Вакцина смерти - Ирина Градова

– И как долго все это продолжалось? – поинтересовалась я.

– Полгода, может, – пожала плечами Тася, отложив ложку и задумчиво подперев пухлую щеку рукой. – Я даже сделала аборт…

– От Кармина?!

– Ну да, а чего ты так удивляешься – разве он не мужик?

– Но почему…

– Почему аборт? Он, видишь ли, жениться не собирался, да и я, собственно, никуда не торопилась. Но Кармин повел себя как истинный джентльмен – сам договорился об операции и все оплатил.

– И сколько времени после аборта вы еще продолжали… общаться?

– Пока я не встретила своего Петьку. Мы, правда, развелись через два года после свадьбы, но тогда я так втюрилась, что просто не могла…

– Тася, давай-ка вернемся к Кармину, – попросила я, испугавшись, что бывшая сокурсница вознамерилась рассказать мне всю свою жизнь, включая любовников, мужей и детей. – После института ты с ним виделась?

– Несколько раз. Он приглашал меня к себе в лабораторию.

– В Пастеровский институт?

– Да. Ты же знаешь, что я иммунолог?

На самом деле я этого не знала. Я поддерживаю контакт лишь с немногими бывшими однокурсниками, и Тася Милютина не из их числа. Зато Лариска с ее общительностью и желанием сохранять отношения как можно с большим количеством людей была в курсе всего, что происходит с каждым, на каком бы конце света он ни находился. Только благодаря ей мы сейчас и сидели в кафе с Тасей.

– Так вот, – говорила между тем моя собеседница, – Кармин тогда набирал новую команду и вспомнил обо мне. Я даже приходила в институт, чтобы поболтать о возможном сотрудничестве, однако быстро поняла, что мне там делать нечего.

– Это почему же?

– Да есть там одна тетка… как же ее зовут?.. Ах да, Валентина!

– И что с ней не так?

– С ней-то? Да она на меня волком смотрела, можешь себе представить? Кстати, я заметила, что в команде Кармина, кроме нее, других женщин нет.

– Думаешь, эта Валентина и профессор…

– Крутили любовь? Да если б ты ее только видела, то сразу поняла бы, что этого просто быть не могло!

Я задумалась, предоставив Тасе продолжать наслаждаться пирожными. Однако она недолго молчала.

– Кармин поссорился с кем-то из коллег. Вроде бы здорово они поругались, и профессор выгнал его вон. Собственно, из-за этого он ко мне и обратился.

– Не помнишь, как звали того парня?

– Нет, извини… То есть имя помню – Антон, а вот фамилию…

– Ладно, бог с ним, продолжай!

– Говорят, этому Антону удалось получить должность «теневого» консультанта правительства в области вирусологии. Профессору это очень не понравилось – как это кто-то посмел обратиться к его ученику, бывшему аспиранту, пусть уже и доктору наук, но все же еще слишком молодому и амбициозному, через его, Кармина, голову?

– А ты как думаешь, почему обратились к Антону, а не к самому Кармину? И почему решили взять питерского врача, а не москвича?

– Понятия не имею! – передернула плечами Тася, одновременно вытирая рот салфеткой.

– А у тебя случайно нет телефона этого Антона?

– Да откуда? Если тебе так интересно, могу дать телефончик того, кто близко знаком с одним парнем из команды Кармина – может, он и свяжет тебя с Антоном? Только вот я что-то не пойму, из-за чего весь сыр-бор? Ведь с Карминым произошел несчастный случай, и все об этом знают!

– Видишь ли, меня Маргарита Борисовна попросила узнать, с кем в последнее время близко общался ее брат, – соврала я. – Она ведет все его дела…

– Да уж, так всегда и было! – перебила Тася, внезапно посуровев. – Эта баба – просто ведьма настоящая!

– Чего это ты? – оторопела я от неожиданности.

– Это ведь она на аборте тогда настояла. Кармин не возражал против ребенка, потому что детей у него не было, и вот появился шанс стать папашей. Сама я, правда, перепугалась здорово – шутка ли, диплом на носу, на ординатуре пришлось бы поставить крест… В общем, не была я готова, но, если бы Кармин настоял, наверное, сохранила бы того ребенка. Мы даже стали что-то совместное планировать, а потом Кармина вмешалась. Она держала братца в когтях, как тигрица, и ни за что не желала отдавать его другой бабе, чертова старая дева! Хотя, если посмотреть с другой стороны, все вышло к лучшему: ребенка я не родила, зато вышла замуж по любви. Понимаешь, Агния, первый раз обязательно должен быть по любви…

– И сколько же у тебя таких раз было? – полюбопытствовала я.

– Восемь… нет, все-таки девять – если считать гражданский брак.

– Девять?! – с трудом выговорила я невероятную цифру.

– А что тут такого? Ну, влюбчивая я, что поделаешь?

Тася широко улыбнулась, обнажив безупречные зубы, и мне невольно подумалось, что, будь я мужчиной и сиди передо мной такая роскошная, непосредственная женщина с потрясающей улыбкой, то точно не устояла бы перед ее обаянием. Бедный Кармин, он стал всего лишь одной из ступеней в жизни Таси: хоть она и вспоминает о нем с теплотой, профессор ничего для нее не значил, и она не слишком горевала по поводу его безвременной кончины. Лишний раз убеждаюсь, что ветреным женщинам живется легко: они никогда не задерживаются с одним и тем же мужчиной достаточно долго для того, чтобы по-настоящему привязаться, и легко переключаются с одного на другого, как беззаботные насекомые перепархивают с цветка на цветок.

* * *

Конечно, Артем предпочел бы разговаривать лично с Антоном Громовым, а не с его женой, но выхода не было, так как Антон буквально за сутки до этого укатил за границу читать лекции. Возможно, Ирина Громова все-таки в курсе дел мужа и сможет пролить свет на неприятную историю смерти Кармина?

Семейство Громовых обитало в блочном доме на Гражданке. Серое, кое-где облупившееся здание терялось на фоне возводимых рядом высотных новостроек. Во дворе имелся небольшой садик, хотя в это время года он вряд ли скрашивал окружающую обстановку. Деревья стояли голые, траву скрывал слой подтаявшего снега – в целом угрюмая атмосфера полностью соответствовала началу весны в Питере: когда большая часть Европы расцветает весенними красками, здесь зима успешно продолжает бороться с наступлением тепла.

Дверь открыла миниатюрная брюнетка лет сорока с растрепанными волосами, в халате, надетом поверх пижамы. Час и в самом деле был ранний, но майор начинал день спозаранку и не всегда считался с тем, что у кого-то режим может отличаться от его собственного. Узнав, о чем желает с ней побеседовать Карпухин, Ирина Громова не удивилась и предложила ему пройти в гостиную. Она оказалась крошечной, но обставленной со вкусом – сразу становилось ясно, что хозяева дома любят проводить здесь время.

– Так значит, дело в Кармине? – уточнила Ирина. – Я знала, что он еще доставит нам неприятностей!