Искатель, 2002 №1 - Сергей Кузнецов-Чернов

Девочка

Какой славный здоровенный барбос. Это тебе не пекинес Джорж, вполне помещающийся в среднюю сумку с хвостом и ногами, не бассет Фил, индифферентный и молчаливый, покорно лежащий чурбаном в ее руках, не такса Фриц, хоть и своенравная, но вполне послушная уродина. Все эти псы отличались не слишком большим ростом и, следовательно, не очень грозным видом. Чего не скажешь о сенбернаре. Целый теленок. Такого не возьмешь на руки и не спрячешь в сумку, а победа над таким грозным зверем, вне всякого сомнения, должна именоваться доблестной. Ольга почувствовала в крови лопающиеся пузырьки азарта. И случай — лучше не придумаешь: хозяину на вид не больше шести-семи лет, с ним-то она справится, главное — покорить собаку. И покорить сразу, первым своим появлением, первым звуком своего голоса, первым прикосновением своей руки. Именно так. Сразу и навсегда. Как здорово, что она успела купить этот клевый летний сарафанчик. Ну? Вперед! Оля-ля!

Нагнувшись и подняв из травы мячик, который никак не хотел приносить Джой, Ольга, пружинисто выпрямившись, пошла навстречу двум парам широко открытых глаз, мальчишеских и собачьих. Пес грозно встал, подняв на широкой спине наездника, вместе они смотрелись весьма устрашающе, напоминая ковбоя верхом на горячем коне из американских вестернов. И этот миг был самым страшным.

Сердечко Олино дрогнуло, но внешне секундное замешательство никак не отразилось на ее свежем личике и уверенной недетской улыбке, ибо она слишком хорошо понимала, чем может кончиться ее поражение. И поэтому, когда она увидела краем глаза большой пушистый хвост сенбернара, который дрогнул и дружески пошел вправо и влево, замешательство исчезло напрочь, а сердечко ее возликовало. Вперед! Оля-ля! Подойти и властно положить царственную ладошку на тяжелый покорный лоб. Все. Мой.

— Вот это да! — воскликнул мальчик с искренним восхищением. Совсем как Егор. — Он ведь близко никого ко мне не подпускает.

Как они заблуждаются насчет своих друзей.

— Я — не все! — Ольга выдержала паузу, откровенно любуясь как бы со стороны и собой, и собакой, и мальчиком. — А знаешь ли ты, откуда взялись вот такие сильные собаки, как твой друг?

— Откуда?

— Тебя как зовут?

— Дима. — Его глаза заинтересованно блестели, а грозный друг покорно лег у ног победительницы.

— Так вот. — Оля присела на корточки и назидательно подняла пальчик. — Очень-очень давно таких собак вывели в одном монастыре, который находился в холодной горной стране.

— Сенбернаров?

— Молодец. Именно сенбернаров.

— А что такое монастырь?

— Монастырь? Это такой большой дом, как крепость. Там живут одни мужчины.

— Почему? — Мальчуган был вполне серьезен.

— Что «почему»? — Ольгу несколько озадачил вопрос.

— Почему одни мужчины? — Дима ждал.

Вот черт! Настырный пацан попался.

— Ну, потому, что это был мужской монастырь. А еще есть женские, там живут одни женщины.

— Это правильно, — рассудительно заметил пацан, как будто ждал именно такого ответа. — От девчонок одни неприятности.

— Ты так считаешь?

— Да! — бесцеремонно заявил маленький женоненавистник.

— И у тебя неприятности? — неожиданно для себя спросила Ольга. Вдруг стало важно, что ответит этот клоп.

— И у меня, — согласился с неизбежным клоп. — Но ты не отвлекайся. Давай о Джое.

Джой слушал внимательно.

Что ж, давай. Смышленый пацан. Надо как-то быстрее с ним покончить.

— А вывели эту породу для того, Дима, — осторожно продолжила Ольга, стараясь предусмотреть возможные ловушки, — чтобы они в снежные страшные бури находили людей, которые потерялись или заблудились. И спасали их. Поэтому сенбернары такие большие и сильные.

— И добрые, — добавил Дима. — Слышишь, Джой, какой ты хороший? — Он подозрительно взглянул на девочку. — А ты откуда знаешь?

— Хочешь, и ты будешь знать?

— Так я уже знаю. Ты же рассказала.

— Будешь больше знать.

— У тебя книжка такая есть? Да?

— Есть.

— Ладно. Хочу знать больше. Рассказывай.

— Хорошо. Только давай пойдем погуляем все вместе. Джою надо много ходить.

— Давай.

— А намордник у тебя есть?

— Есть. Дома.

— Замечательно. Тащи намордник и пойдем гулять. А я тебе расскажу еще много интересного про сенбернаров. Идет?

— Идет. — Мальчуган, вскочив, побежал в сторону подъезда, но, прежде чем скрыться, крикнул: — А ты где живешь? В нашем доме, да?

— Ага, — подтвердила Ольга.

Дверь парадного захлопнулась.

Сенбернар Джой встал. Девочка ласково провела рукой по голове, потрепала по ушам, и глаз собаки, метнувшийся было за маленьким хозяином, воззрился на юную повелительницу.

Мальчик

Машину он для них угнал, ну, для этих, для Чопа и Фрукта то есть. Так они друг друга называли: Чоп и Фрукт. Чоп — тот, который длинный и складывающийся, как перочинный нож, а Фрукт, соответственно, маленький и толстый пискля. Несложно это было, в общем. Они за ней, конечно, давно следили, наблюдали, знали чья, знали привычки хозяина. Ну, а ему оставалось лишь вскрыть дверцу, сесть за руль — и газу. Пустяк, короче. Тем более что сигнализацию они сняли, у них специальный датчик есть. Классная штука! Тебе, объяснили они, ни фига ведь не будет, если и поймают. Двенадцать лет, что с тебя возьмешь? В крайнем случае по голове настучат да дома выпорют. Правильно? А нас сразу на шконку, понял? Зато в случае удачи ты, пацан, богат и независим, и с лялькой своей сможешь даже в ресторанах обедать. Если пустят, конечно. И потом. Мы же отвечаем за твой риск, нам совсем не интересно потерять такого сотрудника. Ты наш подарок. Усек? Егор усек. И малиновую веселую «восьмерку» вел уверенно, петляя между густо наставленными домиками почти пригорода, где никогда ни одного гаишника ни днем ни ночью не встретишь. Егор даже расслабился и начал получать удовольствие от езды, чувствуя волну внутреннего ликования. Молодец он. Пока. Ладно. Там видно будет, куда нос держать. Новенькая «восьмерка» бежала легко и послушно, свежий вечерний ветерок бил в лицо, и он ощутил себя вполне взрослым и сильным мужчиной. Он способен постоять за женщину. Помочь ей. Он ведь не знает, зачем ей деньги. А вдруг это жизненно важно. А? Он же угнал уже ради нее одну машину? Угнал. Почему не угнать вторую?

Егор миновал пригородный запущенный парк, выскочил на круглую неправильную площадь у магазина и, свернув вправо, медленно скатился к Волге. Правее пляж, и там смутно виднелись поздние купальщики, а в стороне, в кучке деревьев, у самой воды, стояла знакомая «девяносто девятая», которую он так неудачно угонял. Или удачно?

Они сели к нему в машину с двух сторон, Фрукт, впрочем, сзади.

— Ну как? — спросил Чоп. — Все в норме?