Снегурочка с динамитом - Кирилл Кащеев

– Совсем не интересно! – помотал головой Сева. – Мотать отсюда надо!

– В виде исключения я согласна со Всеволодом, – кивнула Кисонька. – Мы же не хотим, чтоб нас выставили с позором?

– Мало ли чего мы не хотим – а придется, – пробормотал Вадька. Видно было, что он и друзей не слышит, и сам не очень понимает, что им отвечает. Слегка пригнувшись и словно бы принюхиваясь, он скользнул в коридор и, неслышно ступая, настороженно двинулся вперед. Глаза его пылали сыщицким азартом. Мурка вздохнула, пожала плечами и покорно потащилась за ним. Остальным ничего не оставалось, как последовать за шефом детективного агентства.

Коридор раздвоился. Один конец переходил в темный, без единого проблеска коридорчик. Второй обрывался фигурной витой лесенкой, уводящей куда-то вниз.

– Разделяемся! – скомандовал Вадька. – Мурка и Катька со мной – туда! – Он кивнул в сторону лесенки. – Сева и Кисонька – здесь! – и жестом Наполеона, посылающего войска в атаку, указал на коридор. Не дожидаясь возражений, повел свою группу к лесенке.

– Устроил тут... – Сева сморщился, подбирая подходящее слово. – Охоту на Деда Мороза! Слушай, давай спокойно постоим, а когда они вернутся, скажем, что никого не нашли! – предложил он Кисоньке.

Девочка поглядела на него с искренним возмущением:

– Ну знаешь ли, если мы начнем друг другу врать!.. – продолжать она не стала, резко замолчав под Севиным насмешливым взглядом.

– А тебе не кажется, что мы уже и так врем? – ехидно поинтересовался мальчишка.

Кисонька смутилась так, что у нее покраснели лицо и шея:

– Иногда бывает... настоятельная необходимость... – потерянно залепетала она. Остановилась, почти физическим усилием взяв себя в руки, отчеканила: – Но не следует этим увлекаться! – И повелительно кивнула на темный коридор.

Бурча:

– Сделали из меня загонщика для Санта-Клаусов! – Сева шагнул в темноту и потопал, нарочито громко бухая ботинкам.

– Тихо! – хватая его сзади за локоть, прошептала Кисонька. – Назад!

Но оттащить друга рыжая не успела.

Откуда-то – кажется, прямо из стены – послышались приближающиеся голоса.

Прежде чем Кисонька и Сева успели сделать хоть шаг назад, резко распахнулась дверь с табличкой «Кабинет менеджера». Едва не прихлопнув ребят, замерла, закрыв их от глаз стоящих на пороге людей. Сквозь щелку между створкой и косяком Севе отлично был виден менеджер, пятящийся из собственного кабинета. Потом голос Верки напутственно произнес:

– Давай, давай, пригляди, чего там они на кухне! Чайку шоб покрепче, и з гренкамы – дюже аристократично, як раз для большой звезды! А я покы тут посидю, маму подожду. Шо? Шо ты бормочешь?

– Я... Я только хотел сказать, что это мой кабинет... я... Простите, Верочка... Но если меня тут нет, я эту дверь всегда запираю... Обязательно... Потому что сейф и документы... И сейчас должен запереть... А тут вы...

– Да, я тут! – с торжественной гордостью провозгласила Верка. – А шо ж, звезда должна тебя в коридорчике, под стеночкой ждать? Отак вы меня тут принимаете, шо я даже на диванчике посыдить не можу? Боишься, шо я тебе в нем дырку протру? Не, ну шо за народ?! Як есть жлобы! Все, поехала я отсюда!

– Нет, нет! – панически завопил менеджер. – Верочка, ну что вы, дорогая! Мы просто счастливы... Горды... О! – радостно вскричал менеджер, словно найдя выход из непростой ситуации. – Я знаю, что мы сделаем! Я попрошу охранника побыть тут с вами!

– Тю, ну ты скажешь! Я ж девушка молодая, незамужняя, да с охранником, шо люди подумают? Да шо мне тут, вечно того чаю дожидаться? Давай бегом, я сама твой кабинет покараулю! – и она коротким толчком выпихнула менеджера в коридор. – Пошел, пошел!

– Хорошо... Иду... – простым глазом было видно, как не хочется менеджеру оставлять свой кабинет и как он одновременно боится не угодить звезде. – Вы хотя бы дверь эту не закрывайте!

– Та уж можешь быть спокойный – не закрою! – хмыкнула звезда.

Менеджер уходил, оглядываясь. Сева обернулся к Кисоньке – и уткнулся носом прямо в ее завитые рыжие волосы. На мгновение он замер, втягивая в себя тонкий, едва слышный запах духов.

– Ты что? – строго нахмурившись, шепотом спросила Кисонька.

– Я... Ничего... Растерялся... – нервно зашептал Сева. – В смысле, я к тому, что... Я хотел тебе сказать... – он замолчал, пытаясь вспомнить, что же хотел сказать. Да, Сердючка. И кабинет... – Не нравится мне, что она так хочет остаться в кабинете, где сейф!

Кисонька уже собралась съязвить насчет трепетного отношения Севы к деньгам...

Из кабинета послышались звуки. Негромко, как напевают утром в ванной, гостья мурлыкала:

– «Я тихо шла-шла-шла...» – и уже обычным голосом добавила: – Денежку еще не нашла, но сейчас найду...

Сева с Кисонькой быстро переглянулись. Аккуратно, стараясь не дышать, мальчишка скользнул вдоль приоткрытой двери и, искренне жалея, что глаза у него не на стебельках, как у рака, чтоб можно было хотя бы один за дверь запустить, выглянул из-за приоткрытой створки.

Верка Сердючка, скрестив крупные мужские руки на необъятной груди, стояла посреди комнаты вполоборота к нему и глядела на сейф. Потянула сверкающую стразами молнию на платье... Запустила обе руки себе за пазуху, что-то там дернула, и вытащила наружу...

Сева оцепенел от ужаса...

* * *

Возглавляемая Вадькой троица бегом добралась до фигурной винтовой лесенки.

– Может, не спускаться? – увидев внизу заставленную ненакрытыми столиками деревянную терраску, неуверенно спросила Мурка. – Оно нам надо? У нас и правда свои дела есть, а Дед Мороз ничего плохого не делает...

– Только исчезает и появляется, исчезает и... о, появился! – почти скатившийся по лесенке Вадька резко затормозил.

Бродячий Дед Мороз стоял у перил террасы. Его ружье целилось точно в лестницу, в столпившихся на последней ступеньке ребят, а плотно завязанный мешок, как всегда, стоял у ног. Вадька пристально поглядел прямо в прикрытые очками глаза и осторожно сделал шаг вперед.

– Вот я и хочу знать, как он это делает, – пробормотал мальчишка, не спуская настороженных глаз с неподвижной фигуры. Он медленно поднял руку и плавным, аккуратным движением потянулся к темным очкам.

– Не надо! – испуганный Катькин шепот защекотал Вадьке ухо. – Так во всех фильмах ужасов – ты с него очки снимешь, а он оживет и как кинется...

– Посмотрим, – Вадька стремительно сдернул с Деда Мороза очки и тут же отскочил назад.

Фигура не шевельнулась, продолжая все так же целиться в лестницу. Неподвижные глаза без всякого выражения пялились перед собой.

– Все-таки манекен, – слегка разочарованно фыркнул Вадька и легонько ткнул фигуру носком ботинка. Нога ударилась об твердое. Дед Мороз не двигался.