Наваждение - Линкольн Чайлд

— Знаешь, задолго до того, как она познакомилась с тобой, у нее был неудачный роман. С каким-то проходимцем.

— Продолжай.

— Кажется, в аспирантуре. Она как-то раз приехала с ним из института на выходные. Блондин, лицо приятное, глаза голубые, высокий, спортивный. Все время носил светлые брюки и джемпера. Из старинного рода, вырос на Манхэттене, летний домик на Фишерс-Айленд. Говорил, что собирается стать инвестиционным банкиром… Полагаю, типаж ясен.

— А звали его как?

Долгая пауза.

— Черт. Не помню.

— Почему они расстались?

— Да были какие-то проблемы сексуального характера. Хелен об этом особо не распространялась… то ли извращенец, то ли садист.

— И что?

— Она его бросила. Он потом ей надоедал, звонил, письмами забрасывал… Впрочем, маниакального в этом ничего не прослеживалось. Ну а потом и забылось все. — Эстерхази махнул рукой. — Это произошло за шесть лет до того, как вы познакомились, и за девять до ее смерти. Вряд ли тут есть какая-то связь.

— Имени так и не вспомнишь?

Эстерхази потер виски.

— Фрэнк… Звали его Фрэнк. А фамилия… нет, наверное, я вообще фамилии не знал.

Воцарилось долгое молчание.

— Что-нибудь еще?

Эстерхази покачал головой.

— Не могу поверить, что кто-то намеренно причинил зло Хелен.

Пендергаст кивнул в сторону висевшей на стене гравюры, изображавшей ночь и белую сову на дереве.

— Одюбон?

— Да. Только, боюсь, репродукция. — Эстерхази посмотрел на гравюру. — Странно, что ты обратил внимание.

— Почему?

— Она висела в детской у Хелен. Сестра говорила, что, когда болеет, смотрит на нее по несколько часов подряд. Одюбона она обожала. Да ты наверняка это сам знаешь, — быстро добавил он. — Вот я и повесил на память.

На лице Пендергаста мелькнуло мимолетное удивление, и он спросил:

— А что ты можешь рассказать о жизни Хелен перед тем, как мы с ней познакомились?

— Для сестры не существовало ничего, кроме работы… Впрочем, одно время Хелен увлекалась альпинизмом. Каждые выходные отправлялась полазить.

— Куда?

— В горы Шаванганк. Она жила тогда в Нью-Йорке и много ездила. Отчасти по делам «ВНК» — в Бурунди, Индию, Эфиопию. А отчасти просто ради приключений. Помню, однажды я наткнулся на нее, когда она — лет пятнадцать или шестнадцать назад — в отчаянной спешке собиралась не куда-нибудь, а в Нью-Мадрид.

— Нью-Мадрид?

— Нью-Мадрид, штат Миссури. Зачем едет — не рассказывала; мол, я буду смеяться, если узнаю. Ты же помнишь, Алоиз, временами она никого не посвящала в свои тайны.

Д’Агоста украдкой взглянул на Пендергаста: похоже, Хелен обогнала мужа в скрытности и нежелании делиться своими мыслями.

— Жаль, что больше ничем не могу помочь. Если вдруг вспомню фамилию того парня, сообщу тебе.

Пендергаст поднялся.

— Спасибо, Джадсон. Прости, что огорошил правдой. К сожалению, у меня не было времени тебя подготовить.

— Я понимаю.

Доктор проводил их через коридор в переднюю.

— Постой, — начал он и осекся. Маска сдерживаемого гнева спала, на красивом лице отразилась сумятица чувств: неукротимая ярость, страдание, опустошение. — Помнишь, что я сказал? Я тоже хочу… я должен…

— Джадсон, — быстро заговорил Пендергаст, беря его за руку. — Послушай, я понимаю твое горе и гнев, но… В общем, этим делом займусь я.

Джадсон нахмурился, потом яростно дернул головой.

— Я тебя знаю, — мягко, но настойчиво продолжал Пендергаст. — И должен предупредить: не бери правосудие в свои руки. Прошу тебя.

Эстерхази перевел дух и ничего не ответил. Наконец Пендергаст коротко кивнул и вышел в ночь.

Закрыв за гостями дверь, Эстерхази минут пять простоял в темной передней, все еще тяжело дыша. Затем, оправившись от потрясения и гнева, он быстро отправился к себе в кабинет, подошел к оружейному шкафу, отпер его со второй попытки, от волнения уронив ключ. Коснулся начищенных до блеска винтовок и дрожащими руками снял со стойки «Холланд и холланд ройал делюкс» с выполненным на заказ оптическим прицелом «Леопольд» серии VX–III. Внимательно оглядев винтовку, он поставил ее на место и тщательно запер шкаф.

Пусть Пендергаст сколько угодно вещает о силе закона, но пора Джадсону и самому во всем разобраться, потому что лучший способ достичь результатов — это провести расследование самостоятельно.