Плюшевый свидетель - Анна Данилова

Кресло, на которое указала Августа, действительно оказалось очень удобным. Оно стояло в самом углу комнаты, откуда просматривалась чуть ли не вся квартира. Добротная немецкая мебель советских времен, толстые ковры под ногами, за стеклом горки мерцает хрусталь, на журнальном столике ваза с водой. Откуда ей было известно, что я приду с цветами?

– У вас здесь хорошо… Уютно, Августа… Знаете, я до сих пор нахожусь под впечатлением от вашего имени. Августа… Август. Золотые краски осени. Виноград, персики… Море… Здесь у вас тихо…

Он понимал, что несет чушь, что повторяется (снова про виноград и персики, идиот!), что смотрится смешно, но отступать было уже поздно. Он должен провести этот вечер с грымзой-Августой, чтобы выпытать у нее каким-нибудь волшебным образом фамилию женщины по имени Вера, которой та организовала в парке свидание с психотерапевтом.

В центре комнаты стоял небольшой круглый стол, накрытый белой кружевной скатертью, где вечно голодный Мещанинов с радостью для себя обнаружил два прибора, селедку, грибы, салаты, графин с компотом, в котором плавали оранжевые ломтики апельсинов.

Когда же на столе появилась горячая картошка, он понял, что еда для мужчины составляет одну из основных радостей жизни, и слегка сомлел при виде аппетитной закуски.

– Итак… Чем мы занимаемся? – спросила Августа, завершая колдовать над и без того прекрасно смотрящимся столом и затейливо и церемонно поправляя на тарелках зелень. – Вы где-нибудь преподаете?

– Почему вы так решили?

– Нехорошо отвечать вопросом на вопрос, – лукаво пожурила она и жестом пригласила Александра к столу. – Так кто вы, Александр? Это тайна?

В каждом ее слове он чувствовал фальшь. Причем такого же низкопробного толка, как и та, что привела его к этой непонятной и вульгарной женщине.

– Не буду лгать, потому как вы все равно всё узнаете… Я – адвокат, – он решил не лгать хотя бы в этом, интуитивно чувствуя, что за общительностью Августы могут – при ее желании – выстроиться в очередь жаждущие обратиться к адвокату Мещанинову клиенты. Ведь познакомилась же с ним с ее легкой руки таинственная Вера, женщина, заполнившая сегодня все его мысли и даже сердце. У него дыхание перехватывало при мысли, что ему удастся через день-два все же разыскать свою молчаливую любовницу и предстать перед ней неожиданно, ошеломить ее своим появлением. Он возбуждался, представляя себе, как идет по темной, гулкой лестнице (Вера почему-то должна была обитать наверху, поближе к небу и птицам), останавливается и звонит, как дверь долго не открывают, а потом на пороге возникает длинноволосая обнаженная женщина с темными карими глазами и влажными губами…

Голос Августы, мелодичный, обволакивающий, привел его в чувство.

– Вот как? – Она задумчиво улыбнулась. – А почему вы решили, что я все равно бы все о вас узнала?

– У нас не такой большой город, чтобы в нем можно было затеряться, скрыться… Да и какой смысл?

– Действительно! – Она дала ему знак, и он разлил водку по рюмкам. – За знакомство?

– Я на самом деле искренне рад этому… И, признаться, до сих пор не могу поверить, что сижу здесь, у вас… Я никогда прежде не знакомился по телефону и уж тем более не позволял себе вот так запросто прийти в дом…

– Хотите сказать, что вы осторожный человек?

– Мне приходится быть таковым. Профессия, знаете ли, обязывает. К тому же меня многие знают в городе.

– Это хорошо?

– И хорошо, и плохо… Хорошо, потому что знакомства и связи подразумевают клиентуру, а плохо… Плохо, потому что весь на виду.

– И богатая у вас клиентура?

– Не жалуюсь…

– Вы дорого берете? – Вот теперь тон Августы изменился. Она резко прекратила жеманничать и кокетничать. Сейчас перед ним сидела деловая серьезная женщина, которая с заинтересованным видом изучала его лицо, вслушивалась в каждое его слово.

– Я не умею плохо работать, – уклончиво ответил он, и перед его мысленным взором тотчас возник пьяный Писаревич. – Да и работа у меня, мягко говоря, грязноватая, согласитесь. Тяжбы, жалобы, разводы, раздел имущества, семейные склоки, мордобой, даже убийства…

– Вот как? Вы занимаетесь и убийствами? Беретесь за уголовные дела?

– Разумеется. Но почему вас это так заинтересовало? Надеюсь, вы никого не убили?

– Нет, конечно, но об этом, я имею в виду убийства, потом… – произнесла она с несколько рассеянным видом и тут же, словно очнувшись и вспомнив, где она находится и с кем, бодро воскликнула: – Выпьем?

Он выпил и понял, что Августа – женщина конкретная. И что пригласила она его сюда с вполне определенной целью. Ей нужен мужчина. Этот мотив он почувствовал, когда разговаривал с ней по телефону, это же желание он прочел и в ее взгляде. Когда же после трех рюмок она спокойно положила ему руку на живот и требовательно взглянула ему в глаза, он понял, что ему не так-то легко будет добиться своей цели. Как можно, находясь в гостях у женщины, которая желает тебя, заводить разговор о другой женщине? Сказать ей, что он импотент? Но тогда зачем он, спрашивается, вообще пришел сюда, это во-первых. Во-вторых, на следующий день о его половом бессилии узнает, грубо говоря, весь город. Какой мужчина обрадуется такой славе? Что же делать?

– Августа, а кто вы? Чем занимаетесь?

– Практически ничем. Время от времени увлекаюсь чем-нибудь, бросаюсь с головой в работу, но потом быстро остываю… Я из невезучих, понимаете? Видели фильм с Пьером Ришаром? Так вот, это про меня. Мне нравится работать, я не ленивая. Можно даже сказать, трудоголик. Но меня не ценят, и я всякий раз страшно переживаю, разочаровываюсь все больше и больше…

В ее голосе прозвучала такая неподдельная искренность, что Александр даже успел проникнуться к Августе чувством, смахивающим на сострадание.

– Я понимаю, конечно, что это не мое дело… Но вы мне, признаться, очень нравитесь… Вы – какая-то естественная, искренняя, милая и… как бы это получше выразиться, слабая, что ли… В том смысле, что нуждаетесь в защите и помощи. И знаете, у меня сразу же возникла одна идея… – Он медленно, но верно уводил ее в сторону от чувственной сферы, давил на проблемы, развивая нейтральную, но способную заглушить сексуальный зуд собеседницы тему с каким-то даже отчаянием: – Я бы мог помочь вам заработать деньги, почти ничего не делая…

– Вот как? – Она расхохоталась ему в лицо. У нее даже слезы выступили на глазах. – Вы серьезно полагаете, что я своим внешним видом вызываю жалость? У меня на лбу написано, что я нуждаюсь в деньгах?

– Я не хотел вас обидеть… – теперь уже и его прошиб пот. А она непроста, эта Августа. И зачем я сюда вообще притащился? Лучше бы торчал все свободное время в парке. И Вера бы туда все равно пришла. Не выдержала бы и пришла. Даже когда поняла бы, что никакой я не психотерапевт. Ведь нам было так хорошо вместе. Приходила же она туда сама просто так, из желания увидеть меня…