Прощу, когда умрешь - Владимир Колычев

– Что я сотворил? – всколыхнулся Женя.

– Может быть, убил, закопал. Или съел, я не знаю...

– Дурак!

– Может, она тебе не нужна?

– Почему не нужна?

– Ну, ходят слухи...

– Какие слухи? – покраснел вдруг Калинин.

– Слухи... Вроде бы ты со своим музыкантом того...

Было в одной желтой газетенке такое предположение... Возможно, это действительно так, потому и осталась Настя девочкой после встреч со своим Женей?..

– Это деза, понял? Ее нарочно запустили, для пиара!

– Хреновый пиар.

– Сам знаю, что хреновый... Короче, там такая ситуация... – замялся Калинин.

– Что за ситуация?

– Ну, если ты реально хочешь мне помочь.

– Не хочу, – глянув на печальную Настю, сказал Тимофей. – Но помогу. Если смогу.

– К Марьянке мужик один клеился. Муж моего продюсера. Она женщина, если ты не знаешь...

– Теперь знаю.

– Короче, он ее к себе домой возил. Я на гастролях был, а она с ним. Ну, Марьяна с Фоксом... Я вернулся, а она дома. Ну, дома и дома. Я же тогда ничего не знал. А когда она пропала, узнал. Виола просветила.

– Виола – это кто?

– Мой продюсер. Она «Колоннадой» управляет, это крутое казино на Новом Арбате, если ты не знаешь...

– Да куда уж нам!

Слышал Тимофей про это заведение, бойцовский клуб там – жесткие варианты поединков или вовсе бои без правил. Друг у него там одно время выступал в смешанных боях, пока мозги ему не отшибли. Сейчас он, говорят, к рингу на пушечный выстрел боится подходить...

– А муж этим казино владеет. Он бандит бывший, откуда-то из Омска со своей бригадой в Москву при-ехал, в начале девяностых. Они тут черные дела творили, поэтому на деньги круто поднялись, казино свое открыли, еще там что-то... В общем, бригады уже нет, а казино осталось...

– И что?

– И казино, говорю, осталось, и Фокс этот, муж Виолы. Он из тюрьмы недавно вышел. Злой как собака. Я думал, он меня убьет. А он по-другому отомстил. Тонко так...

– За что отомстил?

– Не важно... Марьяну подпоил, ну и... В общем, переспал с ней. Никому об этом не говорил, но Виоле палец в рот не клади, у нее разведка что надо. Она сначала Марьяну вычислила, ну, что я с ней живу, а потом и мужа накрыла...

– А тебе что, нельзя было с ней жить?

– Ну, как бы тебе сказать...

– Так и скажи, что спал со своей Виолой, – усмехнулся Тимофей.

– Этого я не должен был тебе говорить, но раз пошла такая пьянка... Это Виола пустила слух, что я голубой. Чтобы муж не думал, что мы с ней... того. А он все равно узнал. И я думаю, что Фокс заморочил Марьяне голову. Ну, я изменяю ей с Виолой, а Марьяна должна изменить мне с ним. Типа в наказание. Вот она и повелась... А потом ко мне вернулась. Ничего не сказала, но обида могла остаться. Потому она и уйти могла от меня. От обиды. Назло.

– А зачем ты про этого Фокса мне сказал? Зачем такие предисловия?

– Хорошо, если Марьянка от меня сбежала. Я очень на это надеюсь. Мы уж как-нибудь объяснимся, все хорошо будет... Вот если она у Фокса, тогда дело дрянь...

– А она может быть у него?

– Не знаю... Понимаешь, он хоть и хорохорится – типа, круче его только яйца, – а сам Виолу побаивается. Потому что зависит от нее, а она от него зависит.

– Короче!

– Вдруг он боится, что Марьянка проболтается, что с ним была. Он-то не знает, что Виола в курсе...

– А если боится, то что?

– Что-что... Говорю же, бандит он. Я точно не знаю, но есть у меня догадка, что он здесь со своей бригадой заказными убийствами занимался. Да если и не так, все равно; ему человека убить – что муху прихлопнуть. Может, грохнул Марьяну и закопал. Мне Виола такие вещи рассказывала – жуть берет. Бандиты, говорит, такие вещи вытворяли, до которых нормальный человек вряд ли додумается. Убьют человека в квартире, труп куда-то надо девать, а выносить опасно, увидеть могут. И так оставлять нельзя, завоняет. В общем, они труп в ванную кинут, на мелкие кусочки разрубят, а потом через унитаз в канализацию...

Женя нагнетал жуть, и сам от этого же трясся. Лицо бледное, голос дрожит. Да и Настя смотрит на него большими от страха глазами.

– Короче говоря, он мог убить Марьяну.

– Запросто!.. Вот этого я и боюсь.

– А ты не можешь поговорить с этим Фоксом? Спроси у него про Марьяну, посмотри ему в глаза...

– Шутишь?.. Да он меня убьет, если я к нему подойду. Прямо на месте и убьет. Потом, конечно, пожалеет, но будет уже поздно...

– А почему пожалеет?

– Да потому что у меня концерт в Москве скоро. Потому что все билеты уже распроданы! – гордо расправил плечи Калинин. – Понимаешь, что это значит? Это значит, что публика меня обожает!.. Знаешь, Виола сколько бабла в меня вбухала? О! И эти деньги отбить надо. И она их уже скоро отобьет. И еще раз в сто больше заработает. Если, конечно, со мной ничего не случится... А если случится, она сама тогда своего Фокса убьет!

– Если она такая крутая, сама пусть у него и спросит.

– Она его боится... Ну, если не боится, так побаивается... Говорю же, у них обоюдная зависимость... Да и сам Фокс деньги считать умеет. Он бойцовским клубом в «Колоннаде» заправляет, в убыток не работает...

– Бойцовский клуб, говоришь?

– А что?

– Да так, ничего. Даже не знаю, чем тебе помочь.

– Ну да, Фокс тебя слушать не станет – спохватился Калинин, – тогда забудь, что я тебе говорил.

– Уже забыл.

– Если вдруг увидишь Марьяну, дай мне знать.

– Где тебя найти?

– В «Колоннаде», у меня там апартаменты. Спросишь меня, тебя проведут...

– Марьяна с тобой в апартаментах жила?

– Нет, Виола не разрешала. Я квартиру снимал... Все, давай без вопросов. Пустое это. Да и пора мне.

Женя ушел, Тимофей закрыл за ним дверь и еще какое-то время озадаченно чесал затылок. Настя подошла к парню и положила на его плечи ладони.

– Хочешь спросить, что это было?

– И что это было? – вздохнула девушка.

– Бразильские страсти на московской земле. Хозяева жизни, разврат, сломанные судьбы... В красивую жизнь Марьяна захотела, полетела на огонь, крылышки подпалила. А может, и дотла сгорела...

– Она сама виновата.

– Даже не пытаюсь отрицать.

– Ты будешь ее искать?

– А если от нее остался один пепел?

– Да, мафия – это страшно.