Валютчики - Генрих Вазирович Мамоев

— Ну, вы даете! — То ли с удивлением, то ли с восхищением пробормотал Аслан, глядя, как мы с Давидом уплетаем за обе щеки.

Мы сидели в небольшом летнем ресторанчике и наслаждались всем: едой, воздухом, вином, вспоминая случившееся с нами за последние сутки…

Добравшись на грузовике, водитель которого любезно согласился довезти нас до Владика за пятьдесят баксов, я решил, что сразу поеду к Аслану. Нужно было узнать, как дела в Москве, не начал ли Поляк войну с Жорой и позвонить Майе. Отправлять Давида за деньгами не стал, и мы вместе отправились к Аслану домой. Там его не оказалось но, увидев меня, тетя Нино сказала, что не отпустит нас, пока не вернется Аслан. Выяснилось, что весь Владикавказ уже знает о нашем исчезновении, и версии были одна страшней другой.

Тетя Нино позвонила во все места, где мог быть Аслан и, в конце концов, нашла его. После этого за телефон засел я и, дозвонившись до Сереги, в смысле в свою квартиру на Таганке, понял, что успел в самый раз — Серега уже собирался ехать на «стрелку» с кем-то из людей Жоры. Успокоив, что со мной и деньгами все ок, я узнал курс налички, который к удивлению слегка просел, что было небольшой премией за наши мучения, и обещал Сереге все подробно рассказать завтра, когда вернусь. После этого я позвонил Майе, выслушал все ее упреки (справедливые, надо заметить), заверил ее в своей любви и тоже пообещал рассказать до мельчайших подробностей.

Через десять минут в дом забежал Аслан, засыпая меня вопросами, и мы втроем отправились в ресторан, где я все ему и рассказал…

— Мне позвонил Жора, — Аслан посмотрел на едва не подавившегося Давида, — сказал, что ты должен был встретить Дена, и прошло уже несколько часов, как Ден приземлился, но никто из вас ему не позвонил. Тогда я понял, что-то случилось и…, короче, где вас только не искали! — Аслан покачал головой, — Неужели неоткуда было хотя бы мне позвонить?

— Не-а, — ответил я, с трудом проглотив огромный кусок мяса, — кстати, ты не видел Тамаза?

— Нет. Может, он приезжал, но я уехал с работы. Сначала в Беслан, там узнал, что ты прилетел, потом к Давиду, потом просто ездили в городе, за городом, искали вас везде!

— Прости, друг, кто ж знал, что так выйдет, — ответил я, пробуя что-то похожее на давленую фасоль с чесноком, — м-мм, обалдеть, какая вкуснотища!

— Не лопни, смотри, — усмехнулся Аслан и после короткой паузы спросил, — ты привез мне?

Вместо ответа я полез во внутренний карман куртки, достал измочаленный конверт с десятью тысячами долларов.

— Сколько здесь? — спросил Аслан, не вскрывая конверт.

— Десять. Как просил.

— Отлично! — Аслан выглядел довольным. — Сейчас поедем ко мне, сделаем настоящие шашлыки…

— Эти тоже ничего, — я кивнул на опустевшую тарелку.

— Да, здесь хорошо кормят, но я приготовлю такой шашлык, что ты вообще не захочешь отсюда уезжать! — чуть хвастливо, но вполне в кавказской манере ответил Аслан.

— Ден, я поеду домой, — сказал Давид, — мама наверно с ума сходит.

— Не сходит. Моя уже позвонила ей, так что думай, как перед Жорой будешь оправдываться.

Давид чуть побледнел.

— Не в чем ему оправдываться, — заступился я за парня, — это я потащил его в горы, думал, срежем путь.

— Тебе видней, — легко согласился Аслан и небрежным жестом подозвал невысокого официанта, — рассчитай нас, брат!

Жестом фокусника официант оторвал листок от обычного блокнота и положил его перед Асланом. Я полез в карман, но Аслан остановил меня:

— Не обижай меня, ладно! Ты мой гость!

Я пожал плечами:

— Как скажешь.

Отвалившись на спинку стула, я вздохнул, наслаждаясь жизнью. Пояс практически не мешал, словно я родился уже с ним. От этой мысли стало смешно — обычно говорят, что родились в рубашке, но у меня несколько иной случай. Кинув на стол несколько купюр, Аслан поднялся.

— Ну, что, пошли?

— Пошли.

Мы встали и вышли на улицу. Сегодняшний вечер был несравненно приятнее вчерашнего, но мне вдруг вспомнились виденные из пещеры звезды — здесь, в городе, они почему-то не казались близкими и живыми, как вчера. Я достал сигарету и закурил, видя, как неодобрительно качает головой Аслан, но обошлось без назиданий. Я посмотрел на Давида:

— Сначала к тебе.

— Да, — кивнул Давид и спросил, — у меня все сделаем?

— Нам же никто не помешает?

— Нет, конечно!

— Тогда поехали.

На новой «девятке» Аслана мы через десять минут были уже у дома Давида, где нас встретила заплаканная женщина — его мать. Стукнув Давида полотенцем, она что-то сказала ему по-осетински. Давид ответил виноватым голосом, потом обнял ее, после чего мы прошли в дом, где я, наконец, срезал с себя пояс, почувствовав, что без него куда лучше. Мы быстро пересчитали деньги по пачкам, я отдал Давиду доллары, взял его сумку с рублями и, напомнив о своем обещании заступиться за него перед Жорой, посмотрел на Аслана.

— Я готов.

— Пошли, — бросил Аслан и, подмигнув Давиду, направился к выходу.

— Пока, парень, — я протянул руку Давиду.

Вместо этого он просто обнял меня…

К Аслану, по его словам, ехать было совсем ничего — Владик не самый большой город в мире. Подъезжая к забору, огораживавшему немаленький участок, на котором стоял его дом, я заметил стоящую на другой стороне улицы машину. Это был старый «Жигуль» и во мне словно что-то встрепенулось, напомнив вчерашнее предчувствие, когда я вдруг испугался, что самолет может упасть. Стараясь говорить спокойно, я негромко произнес:

— Это машина твоих соседей?

Аслан посмотрел на «Жигуль» и покачал головой:

— Нет, — помолчав, он добавил, — у них джип, и он всегда во дворе стоит.

Я почувствовал, как тревога вползает в мою расслабленную душу. Не хотелось прослыть паникером, но что-то с каждой секундой беспокоило меня все больше.

— Аслан, не останавливайся, — негромко попросил я, поняв, что он заворачивает к воротам.

— Ты чего? — Аслан уставился на меня, затем вновь посмотрел на «Жигуль».

Я хотел ответить, когда заметил идущих в нашу сторону двух человек. Мы были между ними и «Жигулями» и с каждым их шагом тревога все сильнее давила на нервы.

— Отъезжай! — Я уже не просил — требовал.

Включив заднюю скорость, Аслан подал назад и в ту же секунду раздались громкие хлопки. В первое мгновение я не понял, что это за звук, но, увидев, как лобовое стекло «девятки» покрылось трещинами, наконец понял — по нам стреляли!

— Ах ты!.. — Выругался Аслан, вжимая педаль до самого