Глаза убийцы - Джон Сэндфорд

— Боже всемогущий, вы только посмотрите, какой парень к нам пожаловал, — сказал старший патрульный, крепкий мужчина лет сорока, с седеющими усами щеточкой, в очках в позолоченной оправе.

Он сидел в кабинке вместе с двумя полицейскими. Еще двое устроились по соседству с чашками кофе.

— Я подумал, ребята, что вам необходимо мудрое руководство, поэтому и приехал, — сказал Лукас.

В центре ресторана находился круглый бар с табуретами на колесиках, а вдоль стен располагались кабинки. Лукас взял один из табуретов и поставил так, чтобы оказаться лицом к коллегам.

— Мы ценим твою заботу, — сказал коп с усами.

Трое из четырех полицейских были средних лет и довольно плотные; четвертым был худощавый парень лет двадцати с близко посаженными голубыми глазами. Трое старших пили кофе, молодой ел гренок с колбасой.

— Он что, коп? — спросил молодой полицейский, не донеся вилку до рта. Он смотрел на куртку Лукаса. — У него с собой…

— Спасибо, Шерлок, — сказал старший патрульный и кивнул в сторону Лукаса: — Это Лукас Дэвенпорт, детектив-лейтенант из Миннеаполиса.

— Он выдает на своем «порше» шестьдесят миль в час по Критин-авеню в час пик, — с ухмылкой добавил другой коп.

— Вранье. Я соблюдаю в Сент-Поле все правила дорожного движения, — заявил Лукас.

— Прошу меня простить, если я испорчу воздух от возмущения, — вмешался сотрудник дорожной полиции. — Наверное, это какой-то другой «порше» запечатлен на моем радаре примерно в половине шестого в пятницу.

Дэвенпорт фыркнул.

— Видимо, ты меня напугал.

— Похоже. Ты работаешь или как?

— Ищу Поппи Уайта, — сказал Лукас.

— Поппи?

Трое старших полицейских переглянулись, и один из них сказал:

— Вчера вечером и пару раз на прошлой неделе я видел его машину перед заведением Брубека. Красный «олдс», прошлогодний. Если его там нет, Брубек, возможно, знает, где он.

Дэвенпорт поболтал с ними еще минут пять, затем встал с табурета.

— Спасибо за информацию о Поппи, — сказал он.

— Слушай, Дэвенпорт, если ты собираешься пристрелить сукина сына, будь другом, подожди, когда закончится наша смена!

Красный «олдс» стоял под неоновой вывеской боулинга Брубека. Лукас вошел внутрь и посмотрел на дорожки. Только две из них были заняты несколькими молодыми парами. Три человека сидели у стойки бара, но Поппи среди них не было. Бармен в бумажной шляпе жевал зубочистку. Он кивнул, когда Лукас к нему подошел.

— Я ищу Поппи.

— Он где-то здесь, может, в сортире.

Дэвенпорт подошел к туалету и заглянул внутрь. Он увидел пару ботинок «Веллингтон» в одной из кабинок и крикнул:

— Поппи?

— Да?

— Лукас Дэвенпорт. Я подожду тебя в баре.

— Лучше иди за столик в кабинку.

Лукас сел в кабинку, прихватив кружку пива, а через минуту появился Поппи, который держал перед собой мокрые руки, стараясь не касаться ими груди.

— Там нужно повесить полотенца, — пожаловался он бармену, и тот подтолкнул к нему стопку салфеток.

Поппи вытер руки, взял себе пиво и подошел к Дэвенпорту. Это был грузный мужчина лет пятидесяти пяти, в джинсах, черной футболке и кожаном пиджаке, с коротко стриженными, как у солдат времен Корейской войны, седыми волосами. Он мастерски умел обращаться с пилой и паяльной лампой и мог за час превратить «порше» в груду запасных частей.

— Что случилось? — спросил он, усаживаясь за стол. — Тебе нужен стартер?

— Нет. Я ищу человека, у которого вдруг появилась куча денег. Того, кто, возможно, на днях убил женщину в Миннеаполисе.

Поппи покачал головой.

— Я знаю, о чем ты говоришь, но до меня не долетало даже намека на слухи. Наркоманы в панике: газеты трубят, что это сделал один из них, и они боятся, что на них начнется охота.

— Но ты ничего не слышал?

— Нет. Если кто-то получил за это деньги, это не в наших краях. Ты уверен, что убийца был белым? Насчет цветных я уже ничего не понимаю.

Лукас искал белого преступника. Как правило, белые нанимают белых, а черные — черных. Все это глупости насчет равных возможностей, даже когда речь идет об убийстве. Естественно, существовали и другие причины. В том районе на чернокожего парня непременно обратили бы внимание.

Лукас оставил Поппи в боулинге, а сам направился на запад в Миннеаполис, зашел в бар для геев на Хэннепин-авеню, еще в два заведения на Лейк-стрит; наконец, ничего не узнав, разбудил скупщика краденого, который жил в тихом пригороде Уэйзата.

— Я не знаю, Дэвенпорт, может, это какой-нибудь псих. Прикончил женщину, а потом свалил в Юту, где купил на вырученные деньги ранчо, — сказал осведомитель.

Они сидели на застекленном крыльце, выходящем на пруд, заросший рогозом. Свет из соседнего дома отражался от поверхности воды, и Лукас видел в центре пруда темное пятно — сбившиеся в стаю утки медленно покачивались на воде. Его собеседник чувствовал себя неловко, сидя на диване в пижаме. Он курил сигареты без фильтра, его жена в махровом халате устроилась рядом с ним. На голове у нее были розовые бигуди, на лице застыло беспокойство. Она предложила Лукасу охлажденную минеральную воду с лаймом, и полицейский катал бутылку в руках, пока они разговаривали.

— На вашем месте, — сказал скупщик, — я бы поинтересовался Орвиллом Праудом.

— Орвиллом? Я думал, он в тюрьме в Аризоне или где-то еще.

— Он вышел. — Скупщик снял с языка крошку табака и стряхнул с пальцев. — Он болтается тут уже около недели или даже больше.

— Снова взялся за старое?

Ему следовало знать. Прауд в городе уже целую неделю — это следовало знать.

— Думаю, да. Все то же самое. Ему отчаянно нужны наличные. Вы ведь знаете, с кем он водит компанию. С бандами грязных байкеров, громилами, неофашистами и прочим сбродом. Так вот, я ему сказал: «Поговаривают, убийство заказал муж и кого-то нанял». А он отвечает: «Это плохая тема, Фрэнк». Ну я и заткнулся.

— А ты знаешь, где он?

— Я бы очень не хотел, чтобы это всплыло, — сказал его собеседник. — Орвилл довольно странный тип.

— Не всплывет, — заверил его Лукас.

Скупщик краденого взглянул на часы.

— Попробуйте поискать его в комнате два двадцать один во «Льве». Там сейчас идет игра.

— Оружие?

— Вы же знаете Орвилла.

— К сожалению. Ладно, Фрэнк, я твой должник.

— Хорошо. Вам все еще принадлежит тот домик на севере?

— Да.

— Могу предложить отличный «эвинруд»,[7]двадцать пять лошадиных сил, по выгодной цене.