Три года октября - Игорь Михайлович Бер

Поняв кто на фотографии, я коротко взглянул на своего пожилого друга. Тот понимающе кивнул в ответ. Мы молча продолжили смотреть вперед, в ожидании начала собрания. Спустя пять минут, когда в зале воцарилась относительная тишина, участковый, кашлянув в кулак, заговорил:

— Уважаемые односельчане, мы сегодня собрались с единственной целью: отыскать пропавшую Марину Федосееву. Все вы ее знаете, и все же я распорядился, чтоб ее фотографию размножили на копире и раздали всем здесь присутствующим. — Участковый взглянул в сторону стопки бумаг перед председателем совета, в тот же самый момент мать пропавшей приподняла ее цветное фото над головой, словно опасаясь, что многие тут же забудут о причинах данного собрания. — В последний раз ее видели поздним вечером четверга. Она была одета в желтую болоньевую куртку, синие джинсы, высокие коричневые сапожки и тонкий серый свитер с надписью… кхе-кхе «хау бэд кэн а гуд гёрл гет».

Произнести без ошибок эту незамысловатую фразу на английском языке потребовало у участкового немало усилий. А потому сразу после этого он пригубил воду из стакана.

— На шее у нее был ремешок с металлическим колечком, — добавила мать звонким дрожащим голосом. — Она очень любила это украшение.

— У нее ведь был парень! — прокричал кто-то из зала. — Поспрашивайте его, наверняка он знает больше любого из нас!

— С ним уже говорили! — подала снова голос мать пропавшей. — Он ничего не знает, хотя я…

— Валентина Васильевна! — обратился к ней участковый, и, призвав ее к молчанию, он продолжил. — Поверьте, все это время я не сидел сложа руки и провел необходимые в таких случаях процедуры. Был опрошен не один человек, было осмотрено несколько учреждений и мест, где пропавшая чаще всего бывала. К сожалению, это не принесло ожидаемых результатов. Поэтому мы и решились на очередной шаг — создание поисковой группы. Я посоветовался с городским полицейским управлением, как нам стоит действовать в подобных случаях и получил цельный инструктаж. Таким образом, я рассчитываю провести поисковую операцию по трем направлениям. Первое направление: формирование десяти-двенадцати (это в оптимальном случае) групп, состоящих из двух-трех мужчин, одетых в теплую одежду и резиновые сапоги. Они обследуют ближайшие поля, лесополосы, реку, болота и заброшенные здания. Один из участников группы, будет иметь при себе рюкзак с теплым пледом, аптечкой, термосом, контейнером с едой, другой — возьмет деревянный посох и фонарь. Оружие брать категорически запрещается, ни холодного, ни огнестрельного, ни тупого.

— А что если ее похитил «Федор Крюков»? У него наверняка будет при себе нож или обрез.

Участковый замолчал. Все люди принялись оборачиваться в сторону сказавшего эти слова. Отец Марины Федосеевой тут же побелел, а мать, не выдержав, разрыдалась. Зал быстро заполнился тревожными голосами.

— Кто такой Федор Крюков? — шепотом поинтересовался я у Пахомова. Тот лишь покачал головой и одними губами произнес «Потом». Кот мяукнул, словно соглашаясь с хозяином, что сейчас не самое лучшее время для вопросов. Он пристально глядел на меня, поочередно показывая и пряча когти.

— Граждане, тишину, пожалуйста! — повысил голос участковый, видя, что теряет управление толпой. — Я прошу не нагнетать и так напряженную обстановку. В конце концов, с нами в зале находятся родители пропавшей девушки. Не стоит усугублять их тревожное состояние неуместными домыслами. — Мать Марины выпила воды из своего стакана по настоянию председателя совета, после чего немного пришла в себя. — Мы склоняемся к версии, что Марина жива, но по неочевидной причине не может вернуться домой самостоятельно. Будь то перелом, амнезия или же падение в яму, из которой она не может выбраться без посторонней помощи.

Верил ли сам в это участковый? Не знаю, но в голос его вернулась твердость. Я же на какой-то момент погрузился в собственные мысли, размышляя об имени и фамилии того, кто мог быть причастен к исчезновению пятнадцатилетней девушки. Федор Крюков? Почему это имя мне было одновременно знакомым и ничего не говорило? В тот момент я не мог ответить на свой же вопрос. Но очень скоро мне в этом помог Федор Пахомов. Сам он в это время достал из-за пазухи бутылочку с таблетками, отвинтил крышечку и сунул под язык белую капсулу. Все это он проделал, глядя в сторону сцены, а потому не обратил внимания на мой интерес к данному действию. Мне удалось прочесть название принятого им препарата.

«Нитро-Мак». Предназначен он был для людей, страдающих от болезней сердца.

— Продолжим. Вторая группа, — ее, желательно, составить из молодых парней, — возьмет с собой несколько распечатанных фотографий девушки. Они будут показывать распечатки фотографии всем прохожим на вокзалах, парках, и других местах большого скопления людей ближайших городов. Клейте их на досках объявлений, столбах, стены. Также по пути в города и поселки, не будет лишним показать фото всем пассажирам поезда и автобусов. У кого есть возможность самостоятельно оплатить проезд — замечательно, у кого нет такой возможности — стоимость поездки будет оплачена из местного бюджета при предъявлении билета в кассе сельского совета.

— Да, это так, — впервые за вечер подал голос председатель.

— Третья группа, состоящая из женщин, останется дома и будет обзванивать по телефону родственников, знакомых и тех, кого посчитает нужным, по факту пропажи. Вдруг у кого-то будет необходимая нам информация. Любая зацепка важна. Зачастую, кем-то непринятые в серьез детали, на поверку оказывались решающим фактором для обнаружения пропавшего человека или же поимки опасного преступника.

Собрание продлилось еще несколько минут, после чего мать и отец Марины Федосеевой самостоятельно раздали копии фотографий их дочери присутствующим. После чего все медленно потянулись к выходу: женщины для телефонных звонков, мужчины — для переодевания и формирования поисковых групп. Касательно подростков: было решено, что поездка с вечера на поезде/автобусе была не только малоэффективной, но и опасной, так что их помощь откладывалась до следующего дня, выпадающего как раз на выходную субботу.

Мы шли обратно к общежитию для того чтобы переодеться и подготовиться к поискам. Ночь ожидало быть не самой простой. Затем следовало вернуться к дому культуры — условному пункту сбора. Нас ждала не только бессонная ночь, но и зябкий липкий холод. Пахомов, несмотря на свой возраст, категорически отказался оставаться дома, решив тоже поучаствовать в поисках Марины. Желания Тимофея никто не спрашивал: хозяин принял решение оставить кота дома.

— Так кто такой Федор Крюков? — спросил я, пытаясь согреть дыханием свои ладони.

— Злодей из американского фильма, — ответил Пахомов, шмыгнув носом. — И не удивительно. Фильм-то старый, еще времен Союза. Тогда нас представляли врагами.

«Сейчас мало что изменилось» подумал я, но