Жизнь под обрез - Николай Иванович Леонов

Участковый и Гуров не успели дойти до лаза, как навстречу им вынырнул из-за поворота кинолог с собакой, которая, хотя и не совсем уверенно и часто сбиваясь со следа, но вела своего хозяина в сторону заброшенного дома.

— Ага, вот вам и подтверждение того, что вы были правы, — указал на собаку Чукин. — Наверняка она ведет к тому месту, где мы нашли окурки.

И он оказался прав. Собака ткнулась носом именно в то самое место и уселась там, с умным видом глядя на хозяина и дожидаясь от него похвалы. Кинолог потрепал свою лохматую помощницу по загривку.

— Она привела вас сюда от лаза в стене? — на всякий случай уточнил Лев Иванович у вожатого собаки.

— Да. Именно оттуда, — подтвердил тот. — Марта подошла к вырытой яме в земле под забором, повертелась, пыталась пролезть в лаз, но я не дал ей этого сделать, и тогда она почти сразу потянула в эту сторону.

— Значит, все-таки он проник на территорию через лаз. Не стал рисковать и идти через проходную, — кивнул Улямов, который вернулся, как только увидел, что Гурову и участковому навстречу вышли специалист с собакой.

— Давайте и мы глянем, что там с этим лазом, — предложил Лев Иванович.

— Там дыра о-го-го с этой стороны. Не только Марта, но и я влезу, — заявил кинолог.

Яма и вправду была немаленькой. И если с обратной стороны стены она была заделана досками и присыпана листвой, то с этой стороны никто о конспирации не позаботился. Натоптано на месте было сильно, но большинство следов были, по всей видимости, старыми. Никто после убийства Игнатова не решался воспользоваться лазом и стырить пару ящиков под носом шныряющих по производственной зоне и вокруг сыщиков и губоповцев. Поэтому собака и смогла, хотя и не сразу, взять след трехдневной давности.

9

— Так, что мы делаем дальше? — потер руки и вопросительно посмотрел на Льва Ивановича Улямов, когда эксперт и кинолог уехали.

Тамир Васильевич был хорошим оперативником и нераскрытых дел в своей практике практически не имел. Да и какие могли быть серьезные и сложные дела в их небольшом городке? Так, в основном кражи да драки по пьяной лавочке. Убийства тоже случались, но раскрывались они Улямовым легко — за девятнадцать лет работы он знал на своем участке не то что каждого маргинала, но и собак по кличкам. Да и работа с агентами у него была налажена на отлично, что тоже имело большое значение при раскрытии преступлений. Но вот поди ж ты, и Тамир Улямов попал под сыщицкий авторитет и манеру работать Льва Ивановича. Он с интересом наблюдал, с каким спокойствием и внимательностью Гуров вел расследование, видел, как от взгляда полковника не ускользала ни одна мелочь, на которую сам Тамир Васильевич никогда и не обратил бы внимания. И главное — какие результаты давали эти гуровские неторопливость и основательность. И эта манера Льва Ивановича на все обращать внимание, учитывать каждую, даже пусть и предполагаемую, улику, нравилась оперативнику. Он с удовольствием, даже как-то легко, отдал себя в распоряжение московского опера и стал играть при нем роль, которая обычно принадлежала Станиславу Крячко — роль помощника и друга.

Лев Иванович не сразу ответил на вопрос Улямова. Он стоял, глядя затуманенным взглядом куда-то за спину Тамира Васильевича, и, по всей видимости, что-то обдумывал.

— Николай Петрович, — обратился он к топтавшемуся и курившему неподалеку участковому. — А что, если вы с Тамиром Васильевичем обойдете сейчас своих подопечных и узнаете подробнее об этой любовнице Игнатова? Не всех, конечно, а тех, кто побойчее на язык.

— Можно и обойти, — коротко кивнув, ответил Чукин и бросил на землю окурок, придавив его каблуком.

— Тамир Васильевич, узнай, что люди говорят о похождениях управляющего, а я пойду в контору и поговорю с секретаршей и с заместителем Игнатова. Сдается мне, что нам нужно обязательно встретиться с этой красавицей и поговорить с ней. А поэтому надо установить, кто она и что собой представляет.

— Понял, сделаем, — заверил Льва Ивановича Улямов, и они с участковым направились в сторону частного сектора.

Гуров немного постоял в раздумье, а потом решительным шагом направился к проходной.

— Здравствуйте, — поздоровался он с вахтером и одним из охранников, которые сидели в будке и о чем-то негромко вели разговор.

Вахтер и охранник прервали беседу и посмотрели на Гурова в ожидании. На их лицах так и читался вопрос — станет он их расспрашивать или просто пройдет мимо?

Лев Иванович не стал проходить мимо, а задал вопрос, обращаясь одновременно и к вахтеру, и к охраннику:

— Скажите, не вы ли работали в субботу?

— Ага, мы, — подтвердил охранник и переглянулся с вахтером.

— Вот и хорошо, — улыбнулся Лев Иванович и облокотился на стойку. — Значит, вы наверняка сможете мне ответить на пару вопросов.

— Так мы все, что знали, уже рассказали, — на этот раз ответил вахтер, и они с охранником снова переглянулись.

— Ну ведь вы не на мои вопросы отвечали, — добродушно отозвался Лев Иванович. — Меня интересует вот что. В субботу вечером, в период с половины десятого или чуть позже, никто из работников через проходную с территории не выходил?

Гуров посмотрел сначала на вахтера, потом на охранника. Те снова переглянулись.

— Нет, никто.

— А вы не могли этого не заметить? Ну, может, отвлеклись на что-то, вышли по своим, так сказать, делам, или… Вот, у вас и телевизор, смотрю, есть, — указал он на маленький портативный телевизор. — Как вас, простите, зовут? — поинтересовался он у вахтера.

— Тельминов я, Егор Константинович, — прокашлявшись, смущенно назвался вахтер.

— Так что, Егор Константинович, вы совсем ни на минуту в тот вечер не отходили с вахты? Вот как перед мамой родной откройтесь мне.

Вахтер еще больше смутился, покраснел, а потом признался:

— Отходил, по нужде. Туалет у нас вон там. — Он махнул рукой в сторону.

Гуров, проследив за направлением, заметил то самое строение, которое вахтер имел в виду.

— Ага, — с пониманием кивнул Лев Иванович.

— Так ведь охрана у себя, должно быть, следила по камере-то за проходной, — перевел он стрелки и посмотрел на охранника.

Тот в свою очередь сделал непроницаемое и серьезное лицо и заявил:

— Напарник мой тогда вечером за монитором был. Я ничего не знаю. Обход делал как раз в то время.

— Ага, — снова многозначительно произнес Лев Иванович. — А сейчас напарник где? Снова за монитором сидит?

Вахтер и охранник снова переглянулись — в который уже раз. Охранник потер нос и ответил:

— На больничный он со