Прилив - Нора Робертс

Старушка хитро подмигнула Грейс, улыбнулась Обри.

У тебя прелестная малышка, Грейси.

— Мое счастье.

— И послушная. Помнишь младшего сына моей Карли, Люка? Двух минут не может усидеть на месте, только и ищет, что бы натворить. На прошлой неделе я поймала его в гостиной. Карабкался по шторам, как кошка. — Миссис Уэст захихикала. — Просто кошмар, этот Люк.

— И у Обри бывают «звездные моменты».

— Поверить не могу, что можно хулиганить с таким ангельским личиком. Хорошенькая, как картинка. Очень скоро тебе придется отгонять парней палкой от своего порога. Я уже видела, как она держится за руки с мальчиком.

Грейс встряхнула бутылку и быстро оглянулась, убедиться, что ее малышка не выросла, пока она на нее не смотрела.

— Обри?

Миссис Уэст расхохоталась.

— Шла по набережной с мальчиком Куином… с новеньким.

— А, с Сетом. — Совершенно неожиданно испытывая облегчение, Грейс отставила бутылку и взяла стакан с чаем. — Обри его обожает.

Красивый мальчик. Мой внук Мэт учится с ним в одном классе. Он рассказывал, как несколько недель назад Сет разбил нос этому противному задире Роберту. Думаю, это давно надо было сделать. Кстати, как дела у Куинов?

Именно ради этого вопроса и был затеян весь разговор, но миссис Уэст свято верила в необходимость постепенного приближения к главной цели.

— Прекрасно.

Миссис Уэст закатила глаза. С первой попытки не получилось. Придется немного надавить.

— Эта девушка, на которой так неожиданно женился Кэм, просто красотка. Только ей придется постараться, чтобы удержать его. Он всегда был неуправляемым.

— Я думаю, Анна с ним справится.

— Кажется, они уехали на медовый месяц за границу?

— В Рим. Сет показывал мне открытку, которую они прислали. Очень красивая.

— Рим всегда напоминает мне кинофильм с Одри Хэпберн и Грегори Пеком… тот, где она играет принцессу. Теперь уже такие фильмы не снимают.

— «Римские каникулы». — Грейс мечтательно улыбнулась. Она сама любила этот фильм.

— Да, да, — закивала миссис Уэст, размышляя о том, что Грейс немного похожа на Одри Хэпберн. Конечно, Грейс — белокурая, как викинг, но у нее такие же огромные глаза и хрупкая фигурка.

— Я никогда не была за границей, — вздохнула миссис Уэст, считавшая «заграницей» как минимум две трети Соединенных Штатов. — Они скоро возвращаются?

— Через пару дней.

— Хм-м. Ну, видит бог, этому дому требуется женщина. Страшно вообразить, что там творится. Четверо мужчин в одном доме! Должно быть, пахнет, как в спортивном зале. И вряд ли на земле найдется хоть один мужчина, который может всей струей попасть точно в унитаз.

Грейс расхохоталась и снова принялась за работу.

— Они не настолько плохи. На самом деле Кэм прилично справлялся еще до того, как они наняли меня помогать по дому, но только Филип помнит, что перед стиркой надо проверять карманы.

— Если так, то все действительно не так плохо. Думаю, когда они вернутся, жена Кэма захочет сама вести дом.

Грейс вздрогнула и невольно крепче сжала скомканную газету.

— Я… У нее постоянная работа в Принцесс-Анн.

— Скорее, всего, она захочет взять все в свои руки, — непререкаемым тоном сказала миссис Уэст. — Любая женщина хочет вести хозяйство по-своему. И полагаю, женщина в доме просто необходима для мальчика. Не понимаю, о чем думал Рэй, когда брал его. Не спорю, у Рэя было доброе сердце, но после смерти Стеллы… я бы сказала, он сильно сдал. Чтобы мужчина в его возрасте взвалил на себя ответственность за ребенка — как бы ни сложились обстоятельства… Я; конечно, ни капельки не верю этим отвратительным сплетням, которые все повторяют. А хуже всех — Нэнси Клермонт. Распускает язык при каждом удобном случае.

Миссис Уэст умолкла, надеясь, что Грейс распустит свой язык, но Грейс хмуро смотрела на вымытое окно.

— Ты случайно не знаешь, тот инспектор из страховой компании больше не появлялся?

— Не знаю, — тихо сказала Грейс. — Надеюсь, что не появлялся.

— Не понимаю, какое дело страховой компании до того, откуда взялся мальчик. И даже если Рэй совершил самоубийство — а я не утверждаю, что это так, — они ничего не могут доказать, не правда ли? Потому что… — Миссис Уэст выдержала эффектную паузу, как всегда, когда хотела произвести впечатление на собеседника. — Их там не было! — закончила она на той же торжествующей ноте, как и в споре с Нэнси Клермонт.

— Профессор Куин никогда не совершил бы самоубийство, — прошептала Грейс.

— Безусловно. Однако мальчик… — Старушка прислушалась. — Телефон звонит. Когда закончишь мыть снаружи, заходи в дом, Грейси, — сказала она и поспешно удалилась.

Грейс продолжала молча драить окна. Ей было стыдно от того, что она не смогла сосредоточиться на профессоре Куине, а думала только о себе.

Неужели, вернувшись из Рима, Анна решит сама заняться домом и тем самым лишит ее дополнительного заработка? И хуже, гораздо хуже, — лишит ее возможности раз-два в неделю видеться с Этаном?

Она привыкла к тому, что стала частью его жизни, пусть даже незначительной частью. Привыкла к редким ужинам с ним, привыкла складывать его одежду, стелить его постель, оставлять ему записки и представлять как он читает их и думает о ней… думает о ней когда ложится в застланную чистыми простынями постель.

Неужели она потеряет и это? Не увидит больше, как Этан улыбается ей. Не увидит, как он подхватывает на руки и целует Обри.

Неужели ей останутся только воспоминания? Никаких надежд на встречи. Долгие, тоскливые дни и еще более одинокие ночи.

Грейс закрыла глаза и крепко сжала веки, борясь с отчаянием.

— Мама, мама! — Обри задергала ее за край шорт. — Мисс Люси?

— Скоро, милая.

Грейс подняла Обри на руки и пылко обняла. Только это счастье у нее никто не отнимет.

Было около часа дня, когда Грейс убрала в холодильник и шкафчики купленные продукты и накормила Обри обедом. Пока она отставала от графика всего на полчаса, что можно будет наверстать без особого труда. Просто придется шевелиться чуть быстрее и не отвлекаться. Хватит мечтать, хватит тосковать, приказала она себе, усаживая Обри в детское автомобильное креслице и надежно пристегивая её. Больше никаких глупостей.

— Сет, Сет, Сет, — радостно напевала Обри, — вертясь в своем креслице.

— Посмотрим.

Грейс села за руль, вставила ключ в замок зажигания и повернула. В ответ раздался натужный хрип.

— О нет, только не это!

Слегка запаниковав, Грейс снова повернула ключ, надавила для верности на педаль газа и, когда мотор ожил, облегченно вздохнула.