухабах, водитель тщательно объезжал разбитую дорогу, выезжая далеко за пределы улицы. После очередной колдобины, ударившись головой об крышу уазика, Соколов выругался:

– Черт, внутри вашего села устроить бы гонки, Кэмел-Трофи отдыхает!

Местный водитель, молчаливый милиционер, с невозмутимым видом крутил баранку.

Калитка у Ефремовых была заперта изнутри. Скорее, существовал какой-то тайный способ открывания ее снаружи, но опера не стали озадачиваться решением этого ребуса. Соколов полез на забор, чтобы открыть калитку изнутри. На полпути его остановил Владлен.

– Постой, а ну-ка, сядь на забор, как бы сидел этот олух.

Илья нашел удобное место, где мог бы вполне уверенно сидеть один человек, примостился там и огляделся по сторонам.

– Сейчас посмотри, насколько хорошо проглядывается двор Крыловых. Если бы веранда была цела, вход в нее был бы виден?

– Все отлично видно, как на ладони! Он же, гад, оказывается, постоянно наблюдал за ними, видел, как уходили из дома, где прятали ключи от веранды!

– Да, как наблюдательный пункт, – заметил Владлен, заходя во двор.

Дом поражал своей бедностью, но удивительной чистотой. Пол, когда-то покрашенный в цвет охры, был истерт до дерева и выдраен добела, краска сохранилась только по краям, вдоль стен. Печка сияла белизной, стены, очевидно, мылись регулярно, так как по цвету выгодно отличались от стен других деревенских домов, подвергнутых налету времени. И больше ничего. Ни холодильника, ни стиральной машины, ни микроволновки, ни телевизора – этих атрибутов современной жизни стены дома, скорее всего, не видели никогда. Кухня, зал и две комнатенки. В одной из них спал Слава. Владлен взял табуретку, сел рядом с кроватью и тихонько потряс мальчика за плечо.

– Слава, просыпайся.

Паренек что-то пробурчал себе под нос и повернулся на другой бок.

Владлен еще раз, уже более настойчиво потряс мальчика. Наконец он проснулся. Увидев незнакомых людей, сел на кровати. Владлену показалось, что мальчик не удивился их присутствию.

– Слава, сколько тебе лет? – начал разговор с мальчиком.

– Десять.

– В каком классе учишься?

– Нынче пойду в четвертый…

Уже окончательно проснувшийся Слава, уже сам задал вопрос оперативникам:

– А где моя мама, она вас встретила?

– Мама твоя находится в милиции, разговаривает с инспектором насчет тебя и твоего брата. Вот, мы приехали сюда, хотели поговорить с тобой.

– О ком, о брате?

– Слава, мы хотели узнать твое мнение, почему Степан совершил это, чем соседи ему помешали?

Слава долго сидел молча, опустив голову.

– Плохие они.

– Кто?

– Соседи.

– Почему?

– Богатые.

– Кто тебе об этом сказал?

– Мама говорит.

– А сколько раз брат ходил к ним в тот день? – Владлен понял, что мальчик начал говорить правду, и разговаривал с ним так, словно все уже знает и как бы уточняет детали преступления.

– Несколько раз. Приходил домой, а потом снова уходил.

– А что он оттуда приносил, вещи какие-нибудь были?

– Кошелек.

– А где этот кошелек? – задал вопрос уже Соколов.

– Степа его спрятал на двери хотона, я увидел это и сказал матери. Мама выкинула кошелек на улицу.

– А мама знала, что Степа пошел к соседям?

– Да, она ночью в окно увидела Степу у соседей, разбудила меня и спрашивала, почему он там. Я ей и сказал тогда про кошелек.

– Ночью ведь темновато еще, как она увидела?

– Она увидела его тень на шторах веранды.

Владлен подошел к окну, выходящему в сторону соседей, и убедился, что веранда Крыловых, если бы она не сгорела, оттуда была бы видна достаточно хорошо.

– Слава, а соседи вам что-нибудь плохое делали, ну, побили, ругали, обижали?

– Нет, ничего такого. Только Степа один раз подрался с их отцом.

– Слава, а когда Степа находился у соседей, ты слышал звуки выстрелов?

– Да, много раз были хлопки,